Реформатор
Шрифт:
Как только ишибы Томола и Кманта оказались в непосредственной близости от пятидесяти ишибов Ранига, то сразу же попытались взломать оборону. Гношт с интересом наблюдал за происходящим.
– Они, конечно, выдержат первый натиск, – говорил он Йеарту, – Вопрос лишь в том, насколько их хватит.
– Твое величество, смотри, ранигские солдаты пытаются атаковать нас, – генерал показал рукой на перестроения вражеской пехоты.
Действительно, солдаты Нермана сейчас на полной скорости обходили отряд ишибов Гношта. Их цель была ясна: ударить по флангам
– Ничего, если у наших ишибов хватит ума погасить скорость ранигских солдат, то они легко выстоят, – сказал король Томола, – Нам ведь не надо много времени. Пусть конница атакует ближайшую тысячу. Посмотрим, как те с этим справятся.
Ранигские ишибы, казалось, ушли в глубокую оборону. Они не пытались атаковать, не было видно молний. Впрочем, факт отсутствия молний легко объяснялся: два отряда еще не сблизились до такой степени, чтобы столь специфическое оружие могло разить эффективно. Вообще же, в данных условиях тесное сближение не было выгодно ишибам короля Нермана. Чем ближе могущественные враги, тем меньше им нужно времени для взлома обороны. Тут даже молнии могли бы не успеть нанести существенный вред.
Гношт оказался прав: внезапно поднявшийся ветер резко уменьшил скорость солдат с амулетами Террота. Казалось, что ишибы Томола и Кманта в остальном игнорируют их, просто не допуская сближения и концентрируясь целиком на ишибах Ранига.
Конница, послушная воле Гношта, ринулась на ближайший полк противника. Всадники были вооружены копьями и мечами. Копья предназначались для первого удара, а мечи – для рубки или добивания противника, тех случаев, когда копья становятся бесполезными.
– Смотри, твое величество, ранигские солдаты осыпают ишибов стрелами и дротиками, – Йеарт усиленно взглядывался вдаль.
– И что, они долетают? – спросил Гношт.
– Нет, твое величество, не все. Вокруг наших ишибов очень сильный ветер.
– Я же говорил, даже амулеты Террота ничего не смогут сделать против спаянного и большого отряда ишибов… Ах, как хорошо пошла конница! Ты видишь?
– Да, твое величество.
– Ранигской тысяче не выдержать этот удар. А чего тянут наши ишибы? Почему отряд Нермана до сих пор не несет потерь?
– Наверное, им нужно подойти еще ближе, твое величество. Раниг медленно отступает и противодействует этому. Им нужно еще немного времени.
– Да, ты прав. А почему солдаты Нермана не нападают на ишибов со всех сторон? Посмотри, правый фланг открыт. В чем причина?
– Не знаю, твое величество, но та странная конная сотня приближается как раз к правому флангу.
– Думаешь, они ударят? Что могут всадники сделать с ишибами?
– Это очень странные всадники, твое величество. Наша разведка сообщила, что они одеты в мех.
– В мех? Зачем?
– Не знаю, твое величество. Мы еще не успели собрать информацию по этому вопросу.
– Ты только посмотри! Что я говорил! Ранигские амулеты не смогли выдержать удар копья всадника!
– Да, твое величество… первый натиск был страшен. А теперь… всадники как-то медленно продвигаются.
– Солдаты Ранига слишком сильны и маневренны. Прикажи коннице отступать. Лучше в сторону Раста. Кстати, где он?
– Думаю, что гонец уже передал ему послание. Сейчас будет. Вот-вот покажется на горизонте.
– Эти солдаты на лошадях… те, которые одеты в мех, подошли довольно близко к ишибам. И спешились… Йеарт, они спешились! Зачем?
– Не знаю, твое величество. Это странно.
– Думаю, нашим ишибам лучше отвлечься от ранигских ишибов на несколько секунд. Пусть быстро уничтожат эту непонятную сотню.
– Наверное, сейчас так и сделают, твое величество… Что это?! О, божественные силы! Что это?!
Крик генерала был столь громок, что это указывало лишь на одно: старый воин полностью утратил контроль над собой. Если бы он взглянул на своего короля, то удивился бы еще больше. Челюсть Гношта отвисла, а глаза расширились. Впрочем, короля и его генерала можно было понять: странные всадники… точнее уже пехота, одетая в мех, каким-то образом за кратчайший период времени уничтожила целый ряд ишибов из великолепного спаянного отряда, обладающего отличной и сбалансированной защитой.
Верон Снарт, командир взвода стрелков или 'мишек', как их называли простые солдаты из других подразделений, очень волновался перед первым боем. Конечно, сержант был ветераном, за его плечами было не одно сражение, но настоящий бой с использованием ружей являлся первым в его карьере. Его волновали многие вопросы. Сумеют ли стрелки подойти на близкое расстояние? Повезет ли им избежать удара ишибов? Сможет ли его взвод нанести противнику реальный ущерб? И, наконец, окажутся ли они достаточно счастливыми, чтобы после всего этого успеть отступить?
Верон очень хотел, чтобы все закончилось хорошо. Тут дело было не только в чувстве самосохранения. Сержант отлично понимал, что от этого боя может зависеть вся его судьба. Если взвод проявит себя, причинит большой урон вражеским ишибам, то фортуна, несомненно, улыбнется ему, Верону. Стрелки находились под прямым подчинением короля. Его величество благоволил к ним. Если 'мишки' оправдают его надежды, то… возможно все. Поэтому перед самым началом боя Верон старался заглушить волнение приятными мыслями о новеньком лейтенантском плаще, который он, скорее всего, получит. Если выживет, конечно.
И сейчас сержант был даже рад услышать сигнал к атаке. Теперь уже нет места сомнениям и колебаниям. Нужно действовать.
Рота стрелков на полном скаку понеслась к цели – свободному от ударов пехоты флангу ишибов Томола и Кманта. Лошадь Верона, Черная Ласточка, была очень послушной. Сержант искренне привязался к ней, старался баловать ее и не быть слишком жестоким наездником. Но теперь отношение к лошади не имело никакого значения. Необходимо спешить любой ценой! Верон нахлестывал животное, стараясь держаться впереди своего взвода. К счастью, расстояние до врага было невелико. Загонять лошадь не пришлось.