Разведчики времени
Шрифт:
Марго закусила губы, не желая, чтобы Кит догадался, как ей больно.
— Что сказал этот солдат, когда ты с ним поговорил? Он опустил голову лишь на миг, чтобы заглянуть ей в глаза:
— Он участвовал в осаде Орлеана. В средневековой Франции. Он сражался за свою жизнь. Когда ты появилась ниоткуда, он подумал, что Жанна д’Арк разверзла врата ада. Теперь он думает, что ты отправила его через эти врата в ад.
— Жанна д’Арк, вот как он назвал меня. Кит поджал губы:
— Да. Он думал, что ты и есть Иоанна из Арка. Он сказал что-то насчет того, что
— Он пытался заколоть меня. Я разоружила его, только и всего…
Ей было трудно говорить. Ее так мутило, что ей приходилось то и дело сглатывать тошноту, подступающую при каждом шевелении ее ноги или руки.
Кит лишь кивнул:
— Ну, английская армия потерпела поражение в битве под Орлеаном, весьма тяжкое. Этот парень — валлийский лучник, из тех, что пользовались дальнобойными тяжелыми луками. Как все англичане, он считал Жанну ведьмой. Бургундцы схватили ее года через два после битвы под Орлеаном и передали англичанам. Те ее сожгли.
Марго закрыла глаза.
— Я… я упала сквозь Врата, когда они открылись. У меня не было никакого снаряжения, я не знала, в каком времени оказалась… — Она расплакалась.
— Держись, Марго. Я несу тебя к Рэчел Айзенштайн. Это неопасные порезы, честное слово.
— Хорошо, — прошептала она. Кит крепче обхватил ее руками и распахнул дверь больницы плечом.
— Рэчел! Срочно сюда!
Врач станции вбежала в приемную:
— Что случилось?
— Средневековый боевой конь поранил Марго шипованными удилами. Порезы плеча и бедра. Непредвиденное открытие Врат на поле боя пятнадцатого века.
Они уложили ее на смотровой стол, и Рэчел Айзенштайн стащила с Марго разодранную одежду.
— Это не так скверно, как кажется, — мягко сказала ей Рэчел, промакивая тампонами длинные порезы. Она сделала Марго местную анестезию, прочистила раны, зашила их и наложила бинты.
— В твоих медицинских записях не отмечена аллергия на пенициллин, — сказала Рэчел, взглянув на экран компьютера. — Это верно?
— Да, — тихо ответила Марго. — Это верно. У меня ее нет.
Врач впрыснула антибиотики и противосудорожные, а также выписала рецепт на капсулы, чтобы Марго принимала их еще несколько дней.
— Когда тебя ранят оружием из прошлого, которое побывало одному Богу известно где и в чем, мы предпочитаем не рисковать.
Марго снова почувствовала, что ей нехорошо, и это было заметно.
— Не о чем волноваться, — с улыбкой сказала Рэчел. — Мы хорошо о тебе позаботимся. Уложи ее в постель, Кит, и корми, когда ей захочется.
Марго почувствовала себя полной идиоткой, когда они усадили ее в инвалидное кресло. Кит покатил ее обратно через Общий зал.
— Расскажи по порядку, что случилось, — тихо попросил Кит
Марго рассказала
— Тебе повезло, — сказал он, когда она закончила свой рассказ. — Средневековых боевых коней обучали убивать пеших воинов Если бы жеребец не был так напуган Вратами, он бы растоптал тебя Я расспрошу валлийца поподробнее, посмотрим, удастся ли нам более точно определить,
«Неужели я не заслужила хотя бы похвалы за то, что спасла этого ребенка?» — обиженно подумала Марго.
Видимо, нет, поскольку Кит не обмолвился больше ни словом по этому поводу. Он отвез ее в свои апартаменты и уложил в постель, и единственным знаком внимания было то, что уложил он ее на свою собственную кровать, а свою подушку и одеяло перенес на кушетку, где она прежде спала.
— Проголодалась? — спросил он, присаживаясь у ее изголовья.
Она отвернулась:
— Нет.
Он нерешительно помедлил, затем положил ладонь на ее плечо.
— Ты неплохо справилась, детка. Но тебе еще так многому нужно научиться…
— Я знаю, — с горечью ответила она. — Все без конца твердят мне это. Кит убрал руку.
— Я приду попозже проведать, как ты. Позови меня, если тебе что-то понадобится.
Марго больше ничего не нужно было от Кита. Она чувствовала себя усталой и больной, ее раны ныли, а он не сумел сказать ей ничего лучшего, чем: «Ты неплохо справилась с этим».
Она зарылась лицом в подушку, чтобы он не услышал ее тихих рыданий. Обида и разочарование были почти непереносимы.
Кит сидел в темноте, вертя в пальцах стаканчик с виски. Так близко… Боже правый, смерть была так близко, а она даже не осознала этого. Его рука все еще слегка дрожала, когда он допил стаканчик и налил новую порцию. Стук в дверь прервал бесконечный поток мрачных картин, которые его воображение назойливо рисовало ему, — того, что могло случиться, если б все сложилось немного иначе.
Кит устало поднялся и нащупал дверь:
— Да?
— Это Булл.
Кит отпер:
— Заходи.
— Пьешь в темноте? — удивился Булл.
— Марго спит. Я не хотел беспокоить ее. — Он щелкнул выключателем настольной лампы.
— Ну, тогда я ненадолго. Я поговорил с нашим новым гостем из прошлого. Он насторожен и расстроен, и он весьма бурно протестовал, когда я конфисковал его оружие, но я приказал не задерживать его. Он, похоже, искренне сожалеет, что по недоразумению напал на твою внучку. Обычно, как ты знаешь, я подвергаю строгой изоляции за драку с применением смертельного оружия, но в данных обстоятельствах…
— Да, — устало сказал Кит.
— Я прикажу задержать его, если хочешь. Кит поднял голову:
— Нет. Нет, не делай этого. Он был потрясен и напуган. Во время сражения с человеческой психикой происходят странные вещи, не говоря уже о падении сквозь Врата в Ла-ла-ландию. Как его, кстати, зовут?
— Кайнан Рис Гойер.
— Несчастный ублюдок.
— Да. Пришельцам из прошлого приходится несладко. Бадди уже провел с ним долгий сеанс психологической реабилитации. Он говорит, что его реакция обычна: он смущен, напуган, убежден, что попал в ад. Я молю Бога, чтобы правительство предложило какую-нибудь разумную политику в отношении них, но скорее всего это будет еще хуже, чем оставлять их здесь. Кит фыркнул: