RECKLESS
Шрифт:
— Вильям, сукин сын, — шепчет хриплым голосом Шистад, а я поднимаю на него голову. — Мой телефон, блять, чуть не взорвался, — он закатывает глаза и целует меня в макушку, решив, что он сам откроет дверь.
Черт, я же в полотенце. Закусываю губу и скрываюсь за поворотом, входя в свою комнату и открывая шкаф. Беру оттуда нижнее белье, лиловый пуловер и темно-синие джинсы. Расчесываю волосы и оставляю их распущенными. Украдкой смотрю на туалетный столик и думаю: краситься или нет. Закатываю глаза и тащу свою задницу к зеркалу, начиная приводить свое лицо в порядок.
— Привет, — вхожу на кухню и здороваюсь с Вильямом, который что-то рассказывает Крису. — Я так поняла, что что-то серьезное? — вопросительно смотрю я на него и облокачиваюсь на кухонную тумбочку рядом с Крисом.
— Привет, да, — говорит он, крутя в руках телефон. — Ты говорила о своем отце вчера, и я позвонил своему знакомому. Он пробил его по базе, и выяснилось, что Марк (имя отца) никогда и не умирал. Просто залег на дно и ждал, пока все утихнет. Последний раз его видели в Монако 27 июля, — я закусываю губу, и во мне все ликует. Неужели есть шанс, что я смогу спустя почти десять лет встретиться с папой?
— И ты думаешь, что с помощью моего отца мы сможем остановить Круэла? — посмотрела я на шатена, а затем перевела взгляд на брюнета, который задумчиво смотрел куда-то сквозь.
— Если Марк оставил тебе код активации, значит, знает код дезактивации, — предельно ясно говорил Магнуссон. — Нам не потребуется его искать, если вдруг ты вспомнила код, — выгнув бровь, посмотрел он на меня.
— Это вряд ли. Я не думаю, что этот психопат создал бы код по дезактивации проекта «Торнадо», — говорит Крис, но я опускаю взгляд вниз и начинаю анализировать все дни, все странные моменты, все сны.
Сон. Черт, как же я сразу же догадалась.
— Сон, — восклицаю я и поднимаю голову, видя странные взгляды на себе. — Черт, мне снится один и тот же сон каждый день, и там я и папа, он что-то отдает мне, говоря, чтобы я это хранила. Но я не могу увидеть, что это за вещь. Я уверена, что если я смогу разглядеть ее, то мы узнаем намного больше, — со стороны кажется, что это бред ненормального, но, кто сказал, что мы все тут адекватные?
— Есть у меня одна идея, — говорит Крис и тянется к телефону.
***
Hozier – To Be Alone
— Какие люди, — экспрессивно произнесла женщина, встречая нас на пороге. — Сам Шистад пожаловал, — явно с наигранным счастьем произнесла она. — О, и друзей прихватил! Счастье-то какое.
— Аина, — скептически произносит Крис, и я чувствую, как взгляд этой женщины скользит по мне. Она, будто змея, окутывает все мое тело и оставляет слизкие следы, — еще не забыла, что должна мне услугу? — брюнет облокачивается о дверной косяк.
— А я уж думала, что спокойно жить буду. Но нет, твоя миловидная мордашка появляется в моей жизни вновь и вновь, — закатывает она глаза и отходит от двери, давая нам пройти.
— Вильям, очень рада тебя видеть! — я оборачиваюсь, видя, что Магнуссон стоит на лесенках и прикуривает.
— Аина, ты невыносимая, — спокойно говорит он. — Я подожду вас здесь, — говорит он сквозь женщину,
Ну, она довольно странная.
Квартира у этой дамочки была небольшой, но сделана со вкусом. Повсюду развешаны картины, стоят вазы с тотемными животными. В каждых уголках стояли ароматические свечи и палочки, отчего меня тянуло снова на свежий воздух.
Тут было довольно тускло. Стены выкрашены в бледно-вишневый цвет, и краска местами облезла. На полу застелены различные коврики, и я реально старалась не упасть.
— О, черт, — я схватилась за торшер, когда меня чуть не сбили две кошки. Господи, серьезно? Что это за место такое?
Я следовала за Кристофером, и мы вошли в совсем маленькую комнату с одним столом, на котором были какие-то непонятные вещи.
— Присаживайся, солнце, — закрывает дверь Аина и касается моей спины, от чего волоски на затылке становятся дыбом. Я сажусь за стол, и женщина достает три черные свечки, ставя их перед собой, и садится напротив меня.
Я разглядываю темное помещение и понимаю, что единственный источник света — три свечи. Вот сейчас мне серьезно стало не по себе. Где Крис? Он вообще заходил в эту комнату?
— Я тут, — будто читая мои мысли, он выходит из угла, держа какую-то рамку в руках, что определенно не нравится женщине.
— Положи, где взял, — не поднимая глаз, произносит Аина, тасуя карты.
— Ты до сих пор хранишь ваше фото? После всего дерьма? Аина, я думал, у тебя есть гордость, — качая головой, брюнет ставит вещь на место и складывает руки на груди, наблюдая за нами.
— Заткнись, — говорит она и поднимает на меня свои глаза. Они кажутся такими яркими, как у кошки. Желтые с зеленоватым ободком и узким зрачком. — И что бы ты хотела узнать? — поднимает она одну бровь и раскладывает карты в только для нее понятном порядке.
— Мне снится сон на протяжении долгого времени каждую ночь. И мне кажется, что я упускаю самую важную вещь в нем, но своими силами я не могу сконцентрироваться на ней, — говорю я, и она кивает пару раз.
— И ты хочешь, чтобы я тебе помогла? — складывает она руки на столе, и я положительно киваю. — Что ж, я могу ввести тебя в состояние транса и просто направлять тебя по твоему сознанию, но ты должна быть сама готова, — её голос обволакивал мой разум. — И да, у тебя нет проблем со здоровьем? А то это будет проблемой, — она встает со своего места и скрывается на мгновение в темноте.
— Нет, — сглатываю, и Аина предстает передо мной так неожиданно, что я пячусь назад.
Я слушаю ее указания. Сижу расслабленно, смотрю на свечу и не двигаюсь. Сначала мне это кажется самой бредовой затеей в мире, но потом я чувствую прохладу во всем теле, и как веки тяжелеют. Я все с каждым разом медленнее и медленнее моргаю.
— Чувствуешь, как твое сердце почти не бьется?
Голова кружится, а в легких остается совсем мало воздуха. Кончики пальцев покалывает до того момента, когда я уже перестаю их чувствовать.