Разум против Сердца

Чумертов Давид

– Ну, вообще-то это национальный заповедник… – напомнил Кинг. – Но меня это менее всего интересует. Правильно ли я понимаю, что подтвердить это, конечно, никто не может?

– Мне надо было с собой толпу свидетелей брать, при том что я был ни сном ни духом об убийстве? – огрызнулся Грей.

– Мне все понятно. – сообщил Кинг. – На этом все, мистер Грей. Не смею задерживать.

А когда Грей вышел, Кинг аккуратно поднял с пола облизанную Греем сигарету, пряча ее в маленький прозрачный пакетик.

Следующим допрашиваемым был чернокожий

полноватый мужчина с массивной бородой – Ламберт Блэр, 29 лет. Он работал на себя, торгуя на городском рынке постельным бельем.

– Мистер Блэр… – начал Кинг. – Расскажите о том, по каким причинам Вы вчера решили посетить парк.

– Это все, потому что я черный? – крикнул Блэр. – Ну да, чуть что ни случись, виноват черный. Вы, копы, все расисты, до единого!

– Что за спектакль, мистер Блэр? – повысил тон Кинг.

– Ну да, как кого-то убили, ищите черного… – фыркнул Блэр. – Только вот нихрена это не я! Я даже стрелять не умею!

– Я смотрю, детали дела Вам известны. – кивнул Кинг.

– У меня дома есть интернет, я не на сахарных плантациях живу, как Вы могли подумать! – прошипел Блэр.

– Так, прекратите! – скомандовал Кинг. – Я не услышал ответа на свой вопрос. Причины посещения парка.

– Я очень хорошо сплю на природе. – заявил Блэр. – А там тихо. Я беру с собой комплект белья прямо туда, и сплю. Там тихо, свежо и тепло. Я засыпаю на открытом воздухе как младенец. Вот и тогда я знатно поспал. Это теперь тоже преступление для черных?

– Вовсе нет. – заявил Кинг. – Подскажите, где именно Вы спали?

– Под ивами… – заявил Блэр.

– В какой части парка они находятся? – спросил Кинг.

– Понятия не имею. – сплюнул Блэр. – Я Вам не картограф, и не географ. Я торгую постельным бельем! Погулял, выбрал хорошее место и уснул.

– Допустим. – кивнул Кинг. – Вы замечали что-то странное. Или кого-то? Припоминайте.

– Я помню, что нашел очень крутое место. – начал Блэр. – Только хотел там расположиться, как туда забежала парочка сраная. Парень с девушкой. Опередили меня секунд на 10, уроды. И сразу начали целоваться, облизывать друг друга… Фу… Белые все такие извращенцы?

– Мистер Блэр… – вернул его в ракурс Кинг.

– Короче, следующий раз когда я видел этих двоих это в новостях про убийство. – заявил Блэр. – Даже немного неудобно стало, что я наорал на них и назвал расистами…

– Вы вступили с ними в конфликт? – удивился Кинг.

– Конечно! – взъерошился Блэр. – Черному человеку уже даже сесть не дают, разве только что в тюрьму! И все у нас отобрать надо, и свободу, и лучшие места в парках! Но да, поскандалил чуток. Но не более.

– Вы ранее не были знакомы с этими людьми? – поинтересовался Кинг.

– Я не дружу с белыми. – заявил Блэр.

Кинг от всей этой расистской чуши начал сжимать кулаки.

– Привлеки его за разжигание межнациональной розни. – внезапно сообщил Разум. – Это преступление, и ответственность за него никто не отменял. Это чистый обратный расизм.

– Их

народ унижали веками. – вдруг встряло Сердце. – Они еще отходят от этого. Их реакцию можно понять. Будь выше этого. Ты цивилизованный человек, в отличие от него. Успокойся.

Кинг посмотрел на обоих, а после глубоко вдохнул и выдохнул.

– Что у Вас сейчас в рюкзаке? – спросил Кинг.

– Мой походный комплект. – заявил Блэр. – Я же приехал к Вам сразу из парка, не поев, не переодевшись…

– Прекрасно. – заявил Кинг. – Я изымаю Ваш рюкзак и все его содержимое как вещественное доказательство по делу.

– Вы не имеете права! – крикнул Блэр. – Это возмутительно.

– Напротив… – сообщил Кинг. – Детектив самостоятельно направляет расследование и делает выводы о целесообразности применения тех или иных следственных действий. В данный момент, согласно уголовно-процессуального кодекса США, я произвожу выемку возможных улик, являющихся вещественными доказательствами. Отказ я расценю как воспрепятствование осуществлению правосудия.

– Да подавитесь. – фыркнул Блэр. – Там все равно ничего, кроме моего постельного белья.

– Мне этого будет достаточно. – ехидно улыбнулся Кинг.

В кресле снова возникла фигура Разума.

– Блестящий ход. – кивнул Разум. – На его постельном белье уж всяко найдется его ДНК.

– Но теперь он ненавидит следователя по делу и не доверит нам никакой информации. – добавило Сердце.

– Я со всем разберусь. Можете идти, мистер Блэр. – заявил Кинг. – На сегодня мы закончили.

Следующий допрашиваемый был для Кинга самой большой неожиданностью. Окружной прокурор Дэвид Бёрнс, 25-летний рыжеволосый мужчина, слишком успешный и статусный для своего возраста, но все же довольно значимый гость в управлении полиции. Перед допросом в кабинет Кинга вошел капитан участка.

– Слушай, Кинг… – начал капитан. – Я знаю, как ты любишь докапываться до сути дела, но… Я по поводу Бернса. Прокурора. По-хорошему, нам бы его вообще не допрашивать, чтобы он потом нам не вставил бы палок… Шишка очень важная. Не дави на него. Его надо опросить просто формально, по шаблончику. И следи за тоном. Наш участок в его надзоре. Он нас уничтожит одним махом, если захочет. Ну, не он лично, но его связи… Знаешь, кто у него отец? А мать?

– Я понял, шеф. – кивнул Кинг. – Только по существу.

– Смотри мне! – грозно заявил шеф. – Думай, прежде чем будешь говорить.

Прежде, чем пригласить допрашиваемого, Кинг осмотрелся по сторонам.

– Ждешь моего совета? – возник из ниоткуда Разум. – Вот что я думаю. Это подозреваемый, такой же, как и остальные. Он был в парке в момент совершения преступления. А значит допросить его нужно с таким же пристрастием, как и любого подозреваемого.

– И разрушить хорошие отношения с шефом, не говоря уже о том, что ты подставишь под ряд проверок весь участок… – напомнило Сердце. – Тебя попросили проявить человечность. Что в этом сложного?