Разрывая миры

Герастенок Наталия

— Ребята! — встревоженно закричал Рихард, мотая головой от одного к другому.

Он не понимал его одного. Почему вдобавок ко всему дрожала земля.

— Тебе не стоит беспокоиться за них… Побеспокойся лучше за себя, — услышал он мелодично спокойный голос в голове и опустил взгляд.

Зверек стоял чуть ли не у его ног, и его голубые глаза смотрели на него. Но тут совсем рядом мелькнул красный луч, и наполовину стертые каменные дома с грохотом раскололись на части. Кругом стали появляться вопящие и рыдающие люди. Поднялась суматоха.

Толстая повязка порвалась и упала

к куче тряпья у покрытых шерстью когтистых лап. То, чем стал Джордж, перестало реветь и тяжело поднялось на ноги. Его круглые желтые глаза сверкнули. Густая шерсть на холке взялась дыбом.

— Что это за… — выронил Рихард.

— Я… Я… голоден… — с рычание ответило ему рослое существо в тени. — Хочу… Есть.

Оно накинулось на Рихарда, растопырив когтистые лапы, но тот успел отмахнуться булавой. Хотел бросить дымовую гранату, но тут услышал рычание сбоку. Повернул голову — мохнатое существо с желтыми глазами, раза в полтора крупнее того, чем стал Пит, скалило острые зубы. Из его огромной пасти капала слюна.

— Магия… Я чувствую… Ты… Отдай мне ее, — прохрипел он.

Рихард сорвал несколько бомб и швырнул их в бывших помощников — те зарычали и отпрыгнули подальше. Уже собрался ринуться прочь, как тут увидел стоявшего посреди дороги Дрейка. Вокруг него валялись обломки стен и камней, в разбитых окнах того, чего осталось от соседнего дома, весело кружилось пламя, ярко освещая его покрытое черно-желтыми трещинами тело.

В глазах Дрейка светилась тьма.

— Магия… Еда, — наперебой заговорили мохнатые твари.

Они опустились на четвереньки и с рычанием бросились к Дрейку. Один из них раскрыл пасть, выпустив наружу остроконечный щупальцеподобный язык.

Рихард с ревом подскочил к зверю и наотмашь ударил булавой — тот отлетел, несколько раз перекувыркнувшись через себя, и ударился спиной о стену здания, рассыпав на ней круглые сети трещин.

Тогда атаковал второй, тот, что крупнее. Рихард увернулся от его удара когтями лишь чудом пригнувшись, и врезал по широкой волосатой груди булавой, вонзив в нее лезвия. Но зверь ему в ответ лишь рыкнул и схватил за шею. Поднял и раскрыл пасть.

— Ты… Магия… В тебе нет магии, — проревел он, и одним движение руки вырвал булаву из себя, бросил под ноги.

Ему в морду прилетела граната. Взревев, зверь выпустил Рихарда прежде, чем та взорвалась. И, схватившись за глаза широкими ладонями, попятился.

Как вдруг вслед за взрывом и грохотом, стена дома справа в метрах двадцати впереди, разлетелась на куски и укрыла его под собой. Смела обломками соседнюю, и сквозь языки пламени на дорогу, грохоча тяжелыми лапами, вышел каменный дракон. Внутри его большой черной пасти мигало око.

Рихард бросился прочь весьма вовремя — луч ударил в неподвижно стоявшего Дрейка, вместе с тем уничтожив пару кварталов города.

Раздался оглушительный рев, и нечто большое отшатнулось вглубь проделанного каменным драконом коридора. Расправило огромные кожистые крылья и изогнуло шею, чтобы в следующее мгновение выпустить столб жидкого огня.

— Надо выполнить предназначение… когда ты насыщен.

Каменный дракон медленно повернулся к чудовищу, ростом вполовину

выше здешних крыш, чье тело покрывали желтые прожилки. Направил на него свою пасть и пригнулся, чтобы занять более удобное положение. Резким движением своей задней вывернутой лапы чуть не вмазал по оставшемуся в живых охотнику.

Этого было более, чем достаточно; Рихард бросился прочь, пробиваясь черед толпы людей, мимо горевших домов и новых улиц, которых не было еще час назад. Кто-то вытаскивал кого-то из-под обломков, другие помогали раненым уйти. Стража явно не справлялась со своими обязанностями и проигрывала каменным драконам, которых тут было не два и не три.

Руины домов, красное зарево над городом под молчаливым наблюдением круглой луны вдруг открыла ужасную правду.

Защитного купола над городом больше не было.

26. Бремя

Красный дракон выпустил столб жидкого огня в каменного, опалив его белую шкуру и частично оплавив ее. Взмахом лапы оторвал переднюю конечность противника. Тот тяжело упал, но поднялся, и снова зарядил луч. Угодил в расправленное перепончатое крыло, стерев его на четверть. В ответ получил ударом когтей по голове, и потерял ее верхнюю часть.

Тяжелый обломок отлетел в оставшуюся частично целой стену дома и обрушил ее. Обнажил впаенный в белый камень красный шар. Свечение внутри него принялось ускоряться. Но выпустить луч не получилось; красный дракон изогнул шею и раскрыл зубастую пасть, вонзил ее в то, что осталось от головы его противника. Сжал мощные челюсти, круша твердую плоть.

Тяжелое тело дрогнуло и рухнуло. И красный дракон, рассыпав с пасти белое крошево, истошно заревел. Захлопал крыльями и поднялся в воздух. Но тут в его грудь ударил красный луч, еще сильнее расширив прожилки в его теле. Другой луч ударил сбоку и попал по кончику хвоста. Прожилки на нем резко расширились и вспучились. Громко лопнули.

Кончик отделился от тела и распался в желтую рыхлую массу.

Дракон тяжело упал на обломки домов, вызвав среди выживших людей на улице еще большую панику. Ударил хвостом, уничтожив остатки ближайших обрушившихся зданий, и поднялся на четыре лапы. Выгнул шею, намереваясь вылить огненную ярость на подобравшихся к нему с разных сторон каменных драконов. Одному из них не повезло, и жидкое пламя накрыло его полностью, оставив после себя оплавленный кусок. Но око не пострадало, и луч был выпущен, и он снова угодил в покрытую пластинами грудь, прямиком в ее широкие желто-черные трещины.

Они вспучились, но лопаться не собирались. И тогда оплавленный дракон дернулся вперед и толчком тяжелой головы ударил по неосторожно открытой ране противника. Та лопнула, и левая конечность вместе с куском горячей пульсирующей плоти отделилась от общего тела.

Красный дракон заревел и оставшейся лапой ударил по противнику, круша его черное тело на куски. Ударом хвоста толкнул подобравшегося на близкое расстояние другого.

Тогда подобрался со спины третий, и ударом луча наискось атаковал шипастую голову дракона. Отделившийся кусок плоти обнажил рыхлую однородную массу, не отличимую от той, которая была во всем его теле.