Разведчик
Шрифт:
– Отлично, выходим прямо сейчас?
– В принципе да, только вы-то как? Переход выдержите? Не спали всю ночь.
– Ох, Виктор, – с улыбкой ответил он, – бывает, когда в церкви служишь, особенно по большим праздникам, сутки не спишь. А десять километров я уж смогу пройти. Так что идёмте скорее.
Носилки соорудили быстро, на них положили Григория и погнутый пулемёт, их взяли Коля и Михаил Игнатьевич. Григорий окончательно вырубился, лежал на носилках неподвижно. Ему Гаврик вколол что-то убойное. Чего-чего,
Подошли мы к городку перед самым восходом, свет зари уже разливался на горизонте, по рыжей траве протянулись причудливые тени, но солнечные лучи пока не слепили глаза.
Застава, а фактически очень маленький городок, в который мы пришли, назывался… да неважно, как он назывался, всё равно мы в него не вошли, остановились в нескольких сотнях метров. Обстановка насторожила. Не бывает поселений, из которых не доносится никаких звуков, да и вокруг все молчит. Не слышно ни птиц, ни грызунов, ни собак. Конечно, середина осени – поля убраны, все готовятся к зиме, но всё равно – странно все это. Да и прямо веет от частокола чем-то нехорошим.
– Так, команда «стой», – распорядился я, хотя все и так остановились. – Кладём носилки на землю. Коля, возьми Гришкино ружьё. Гаврик, что там?
– Не знаю, надо ближе подойти.
– Я пойду с вами, – сказал Михаил Игнатьевич.
– Нет, – отрезал я, – я всё понимаю, но я за вас отвечаю.
– Я смогу, в случае чего, быстрее мага уничтожить нечисть, – возразил священник, и это была чистая правда. Но всё-таки я ему не разрешил.
– Сначала надо всё проверить, Михаил Игнатьевич. Вдруг там не нечисть, а обычные разбойники. Шальная пуля… сами понимаете, в общем. Да и Григория надо охранять. Но если понадобится ваша помощь, мы вас позовём.
– Ну, будь по-вашему, – недовольно сказал Михаил Игнатьевич и благословил нашу группу.
– Спасибо, – искренне поблагодарил я и велел разведчикам: – Ну, двинули.
Ворота городка были заперты, но узкая калитка в одной из створок открыта. Первым в неё проскользнул Саша. Коля поднял Ингу на плечи, девушка перекусила кусачками колючую проволоку и забралась на гребень частокола, там и осталась.
– Чисто, – сказала она сверху.
За Сашей внутрь прошел я, потом Коля и последним Гаврик.
Внутри мы увидели большой барак и несколько сараев.
– Гаврик, что там? – спросил я.
– Что-то чувствую внутри дома.
– Демон?
– Нет, – ответил маг, – сколько всего народу здесь жило?
– Ну где-то человек пятнадцать – двадцать, – ответил Коля. – Это вроде как постоялый двор, тут есть даже навесы для подвод. Но когда дальше по тракту ещё одну гостиницу поставили, тогда…
– Погоди, Коль, – перебил я. – Гаврик, а зачем тебе это всё знать, ты думаешь, демон сожрал людей и стал сильнее.
– Если ты десять килограммов мяса сожрёшь, сильнее станешь? – спросил маг. – Нет, ему людей подержать надо, себе подчинить, помучить, а только потом высосать из них всю силу. В общем, я так думаю, – сказал он после небольшой паузы. – Там, насколько я чувствую,
– Справится, – буркнул Саша и сплюнул на землю, – видишь, перед домом трупов нет. Сами, значит, впустили. Причём недавно.
– Ещё один привет из Прокола.
Но Гаврик ответить не успел, сверху крикнула Инга:
– Вижу движение в доме.
Мы втроём окружили мага и стали ждать. Скрипнула дверь барака, на пороге показалась маленькая зарёванная девчушка в грязной разорванной одежде.
– Помогите, – пролепетала она тоненьким голосом.
Загорный, не задумываясь, выстрелил. Голова девчушки разлетелась чёрными ошмётками, и сразу из сарая, где держали скот, послышался визг.
– Ложись, – заорал я и бросил в хлев гранату.
Через пять секунд раздался резкий хлопок, сухой треск и свист мелких осколков.
Дверь в доме опять заскрипела, на улицу, пошатываясь, вылезли бывшие обитатели хутора, уже с облезлой кожей и впалыми глазами.
– Ууу, мужики, – рассмеялся Коля, – и это всё? Смотрите.
Чистокровный викинг закинул на плечо ружьё, вынул меч и, пританцовывая, пошёл к живым мертвецам. Медлительные, беспорядочно размахивая руками, они не выглядели опасными настолько, чтобы тратить на них патроны.
Коля, играючи, подрубал ноги зомби, и те беспомощно плюхались на землю. Так он расправился уже с семью противниками из десяти, когда из дома выпрыгнули два существа, похожих на тёмные кляксы. Одно бросилась на Колю, я не успел ничего сделать. Существо сбило Викинга с ног, но завизжало, коснувшись упавшего меча, и заметалось по двору. Другая тварь стремительно обогнула меня и Гаврика (Саша с Ингой выстрелили, но впустую) и вылетела в ворота. Нечисть, что сбила Колю, побегала по двору, прыгнула на стену, вцепилась когтями в брёвна и на миг замерла. В этот момент мне удалось по ней выстрелить. Я попал, но тварь всё равно выпрыгнула наружу.
«Григорий, отец Михаил», – пронеслось в мозгу.
– Сашка, Инга, остаетесь тут, я за ними, – приказал я, – помогите Коле.
Краем глаза я успел заметить, что Викинг поднимается. Вот железный, гад!
Я бежал во всю мочь по полю, впереди две чёрные кляксы метались возле лежащего на траве Григория и стоявшего, раскинув руки, Михаила Игнатьевича. Твари бросались на них, но отскакивали, словно от стеклянного купола.
Я остановился на секунду. Твари метались и прыгали, часто выходили на одну линию со священником. Автомат – вещь хорошая, но лучше использовать своё родное оружие. Я закинул автомат за плечо, вынул Стечкина, установил прицельную планку на пятьдесят метров, прицелился и трижды выстрелил короткими очередями. Попал, к своей радости: одна тварь упала и громко заверещала. Другая бросилась наутёк. Священник подошёл к лежащей твари, та заверещала ещё сильнее, он перекрестил её – и она затихла.