Разрушитель
Шрифт:
Ударил в ответ — без затей, сгустком сырой эдры, благо грудной узел у меня был заполнен под завязку. Долбанул тоже конусом, зацепив не только Орлова, но и часть зала за его спиной. И тоже немного не рассчитал свои силы. Только вот последствия моей атаки оказались куда более зрелищными.
Блондина, будто тряпичную куклу, отшвырнуло метра на три назад и впечатало в узкий промежуток стены между высокими витражными окнами. При этом оба окна по бокам от него — высоченные, в два человеческих роста, со сложным решетчатым переплётом — буквально взорвались, обрушившись дождём мелких стеклянных осколков. Большая часть стекла, к счастью,
Этой секундной заминки хватило, чтобы Орлов очухался. Когда я ударил его снова, заряженный эдрой кулак впустую ухнул в стену, проламывая лакированную декоративную панель. Сам Орлов взмыл в воздух и заметался по залу, долбясь в окна, как злая осенняя муха. Наконец, отыскал в узорчатом переплёте достаточно крупное отверстие, чтобы пролететь сквозь него, и юркнул наружу.
Я ударил по окну снова, на этот раз вышибая здоровенный кусок рамы, и вскочил на подоконник. Прежде, чем Феликс успел скрыться из виду, перехватил его Дар и тоже сиганул в пустоту.
В груди всё сжалось, сердце скакнуло к самому горлу. Я понятия не имел, как пользоваться Аспектом Воздуха для полётов, и потому мозг сейчас сработал на чистых инстинктах — как у пацана, брошенного старшими товарищами в реку, чтобы научить плавать.
Я ухнул вниз с третьего этажа, едва не шмякнувшись об мостовую. Но, не долетев до земли буквально полметра, взмыл вертикально вверх. Потом под испуганные вскрики толпы проделал несколько неуклюжих виражей над набережной, порой пролетая над самыми головами прохожих. Сердце замирало от скорости и высоты, словно на американских горках. Хотя, какие уж тут горки — было стократ страшнее, потому что даже держаться было не за что. Всё, что меня удерживало в воздухе — это невидимая, эфемерная сила, и оттого я чувствовал себя цирковым акробатом, залезшим под самый купол без страховки.
Однако освоился я довольно быстро. После первых дёрганых, неумелых маневров мне удалось стабилизироваться, и я в позе Супермена — вытянувшись параллельно земле и выставив руки вперёд — пролетел вокруг «Славянского базара» по широкой дуге. Глаза слезились от ветра, челюсти тоже приходилось стискивать, потому что встречный поток воздуха не давал нормально вдохнуть. Если бы была возможность переключиться на другой Аспект, я соорудил бы какую-нибудь преграду, но пока приходилось довольствоваться и этим. Кстати, теперь понятно, почему сам Орлов летает в специальном шлеме.
А где, кстати, этот поганец?
Блондин не успел улететь далеко. Собственно, он выпорхнул с балкона, как птица из клетки, и потом приземлился на крыше здания. Разглядев его на фоне тёмной черепицы, я устремился прямо к нему, как самонаводящаяся ракета, наращивая скорость так, будто собирался протаранить его сходу.
Орлов снова взлетел и попытался удрать. У него, пожалуй, были на это все шансы — в отличие от меня, у него-то многолетняя практика полётов. И если бы он попытался убегать от меня на небольшой высоте, лавируя между зданиями, пытаясь затеряться — то, может быть, и смог бы уйти. Но он дунул на север вдоль набережной, в сторону Академического парка. И, судя по траектории, его целью была губернаторская резиденция. Что ж, логично. Если уж где и искать спасения — так это в самом защищенном здании города.
Вот только он
Под отчаянные вопли Орлова мы взмыли над набережной вертикально вверх. Он пытался было барахтаться, и ему даже на пару секунд удалось вырваться. Однако я перехватил его снова, на этот раз схватив за грудки и притянув к себе так, что наши лица оказались друг на против друга.
— Ну что же ты, Феликс? Давай полетаем! — оскалился я.
Орлов в ужасе таращился на меня, его тонкие, почти женские черты лица исказились так, что больше напоминали гротескную маску.
Меня и самого трясло от адреналина и развернувшейся под нами пропасти. Я и не заметил, как поднял противника на изрядную высоту — люди внизу едва видны были в пятнах фонарей, похожие на копошащихся жуков. Звуков оттуда почти не долетало, кроме трелей полицейских свистков.
Зарычав, будто поднимая тяжёлый вес, я устремился ещё выше, таща за собой и Орлова. Мы наращивали скорость, взлетая вертикально вверх, будто ракета. В груди всё сильнее сжимался ком, от ощущения неимоверной высоты перехватывало дыхание. Мир внизу с каждой секундой будто расширялся, крыши зданий стали размером не больше листа бумаги, людей и вовсе было почти не разглядеть.
Орлов уже и сам вцепился в меня обеими руками.
— Пре… Прекрати! Стой!! — срывающимся на визг голосом завопил он, захлёбываясь от ветра.
Я и правда остановился — кажется, забираться ещё выше уже опасно, тем более без опыта работы с Аспектом Воздуха.
— Что… ты… творишь?! — трясущими от страха губами едва выговорил Орлов. — Слишком… высоко!
— Орёл, боящийся высоты? — усмехнулся я. — Жалкое зрелище.
При этих словах он почему-то дёрнулся, будто от пощёчины.
— Чего тебе от меня надо, ублюдок?! — взорвался он.
— Ты виновен в смерти моего отца. Ты пытался разрушить мой дом. Едва не пострадали близкие мне люди…
— Ты… Ты ничего не докажешь! Трибунал…
— Всё ещё не понял? — насмешливо оскалился я. — Плевать мне на всю эту возню. Я сам себе Трибунал.
Поглощать его Дар почему-то оказалось сложнее, чем у предыдущих жертв. Возможно, потому что он что-то почуял и отчаянно цеплялся за жизнь. Но когда дело было кончено, он замер, ещё сильнее выпучив глаза, хотя, казалось бы, куда ещё сильнее. Во взгляде его плескался непередаваемый ужас. Пальцы его, вцепившиеся в меня, ослабли, а потом и вовсе разжались.
Мне казалось, что время сгустилось — будто я наблюдал за происходящим на замедленном повторе. Я тоже отпустил Орлова. Он завалился назад, разинув рот в беззвучном крике… И начал падать спиной назад — прямо туда, на маячащие в сотнях метров внизу крыши, отчаянно махая руками, будто пытаясь зацепиться за воздух. Сам же я завис, раскинув руки в стороны и наблюдая за его падением сверху вниз.
Вот только в пылу драки я не учёл маленькой технической детали. В воздухе меня держал скопированный у Орлова Аспект Воздуха. Но когда я поглотил этот аспект у донора, связь между нами разрушилась. А на то, чтобы поглощённый Аспект занял своё место в ячейке Сердечника, нужно некоторое время. В данном случае — небольшое, буквально несколько секунд. Но на эти несколько секунд я оказался без Дара.