Разведенка
Шрифт:
— Извини, Люд, — спохватилась Фиса, поняв, что зря втянула в спор брата. — Я всего лишь переживаю за тебя и не хочу, чтобы потом ты сожалела о своей щедрости. Эдуард не оценит твой шаг.
— Мне не нужны его оценки. Пусть просто подпишет бумаги и исчезнет из поля зрения, чтобы мне ничего не мешало начать новую жизнь.
— Что ж, ты права Люда, — сдалась Фиксова, заметно сникнув. — Будешь присутствовать на суде?
— Нет, — моментально отмела возможность ещё раз увидеться с Корольковым. Я уже простилась с ним и оплакала. —
— Русик уже вернулся? — сменила тему Анфиса, вбив меня кувалдой в мёрзлую почву.
— Нет. Плавает, — пространно ответила, не вдаваясь в подробности. Плавает в семейном кругу, плавно качаясь на волнах супружеской любви. Скотина!
— Когда ж его морская болезнь свалит, и он подаст в отставку? — театрально вздохнула Анфиса. Я даже представила, как она в полёте взмахивает руками.
— Ладно, Фис, прощаюсь. Ларчика пора купать и укладывать спать.
— После суда выберусь, — напоследок пообещала Анфиса. — Отметим твою свободу.
Положила аппарат на столешницу, надеясь, что у Фиксовой не получится сразу выбраться, а потом мне не придётся либо врать, либо ругаться. С кем с кем, а с Анфисой не хотелось бы переходить приятельскую черту, даже несмотря на то, что она из вражеского лагеря.
Почему-то после разговора с ней снова взбаламутилось со дна в груди. Вроде приехала выпотрошенная, наревевшаяся, опустошённая. Готовая упасть на кровать и сразу отключиться до утра, а в результате проработала до петушиных песнопений, стараясь заполнением карточек выдавить упрямые мысли. Лучше бы вообще не ложилась спать, потому что два часа сна размазали меня ещё больше.
И для полного комплекта наутро срубил токсикоз, гоня в туалет, кажется, от всех запахов в доме. Обнимая фаянсового друга, я не раз пожалела и о принятом в клинике решение, и о встрече с Русланом, и о слабости своего передка, и о крепости женского здоровья, исправно выкатывающего яйцеклетки на оплодотворение.
Так сильно меня не полоскало ещё ни с кем. С Ромкой я почувствовала свою беременность лишь когда качественно округлился живот. С Ларчиком немного пострадала изжогой во втором триместре. А сейчас у меня было чувство, что я сожрала чего-то не то или не того. И это не о продуктовом содержание в холодильнике.
Ближе к обеду позвонил Димон и напросился в гости. Если позавчера я сама указала ему на дверь, наметав матерный горох в рыжую спину, то сегодня провалилась в радостную эйфорию, ожидая его. Он, как знаменитые Чип и Дейл, спешил на помощь.
Войдя в дом, Дима всё понял без слов. Отправив меня досыпать, а Ромашку выгуливать Лару, Сытников распахнул на кухне окно и занялся готовкой. Обед, ужин… Плита ломилась от кастрюлек и сковородок, когда я выползла из спальни, почувствовав себя выспавшейся.
Как-то так время и потянулось, перевернув суточный режим с ног на голову. Ночью я работала, вырубаясь с просыпающимися петухами, днём
Так прошло ещё две недели моей разводной жизни. Анфиска выбраться не смогла — после суда её свалил вирус, потом накрыли предпраздничные дела, а следом обрушилось пополнение центра желающими вырваться из брака. От Руслана и его супружницы тоже вестей не было. Никто не звонил, не писал, не стремился обвешать лапшой мои уши.
А на Новый год, вместе с звенящими бубенцами саней Деда Мороза на пороге нарисовался разряженный гость с большим мешком и с неприлично огромным букетом.
Глава 40
Мы, конечно, собирались с Димкой встретить Новый год, но увидеть на пороге хозяина зимы с синтетической, куцей бородой и с рыжими бровями я не ожидала. Почему-то, глядя на Сытникова, сжимающего в рукавице тёмно-красные розы и подпихивающего ногой синий мешок, расшитый снежинками и ёлками, в мозгу складывалась вся абсурдность ситуации. Возникло ощущение, что Димон решил сэкономить и отметить сразу и восьмое марта.
— Ё-хо-хо, — трясонул кудрявой мочалкой Дедушка, заглядывая мне за плечо и отыгрывая спектакль для выбежавших спиногрызов. — Здравствуйте, детишки.
— Пливет, дядя Дима, — потянулась к нему Лара, с лёгкостью вскрывая его конспирацию. — Ты зачем заблал костюм у Молоза?
— Я не забирал. Мне его сам дедушка дал, когда принимал на работу, — шустро сориентировался Сытников, стирая рукавом выступивший пот на лице. — Сегодня я его заместитель. Развожу подарки и раздаю их послушным детишкам.
— Я очень послушная, — закивала Лара, оттягивая бороду и со шлепком отпуская её. — Мне надо много подалков.
— Если хочешь много подарков, то придётся рассказать стишок или спеть песенку, — озвучил условие Димон, отрывая от пола мешок, а я вдруг вспомнила, что со своими проблемами ничего не выучила с малышнёй.
— А мы станцуем для тебя, Дедушка, — подхватилась, увидев, как в дочкиных глазках проскальзывает растерянность. — Ларочка хорошо танцует.
— Оооо, я очень люблю танцы, — поддержал меня Дима, откладывая в сторону букет и выуживая из кармана телефон. — Предлагаю поводить хоровод вокруг…
— Вокруг мешка с подарками, — поспешила закончить фразу, пока не возникло ещё одной спорной ситуации.
Димка включил новогоднюю песенку, мы дружно обошли несколько кругов вокруг подарков, потом Ларчик исполнила что-то похожее на тверкинг, Ромка в припадке подёргал ногами, я, кружась, изобразила руками фонарики, а Дима с трудом удерживал серьёзное выражение, нещадно обливаясь потом.
— Какие молодцы, — выдавил из себя Сытников, пытаясь не заржать от увиденного. — Порадовали Дедушку. Заслужили много подарков.