Разрушитель
Шрифт:
— Потому что вашу жену убили, сэр, — ответил Гелбрайт как можно спокойнее, — и мы пытаемся найти того, кто сделал это. Простите, если вам трудно смириться с утратой, но у меня нет другого выхода.
— Тогда говорите со мной здесь. Что вы хотите узнать?
Инспектор Гелбрайт посмотрел на дорогу, где уже собиралась группа зевак.
— Не успеете оглянуться, как здесь появится пресса, Уильям, — бесстрастно произнес он. — Неужели вам хочется обсуждать свое предполагаемое алиби на глазах у журналистов?
Нервный взгляд Самнера переместился на толпу у ворот.
— Это несправедливо. Все до неприличия откровенно. Почему вы не можете заставить их уйти?
— Они сами разойдутся, если вы впустите меня. Но останутся, если будете настаивать
С загнанным выражением лица Самнер схватил полицейского за руку и втащил его в дом. Напряжение набирает силу, подумал Гелбрайт, и пройдет, как проходит все в этой жизни. Требуется время для того, чтобы улеглось потрясение, а нервы начинают сдавать, когда успешное завершение дела остается до сих пор под вопросом. Он прошел за Самнером в гостиную и, как раньше, сел на диван.
— Что вы имеете в виду? Что за предполагаемое алиби? — Самнер предпочел разговаривать стоя. — Я был в Ливерпуле, Бог свидетель. Каким образом я мог оказаться одновременно в двух местах?
Инспектор открыл портфель и извлек какие-то бумаги.
— Мы собрали показания ваших коллег, сотрудников гостиницы «Регал» и библиотекарей университетской библиотеки. Никто из них не подтверждает ваше сообщение о том, что вы находились в Ливерпуле ночью в субботу. — Он протянул их Самнеру. — Думаю, вам стоит их прочесть.
Свидетельские показания
Гарольд Маршалл, «МД Кемпбелл», «Ли индастриал Истейт», Личфилд, Стаффордшир.
Я помню, что видел Уильяма на ленче в субботу 9 августа 1997 года. Мы обсуждали статью в журнале «Ланцет», в номере, выпущенном на прошлой неделе, которая посвящена язве желудка. Уильям сказал, что работает над новым лекарственным средством, которое оставит далеко позади все остальные вместе с лидирующими фирмами-разработчиками. Я скептически отозвался об этом, и у нас начались бурные дебаты. Нет, не видел его на обеде этим вечером, но и не ожидал увидеть. Мы посещаем конференции многие годы, это был какой-то праздничный день. Уильям решил отдохнуть и присоединиться к остальным, чтобы принять участие в незатейливом культурном мероприятии. Конечно, он был в воскресенье на ленче, потому мы продолжили наши дебаты на тему язвы.
Свидетельские показания
Пол Диммок, химик, научный сотрудник, Райтон, Холборн-Уэй, Колчестер, Эссекс.
Я видел Уильяма днем в субботу приблизительно в 14.00. Он сказал, что собирается в университетскую библиотеку навести необходимые справки. Он никогда не ходит на обеды, организованные на конференции. Его интересуют только интеллектуальные вопросы. Он ненавидит все, что связано с общественными делами. Моя комната находится через два номера от его комнаты. Я помню, что видел табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ» на его дверях, когда ложился спать приблизительно через полчаса после полуночи, но не имею представления о том, когда Уильям пришел. В воскресенье перед ленчем мы вместе с ним немного выпили. Нет, он совсем не выглядел усталым. Более того, был в лучшей форме, чем обычно. Фактически даже в прекрасном настроении.
Свидетельские показания
Анна Смит, химик, научный сотрудник, Бристольский университет, Бристоль.
В воскресенье я вообще не видела Уильяма, но в субботу утром мы вместе с ним и Полом Диммоком немного выпили. В пятницу днем он дал статью, и меня заинтересовали некоторые его выводы. Уильям проводит научные исследования на тему лечения лекарственными средствами язвы желудка. Кажется, он предлагает что-то стоящее.
Свидетельские показания
Керри
Я помню джентльмена из номера 2235. Очень аккуратный, распаковал свой чемодан и все убрал в ящики. Некоторые из постояльцев и не подумают сделать это. Я закончила смену приблизительно в середине дня в субботу, но его номер убирала, когда он спустился к завтраку, после этого я его не видела. Утром в воскресенье на двери его номера висела табличка «НЕ БЕСПОКОИТЬ», поэтому я не входила, он, видимо, спал. Насколько я помню, он вышел из номера в 11.30, и тогда я убрала его комнату. Да, вид его постели свидетельствовал о том, что в ней спали. Повсюду на кровати были разбросаны книги на всякие научные темы. Думаю, он что-то изучал. Помню, я подумала после этого, что он совсем и не аккуратный.
Свидетельские показания
Дэвид Форвард, консьерж, гостиница «Регал», Ливерпуль.
У нас ограниченное количество мест на парковке. Мистер Самнер забронировал парковочное место в то же время, когда забронировал номер. Ему отвели место номер 34, которое находится сзади за гостиницей. Насколько я помню, машина стояла там с четверга 7-го по понедельник 11-го. Мы просим наших гостей оставлять комплект ключей у нас. Мистер Самнер не брал свои ключи до понедельника. Конечно, он мог ездить на своей машине, если у него был запасной комплект ключей. На выезде не установлены ограждения и нет контроля.
Свидетельские показания
Джейн Рилли, библиотекарь, университетская библиотека, Ливерпуль.
(После показа фотографии Уильяма Самнера)
Очень немногие из участников конференции посещали библиотеку в субботу, но не помню, чтобы я видела этого человека. Но это не значит, что он здесь не был. Пока они носят значок конференции и знают, какая литература им требуется, они имеют свободный доступ к книгам.
Свидетельские показания
Лес Алиен, библиотекарь, университетская библиотека, Ливерпуль.
(После показа фотографии Уильяма Самнера)
Он приходил утром в пятницу. Я потратила на него приблизительно полчаса. Ему нужны были работы по септической язве и язве двенадцатиперстной кишки. Я показала, где их можно найти. Сказал, что вернется в субботу, но я не заметила его в этот день. Это очень большое помещение, я всегда запоминаю только тех, кому нужна моя помощь.
— Понимаете, в чем наша проблема? — спросил Гелбрайт, когда Самнер прочитал бумаги. — В период времени, равный двадцати одному часу, с субботы до половины двенадцатого воскресенья, никто не помнит, что видели вас. Но первые три из показаний даны людьми, которые, как вы уверяли нас, дадут вам железное алиби.
Самнер смотрел на него в полном недоумении.
— Но я же был там! Хоть один из них должен был видеть меня! — Он показал пальцем на показания Пола Диммока. — Я встречался с Полом в фойе. Сказал ему, что иду в библиотеку. Он даже часть пути прошел со мной вместе. Это было где-то после двух часов. Вот черт, в два часа я все еще продолжал спорить с этим идиотом Маршаллом…
Гелбрайт покачал головой:
— Даже если было четыре часа, разницы нет. Вы доказали в понедельник, что не можете доехать до Дорсета за пять часов.
— Полная чушь! — нервно вырвалось у Самнера. — Нужно просто поговорить с другими людьми. Кто-то же должен был видеть меня. В библиотеке за одним столом со мной сидел какой-то человек. Рыжеволосый, в очках. Он может подтвердить, что я там был.
— Как его зовут?
— Не знаю.
Гелбрайт достал из портфеля еще пачку бумаг.