Реформатор
Шрифт:
— Но… мы же не можем терпеть в столице двенадцать имис! Это же опасно! Словно жонглировать заряженными гранатами! Могут рвануть в любую секунду! — молодой Ферен выглядел растерянным. Он оглядывался по сторонам, словно ища поддержки. И, надо сказать, он ее находил. Трое великих ишибов кивнули в ответ на его фразу. Им, долгоживущим и могучим, совсем не нравилась мысль погибнуть вследствие неожиданного нападения.
— Чем опасны имис? — спросил Михаил, обращаясь, прежде всего, к Парету и Йонеру.
— Только лишь внезапностью, — ответил
— Да, тогда получается, что их нужно убирать из Парма, — заключил король, — Но как? У кого-нибудь есть предложения, как это сделать, не оскорбив их и не напав на них?
Хитроумный Комен, на которого был устремлен взгляд короля, покачал головой. На лицах остальных тоже отражалось недоумение. Высказалась лишь принцесса.
— Незаметно отравить, а во всем обвинить посла Фегрида, — предложила она, — Не думаю, что он их любит. Ведь они у него наверняка забрали полномочия.
— Это слишком радикальный метод, — отказался король, — Мы все равно встаем перед угрозой войны. Сначала смерть племянника императора от руки Маэта, потом — убийство Миэльса на территории Фегрида, а если еще и имис будут отравлены, то нашей репутации уже ничто не поможет.
— Зато двенадцатью врагами меньше, — пожала плечами прекрасная Анелия. Ее кровожадность никого не удивляла — все к этому привыкли. А вот к потрясающей красоте принцессы привыкнуть было трудно. Даже Михаил тайком любовался своей невестой.
— У кого еще предложения? — поинтересовался король. Ответом было лишь молчание.
— Это потому, что вы все думаете в терминах насилия, политики или интриги, — высказался он, — Шире нужно смотреть. Помимо этого еще есть кое-что.
Фраза была непонятной. Множество недоуменных взглядов обратились на короля.
— Да законы есть! — он не стал держать подданных в неведении, — Законы! И сейчас мы один из них напишем.
Комен не смог сдержать улыбку. Главный полицейский самым первым понял, что затевается.
— Торк, возьми-ка чистый свиток и перо, — сказал король, — Пиши. «Указ о запрещении пребывания имис, не подчиняющихся ранигской короне, в столице Ранига и других городах без специального разрешения ввиду потенциальной опасности для ишибов, верных короне».
Михаил считал, что бюрократия — великая вещь, если ей правильно пользоваться. Закон — есть закон, даже состряпанный на скорую руку. Имис не смогут почувствовать себя оскорбленными и будут вынуждены либо покинуть столицу, либо объявлять войну. Королю очень хотелось надеяться, что до последнего не дойдет. Но Маэт был прав — терпеть в столице имис, это все равно, что испытывать новое оружие на себе самом. Рано или поздно испытания остановятся по причине отсутствия испытателя.
Кроме нового закона были написаны еще два письма. Одно — с инструкциями к канцлеру
Когда члены штаба разошлись, король и принцесса снова остались наедине. Анелия осталась сидеть за столом, задумчиво вертя в руках светильник. После нескольких минут молчания она подняла голову и сказала:
— Нам нужны собственные имис, твое величество.
— Нужны, — согласился Михаил, — И еще много чего. Если Фегрид даст мне пару месяцев спокойной жизни, то это поможет решить большинство наших проблем. А лучше, конечно, — полгода.
— Разве Фегрид не собирается объявить войну со дня на день? — спросила принцесса.
— До появления имис я думал, что нет. Теперь — не знаю, — ответил король, — Мне бы очень хотелось переговорить с тем, кто их возглавляет, до того, как решение будет принято. Ксарр пишет, что его зовут Шенкер. Советник императора Шенкер.
Глава 2. Измена
Измена — просто слово, отражающее личное отношение правителя к тому или иному обыденному вопросу
— Мои люди сообщили мне, что в Парм вошли эльфы, господин советник, — Гирун Пелан, посол Фегрида, стоял на тропинке в собственном саду. Перед ним на ухоженной лужайке тренировалась группа имис под наблюдением советника императора Шенкера. Они вытаскивали из ножен мечи и делали простейший выпад. Медленно, очень медленно. Советник внимательно следил лишь за изменением абов своих подчиненных.
— Вот как? И сколько их? — Шенкер, черноволосый худощавый мужчина с равнодушными глазами, отвлекся от наблюдения за тренировкой и взглянул на собеседника.
— Около сотни, но было больше. Гораздо больше. Остальные остановились у стен Парма, а затем куда-то ушли. Возможно, к королю Ранига.
— Мы предполагали, что к этому все движется, господин посол, — голос советника был столь же безэмоциональный, как и его взгляд, — Нерман заключил с эльфами союз. Теперь у него есть ишибы, которых недоставало ранее.
— Эльфы плохие солдаты, — хмыкнул Гирун.
— Они плохо проявили себя ранее, это верно, — согласился Шенкер, — Но тогда у них не было Нермана. Слабая армия Ранига в одиночку разгромила объединенные силы Томола и Кманта. В этом заслуга лишь нового короля. Я бы не стал недооценивать эльфов у него на службе.
— Господин советник, позволь поинтересоваться, каковы твои планы насчет Ранига? — прямо спросил Гирун, — Предполагаю, что ты объявишь войну?
— Возможно, господин посол. Я склоняюсь к этому. Мне нужно еще несколько дней, чтобы принять окончательное решение. И очень бы хотелось увидеть короля.