Разведена и очень опасна

Шилова Юлия Витальевна

– Сашка, ну о чем ты говоришь! Ты же знаешь, что я тебе всегда рада. В любое время дня и ночи. Только я хочу, чтобы ты меня правильно поняла, чтобы ты нормально это восприняла. Для меня очень важно твое мнение, и я меньше всего на свете хочу тебя хоть чем-то обидеть.

– Рит, я не понимаю, о чем ты.

Не выпуская моей руки, Рита повела меня на кухню, где я увидела своего бывшего мужа, который сидел за кухонным столом и ел рассольник. Увидев меня, он испуганно кивнул мне головой и растерянно сказал:

– Здрасте.

– Здрасте, – от неожиданности буркнула я и посмотрела на уже опустевшую тарелку с рассольником. – Рассольник кушаешь? – как-то глупо поинтересовалась я и отпустила руку Ритки.

– Ем.

– Вкусно?

– Очень.

– Тогда

наяривай. Ритка тебе добавки даст. Я таких никогда не готовила.

– Ты вообще ничего не могла приготовить, – начал приходить в себя мой бывший муж.

– Да я и сейчас не научилась.

– А что так?

– Некогда мне. Работы много.

– Говорят, у тебя работа тяжелая. – С каждой фразой мой бывший муж оживал прямо на глазах, но все же испуг не покидал его.

– Легкой работы вообще не бывает. А у меня работа самой большой степени тяжести, так что ты от меня правильно сбежал. Я бы тебя так никогда не кормила.

– Во-первых, я от тебя не сбежал, а ты меня сама выставила, вернее, создала все условия, чтобы я побыстрее тебя покинул и никогда не жалел об этом. Во-вторых, меня не нужно кормить. Я устроился на хорошую и высокооплачиваемую работу.

Слегка побледневшая Ритка не смогла не встрять в разговор и не высказать свои переживания по этому поводу:

– Ребята, если вы друг другу неприятны, вы мне обязательно скажите. Я и сама не знаю, как сегодня получилось. Я не рассчитывала, что вы здесь встретитесь. Саша, пойдем в другую комнату.

Я уже окончательно пришла в себя и решила не огорчать подругу.

– Зачем? Ты хочешь сказать, что одному из нас нужно уйти? Не вижу в этом большой необходимости. Я не видела своего бывшего мужа несколько лет и в честь такого случая я могу сесть с ним за один стол и съесть тарелку твоего вкусного рассольника.

– Правда? – Ритка заметно обрадовалась и, чтобы убедиться, что я не шучу, спросила еще раз: – Сань, ты, правда, будешь рассольник?

– Буду.

– А ничего, если Артем здесь посидит?

– Пусть сидит. Я его двигать не собираюсь. Я с другой стороны сяду. Ты вообще чего так разволновалась? Думаешь, с претензиями приставать буду или скандал устрою? Да я с этим человеком черт знает сколько лет не живу! И если я с ним когда-то была в браке, это не значит, что он на всю жизнь остался моим крепостным.

От моих последних слов бывший муж выронил ложку и заерзал.

– Ну вот и замечательно, вот и прекрасно, – защебетала Ритка. – Я просто боялась, вдруг ты еще подумаешь чего. Поймешь неправильно. А ведь мы подруги и обижать друг друга не должны.

Ритка, остынь. Все нормально. Мужик неплохой, терпеливый, чистоплотный. Душ регулярно принимает, свое нижнее белье всегда сам стирает. У нас с ним по этому поводу скандал всего один раз был. Он в тазике носки вместе с трусами замочил и под ванну поставил. А потом про них просто забыл. Сама понимаешь, что из этого приключилось. Я через несколько дней чуть от запаха не упала. Жалко, в доме противогаза не было. Но это было всего один раз. Я ему за это хорошенько вставила. Атак все постирушки всегда на его совести были, – принялась я нахваливать бывшего мужа. – Средствами личной гигиены пользуется регулярно. В еде неприхотлив. Мы с ним бедненько жили, экономили на всем – что можно и чего нельзя. Бывало, я ему макароны отварю, маргарина просроченного кину, он все слопает и даже ничего не прочувствует. Одним словом, метет все, что видит. Гвоздь прибить или еще что-нибудь в этом духе – он всегда мастер. По хозяйству с ним тоже проблем не было. Выгуливать его часто не нужно. Даже если одного на улицу отпустишь, все равно обратно вернется. В чужие руки не пойдет. Даже если кто-то косточку покажет, с чужих рук не возьмет.

Насчет прививок… Я его медицинскую карту давно не видела, но думаю, что привит по полной программе. Из болезней в детстве ветрянкой болел. Мне его матушка показывала фотографию, где он зеленкой по самые уши был разрисован. Да… Ты ему уши береги. Ему если ветром надует, то это труба. Он тебя своими ушами изведет. Устанешь греть. Будешь над ним с синей лампой сидеть до одурения. Так что, чтобы он тебя не доставал и не канючил, надевай на него шапку даже летом. А ежели не захочет, то натолкай ему туда ваты побольше. То, что не будет слышать, это ерунда. Главное, чтобы хорошо видел, а слышать не обязательно. И еще. Если на улицу выпускаешь, хоть не надолго, одевай все старенькое, потому что очень сильно пачкается. Я ему один раз чистенькие штанишки надела, так он их все грязью запачкал. Где-то споткнулся, упал и пришел с дырками на коленях. Пришлось латки ставить. Ты лучше на улицу сама его выводи. Сядь на лавочке, возьми книжку и наблюдай, как он по двору бегает.

– Хватит! Хватит! Хватит! – Мой бывший муж бросил в мою сторону гневный взгляд и со всей силы ударил кулаком по столу. – Хватит говорить обо мне, как о собаке! Рита, теперь ты видишь, как мне было страшно жить с этим чудовищем. На второй месяц семейной жизни на моей голове появились седые волосы!

– Артемушка, не нужно по столу стучать, – не на шутку перепугалась Рита. – Он и так почти на трех ножках стоит, четвертая еле держится.

– Починит, – попыталась я успокоить подругу. – А иначе на кой черт мужик в доме. Ты, Рита, не стесняйся, ежели что не так, суй ему молоток в зубы, и полный вперед! Гвоздей на шею повесь целую баночку. А, что касается седых волос, так это все ерунда, у него перхоть была. Я ее различными шампунями вылечила. Налью на волосы шампуня от перхоти и заставляю сидеть в ванне по пять минут, чтобы все впиталось. Так что после того, как ты его помоешь, обязательно обследуй. Если обнаружишь перхоть, смело обрабатывай голову. Полный вперед!

– Я не собака! – в сердцах выкрикнул Артем и посмотрел на Риту беспомощным взглядом.

Обеспокоенная подруга захлопала глазами и, взяв половник, прижала его к груди, не зная, как лучше сгладить ситуацию.

– Прекрати лаять и доедай свой рассольник, – сквозь зубы процедила я и села на свободный стул. – Съешь, и тебе добавки нальют.

– Рита, я ухожу! – Мой бывший супруг попытался встать, но я одним свои взглядом пригвоздила его к месту.

– Сиди!

– А я не хочу тебя слушать!

– Не слушай и ешь свой гребаный суп!

– Это не суп, а рассольник, – чуть не плача, произнесла Рита.

Какая разница. Суп, рассольник. Вода, одним словом, с картошкой. Ритуля, ладно, я больше твоего мужичка трогать не буду. Он меня еще в семейной жизни достал.

– Смотря кто кого достал, – поправил меня разъяренный Артем.

– Может, и так…

– Ребята, ну что вы, как дети маленькие. Если бы я могла предположить, что вы здесь встретитесь…

– Ладно, проехали, – оборвала я ее. – Буду себя вести смирно. Наливай свой суп, вернее, рассольник. И сама садись. Посидим, пообедаем по-домашнему. Не чужие все-таки. Я с тобой со школьной скамьи дружу, а с этим товарищем даже пожила немного. Хоть немного, но пожила.

Обрадованная Ритка тут же подала мне тарелку с рассольником и села рядом с Артемом. Съев пару ложек, я не могла не похвалить свою подругу:

– Вкусно, Ритульчик. У тебя всегда все вкусно. – Затем посмотрела на своего бывшего мужа и погрозила ему пальцем. – Смотри. Тебе такая женщина досталась. Какие рассольники варит! Чтоб берег ее как зеницу ока и на диване поменьше лежал.

– Я на диване вообще не лежу, – язвительно произнес бывший муж. – Я на хорошей работе работаю и получаю неплохо.