Разведенка
Шрифт:
— Интересно, куда ты денешься. С тех пор, как вы с матерью продали квартиру, у тебя ни кола, ни двора. Ты бомжиха, Люся. Тебе надо молчать в тряпочку и ноги мне целовать за то, что я посадил вас на свою шею и тяну, — подняла морду наглость Эдуарда, стоило ему прикрыть мошонку тряпкой. — Предупреждаю, Людмила, уйдёшь, лишишься всего. Алиментов с моей жалкой официалки не хватит даже на хлеб.
— Что ж, тогда у тебя останется больше денег на блядей, — развернулась и толкнула дверь, открывая обзор в тёмный коридор. — У вас десять
Вытягивая до боли позвоночник и гордо соединяя в прямой осанке лопатки, я как-то дошла до Ларкиной комнаты, ни черта не видя перед глазами. Во мне что-то перекручивалось, переворачивалось, лопалось и рвалось с хлёстким звуком. Мозг просто не мог переработать то, что сотворил Эдуард. Он не только притащил в дом при действующей жене любовницу, но и заставил ту самую жену прислуживать ей! При этом стыдил, унижал и оскорблял! Жену, женщину, которой обещал любить, боготворить, заботиться, мать своих детей!
А стоило подумать, что я собственными руками готовила для его любовницы еду, собирала по ванне её волосню, кидала в стирку брошенные на стиральную машинку трусы, меняла постельное бельё, как в висках начинала пульсировать кровь, а в глотке клокотать злость.
Услышав грохот хлопнувшей входной двери, я чисто машинально дёрнулась, всё еще не до конца осознав произошедшее. Как же так случилось, что за шесть лет я не разглядела беспринципную, бессовестную и гнилую особь, скрывающуюся под интеллигентной личиной моего мужа? До какого морального уродства нужно было опуститься, чтобы так унизить меня?
— И вовсе я его не покрывала, — надуто ворвался голос свекрови, возвращая моё сознание в покорёженную избу, требующую не только генеральной уборки, но и капитальный ремонт. — Как только поняла, что этот паршивец устроил, сразу позвонила ему и воззвала к совести.
— К чему? — искренне удивилась я. — Эдик давно забыл, что это такое.
— Неправда, — воскликнула мамаша супруга. — У Эдички просто не было выхода. Девочку неожиданно выгнали со съёмной квартирой, и ему пришлось временно поселить её к вам. Не на улице же оставлять… Ой…
— Ну что вы, Далия Натановна. Договаривайте, — ехидно оборвала оправдательную речь. — Расскажите, какой чуткий и заботливый ваш сыночек. Как героически он спас девочку Алису, как привёл бедную овечку к жене в квартиру, как представил любовницу племянницей, и как страстно жарил её каждую ночь в нашей кровати, отселив супругу и Ромашку в Ларкину комнату.
Не знаю, как телефон выдержал мою гневную тираду и не рассыпался в крошево от силы сжатия. Надо же, оказывается Эдуард оказался ещё и скупой сволочью. Вместо того, чтобы поселить подстилку в гостиницу, пока подыскивал ей новый вариант со съёмом, он решил сэкономить семейный бюджет и организовать в квартире гарем. Только где-то и тут закралась ошибка. Обычно, младшая жена прислуживает старшей, а не наоборот.
— А что ты хотела, Люся? — ни с того ни с сего
— Вот на этом мы закончим, Далия Натановна, — резко обрубила свекровь. О чём я там беспокоилась? Об инсульте? К чёрту! Пусть земля разверзнется под её ногами! Пусть молнией поразит и её, и её сыночка в самое темечко! — Ваш Эдичка скакал по девкам с Ромкиного рождения. Тогда с моей жопой всё было нормально, как и с ногтями. Если вы не смогли воспитать порядочного мужчину, то надо признать промах, а не делать виновной меня. Я вас очень прошу, Далия Натановна, больше не звонить мне. Вам здесь не рады. Время и место посещения внуков мы определим в суде после развода. Теперь у вас есть все шансы найти себе правильную невестку, подобающую декану Королькову.
Сбросила вызов, не обращая внимание на крякающие попытки свекрови поставить меня на место, зарычала, сильно-сильно зажмуриваясь. Отправила её и мужний номер в блок, тоже самое сделала с мессенджерами. Подошла к старинному трюмо, повернулась к нему задом, обтянутым джинсами.
Вполне хорошая корма рожавшей женщины. Немного тяжеловата по современным стандартам, но вот совсем не вываливается через борта и не нависает над поясом ушками. За этим произведением искусства ещё будут бегать нормальные мужики, а Эдик пусть охотится на молодое мясо.
Глава 5
— Мам, а мы когда домой вернёмся? — отложил планшет Рома, плюхнулся на живот и свесил с края лежака голову. — Я уже напутешествовался.
Зависла на несколько секунд, не совсем понимая, как менее болезненно донести до детей правду. Ну не скажешь же им, что их отец оказался форменным козлом, жрущим капусту не со своего огорода, а мамина гордость не позволила молча проглотить то дерьмо, что хлебнула в выгребной яме.
— Папа затеял в квартире капитальный ремонт. Меняет всё-всё, — присела перед ним на корточки и растрепала светлую макушку. — Придётся пока пожить здесь.
— А как же мой детский сад? — понимающе кивнул сын, двигаясь и подставляя спину к почесону.
— Можно подумать, что ты в него с удовольствием ходил, — прошлась щекоткой по тощим бокам. — Сам каждое утро ныл, что мечтаешь сидеть дома. Мечта сбылась.
— Ессс! — ликующе попытался подпрыгнуть Ромка, но из-за отсутствия нормального матраса амортизация не случилась. — Тогда надо купить кровати и кучу всего.
— Купим потихоньку, — пообещала ему, окидывая взглядом скудную обстановку.