Разрушительная страсть
Шрифт:
Глава 19
Мирослава.
В Тбилиси нас приветствовал рассвет. Я вышла одна в большом аэропорту, меня сопровождал высокий охранник в джинсах, водолазке под горло и кожаной куртке, мы прошли к тонированному черному внедорожнику Range Rover, который ждал нас на парковке и отправились по маленьким улочкам. Тбилиси напоминал мне чем-то Милан, эти невысокие красивые дома. Мы проезжали мимо лавок с овощами и кафе за витринами, старые авто и дома, здесь очень красиво, я даже на минуту забыла о своем тошнотворном состоянии. Водитель сказал о том, что еда в квартире есть, а чего нет можно будет докупить в местной лавке, он вручил мне конверт
Я открыла дверь длинным ключом, внутри обычная каменная лестница и коричневые стены, в этом не было роскоши, была простота, вверху была одна большая железная черная дверь. Я повесила сумку на другую руку, поднялась по лестнице и начала примерять ключи. Через минуту мне открылся блестящий вид на гостиную с одним большим синим диваном, он был огромен, плазменный телевизор. Окна в пол с белоснежной тюлью и синими бархатными портьерами, прямоугольный стеклянный столик. справа в этом небольшом проходе перед гостинной овальное зеркало в деревянной рамке с мой рост, комод из темного дерева на изящных ножках и вешалка для верхней одежды. Все было очень просто и со вкусом, иначе как объяснить темный паркет, который даже сейчас пах древесиной. Я прошла в гостинную и увидела, что по правой стороне между двумя дверьми располагается стеллаж с книгами, синие кресло с высокой спинкой, высокий торшер и черный кованый столик с маленькой вазой. Позади на стене располагались фотографии, кажется, что это семейные фото семья Тваури в черных рамках. Я прошлась по комнате, посмотрела в окно, из которого был виден город и пора кафе внизу по улице, овощная лавка и супермаркет. Отлично, мы на каком-то холме вроде, неплохо.
Слева была кухня, с круглым деревянным столом, четырьмя стульями, небольшой островок и сама поверхность выполнены в темном дерев, а вот столешницы из серого камня, пара барных стульев в тон. Красиво, на такой кухне хочется много готовить. Мой живот заурчал и я ринулась к холодильнику, оставив сумку у дивана, там и правда было все: овощи, мясо, яйца, молоко, масло, даже рыба. Фрукты в деревянной круглой тарелке на столе. Я достала яйца и зелень, чтобы сделать омлет, а вот от вида вина на винной полке островка меня воротило. Я быстро нашла сковороду и темно-зеленые тарелки, нарезала овощи и через минут сидела и с аппетитом ела горячий омлет.
Мой телефон зазвонил, когда я закладывала посуду в мойку.
— Да, слушаю.
— Мир, как ты? — это был Амиран, его голос успокаивал и в тоже время заставлял волноваться.
— Хорошо, только одна, я хочу домой, мне страшно, Амир, — весь мой страх выплеснулся наружу.
— Я скоро приеду. Сейчас ты в самом безопасном месте мой Мир, — было слышно как он затянулся, — не волнуйся. хорошо?
— Что происходит? Почему ты в Москве? — я стала у окна на кухне и наблюдала, как на улице играют маленькие мальчишки.
— Пара дел, ничего серьезно. Потерпи еще завтра и я буду рядом, — он говорил как-то обреченно, успокаивающе.
— Амир, обещай мне, что все будет хорошо и я тебя увижу, — я вытерла слезы рукавом.
— Не плачь, хорошо? Я обещаю, я люблю тебя, —
— Я буду ждать, Амиран, — все, что я могла сказать.
— Мне пора, любовь моя, — он отключился, когда на заднем фоне послышались голоса.
А я пошла исследовать квартиру включив грузинское тв, в котором я абсолютно ничего не понимала, но оно отвлекало и эта квартира не казалась такой пустой.
Здесь были две спальни и две ванных комнаты, вернее одна туалет с раковиной, а вторая ванная с двумя входами со спален. Небольшой гардероб в хозяйской спальне, буквально 3 на 3. Все было выполнено в темном дереве, тумбы, на которых были небольшие светильники, столик женский с овальным зеркалом и пуфом. Только кровать была большой и с кованной спинкой, и двумя коваными столбами у ног. Белые простыни, синие покрывало, такие же шторы и тюль. Мне нравилось здесь, вот только уснуть я врядли смогу. Весь оставшийся день я изучала карту местности, недалеко от меня была главная площадь и множество магазинов в которые можно наведаться завтра, есть красивое кафе. Я даже осмелилась взять пару тысяч лари и спуститься к ним.
За стойкой меня встретила девушка, высокая красивая, статная грузинка с узким носом, небольшими губами и самыми густыми черными бровями, ее волосы бы подстрижены в каре и зачесаны назад, их в таком положении удерживал цветастый красный платок, она была в коричневом фартуке. Рядом крутился невысокий седой старик, он что-то говорил на грузинском, обращаясь к ней.
— Добрый вечер, — я решила заговорить на русском.
— Добрый, чего желаете? — ответила она и расплылась в улыбке.
— Капучино с собой и что-нибудь сладкое, — я пожала плечами рассматривая витрины с тортами, — может круассан и чизкейк или вот эта сырная лепешка.
Девушка приятно рассмеялась, — может вы останетесь у нас? например вон тот столик в углу? — она указала на одинокий столик с деревянным стульчиком.
Затем старик обратился к ней на Грузинском и она ему что-то ответила.
— Вы наверно закрываетесь скоро, мне неловко, потом как-нибудь посижу, я тут видимо надолго, — выдавила я.
— Все еще сидят, вы не будете одна, а закрываемся через пару часов, — она смотрела на меня показывая мне прекрасную белоснежную кружку и бумажный стаканчик на выбор.
Я выбрала кружку и круассан с заварным кремом, уселась в углу и принялась писать Ди, отправляя фотографии, она написала о том, что была там только в детстве, но о парнях она не говорила, она только сказала, что сейчас все в Москве, у них какой-то благотворительный вечер с партнерами и даже мой Петров там и Лия, это имя заставляет меня волноваться, но я старалась быть в настоящем моменте смотря на молодую грузинскую семью с чернявым малышом, который улыбался мне и строил свои карие глазки.
— Он очень любвеобильный, — смеялась я разводя руками, когда его мама повернулась ко мне со смущенной улыбкой.
— Да, он такой, будет разбивать сердца, — прочитала она, пересаживая его на руки к отцу.
— Одно у него уже в копилке, — ответила я вставая из-за столика, отгоняя мысль о нашем ребенке с Амиром, каким бы он был? И был бы это мальчик? Но это минутная слабость, пока его нет рядом, потмоу что я не готова пока впускать кого-то в наш хрупкий мир, признаться, я ревную.
— Спасибо вам. что уговорили остаться, у вас правда красиво и вкусно, — я поблагодарила девушку, оплатила свой заказ, получила инструкцию по расплате лари и о том куда мне пока лучше не ходить, чтобы меня не надули. С бумажным пакетом выпечки я направилась домой, в одинокую квартиру, но в гостиной горел свет, мне казалось я его выключила.