Шрифт:
Я незаметно на дереве в листьях
Наполняю жизнь свою смыслом -
Пряду свою тонкую Нить...
из песни
– Бегущая Лиса
Просторный пихтовый лес был весь залит ярким лунным светом, и даже на обширном балконе каменного здания ничто не мешало наблюдать оный, потому как нигде не светили лишние лампы. Только на углу различалась лампочка под красным стеклом, обозначавшая пожарный гидрант, да иногда между стволами деревьев пробивался свет фар с близкого шоссе. Сдешние обитатели не то чтобы экономили электричество, просто всю дорогу привыкли к тому, что ночью темно,
С той стороны большого здания этажей в семь была подъездная площадка, там светили фонари и кто-то копошился, но с другой стороны, прямо в лесу, стояла тишина и было слышно, как бьёт в мешки хомяк. На небе, ещё сохранявшем очень тёмный синий цвет после заката, ярко горели звёзды и паслись высокие вытянутые облака, подсвеченные луной; в воздухе существовал свежак от прошедших с дождём туч, которые темнели на западе. На балконе, увитом до визга лиановидными растениями, расположились несколько пар ушей - ну всмысле не в отрыве от прочего, конечно. Два спайдерфокса сидели в креслах, так что в сумерках более всего виднелись их пуховые уши, а третий прохаживался вдоль, издавая ноль звука при хождении босыми лапами по каменным плитам. Поскольку никто не шумел, все слышали, что хомяк внизу набил таки, и вразвалку потащился в нору.
– Вон посмотрите, альфа Несушки, - показала на звезду лисица, сидевшая у стола.
При этом она слегка притявкивала, но ухитрялась это делать шёпотом - как впрочем и все её трёххвостые пушноухие сородичи. Остальные поглядели в указанном направлении и сочли, что звезда ничего себе.
– Мы сочли, что звезда ничего себе, - компетентно заявил лис, покачиваясь в кресле, - Не хуже других.
– Ну да. Но в этом оранжевом свете так и чувствуется, - спайдерфоксиха сделала пространный жест лапкой, - Так и чувствуется начало новой жизни и рождение будующего мира!
– Вот тебя потащило на поэзию, как гуся в штопор, - улыбнулся лис.
– Да не совсем, - захихикала та, - Я и так знаю, что в альфе Несушки делают планету под заселение.
Трёххвостые захихикали вместе, удерживаясь ржать в голос - и не распугать тихую ночь, и главное и так уже бока болят от смеха. Собственно тявкнуть, им троим уже давнище как следовало бы отправляться по домам, а не торчать на рабочем месте, но в этот вечер состояние голов как-то способствовало тому, чтобы остаться на пол-ночи пообсуждать, да и вообще, причём вообще тут главное. Рукиш, Калимма и Уцкен были не только сотрапами по работе в штабе космофлота, но и просто друзьями, так что и. Всмысле, они могли и просто посидеть прибочно, думая на три пары ушей сразу - что они собственно и сделали. Будучи дневно-ночными зверьками, спайдерфоксы не заморачивались на смену дня и ночи, когда было годно - тогда и мотали, а не тупо по расписанию.
Посмеявшись, они всё-таки довольно философично уставились носами на оранжевую Альфа Несушки; это для Пролесья она так называлась, а на месте это был Геремшлин, часто корректируемый до "гермошлем". Там действительно проводили работы по запилке планеты, дабы сделать её пригодной для жизни - спайдерфоксячий миростроительный флот, который только набирал обороты, не без помощи белокъ, у которых этот флот обороты набрал давно. У трёххвостых лис, которые относительно
Штабных лис беспокоило не это, а то что пушноухих вообще трудно раскачать на такую намотку, как длительная работа в дальнем космосе. Как бы там ни было, у каждого существа есть предел того, что оно способно вынести без последствий, а совершенная пустота многих трёххвостых неиллюзорно вводила в ступор, и логика помогала слабо. В этой связи шли совещания по поводу того, не стоит ли в этих условиях снижать требования к космонавтам...
– Не, вопрос поставлен криво, - фыркнул Рукиш, - На самом деле их уже некуда снижать.
– Есть куда!
– возразил Уцкен.
– Нету куда!...
– Полемика, - сказала чайнику Калимма, и все опять захихикали.
– Уц, намотка в том, что снижать можно только до того уровня, который уже опасен для их существования, но нельзя доводить до того, чтобы это было опасно для других.
– Он имеет ввиду, что если каждому баклану дать по "иголке", кто-нибудь обязательно впишет её в Пролесье на полном ходу, - пояснила лиса, отпивая чаю.
– Вы прекрасно знаете, что планете это не повредит, - заметил Рукиш.
Он имел ввиду защитные системы, которые натурально не дали бы протаранить планету, да и от приличного залпа на поражение закроют надёжно.
– Ты прекрасно знаешь, что это тявкнуто широко. Не в планету, так ещё куда-нибудь. У меня три племянника от семи до десяти лет от роду целыми днями играют в симуль, - тявкнула Калимма, - Дать им по иголке?
– Нууу...
– Вот тебе и ну.
Трёххвостые снова погрузились в раздумья, поводя длинными ушами. Откровенно тявкнуть, уши спайдерфоксов не походили на уши обычных лис, потому как были не треугольные, а листовидные, с лютым опушнением и у многих даже с кисточками, как у белок или рысей. Топтавшийся взад-вперёд Рукиш замер и повернул раковины в темноту прохода с нижнего этажа; он учуял еле различимый звук, потому как мягкие лапные подушки по гладкому камню никакого шума не издавали. Правда он подозревал, что там уже кто-то давно ныкался, и призывно притявкнул в том направлении.
Из непроницамой тени на лунный свет вышла спайдерфоксиха, помахивая всеми тремя хвостами... ну понятное дело, довольно трудно помахивать одним, не трогая другие. Достаточно мощного для лисы тушкосложения, она к тому же отличалась ушами, которые были не просто большие, а огромные - такие раковины отличали южных спайдерфоксов из степей и пустынь, у северных они были поменьше, но попушнее.
– Доброго витья, - кивнула ушами лиса.
– Достаточно доброго, - согласилась Калимма, - Ты что-то хотела?
Спайдерфоксиха протянула распечатку телефонограммы.
– Фелиса Краснозорька, - без труда прочёл при лунном свете Рукиш, - А, помню.
– Это тут про меня тявкалось, что мол снижать некуда?
– улыбнулась Фелиса, белея в темноте зубками.
– Да нет, - фыркнул Уцкен, - Именно это - не про тебя.
– Однако лет двадцать назад никто мне третий уровень не дал бы, - заметила лисичка.
– То было двадцать лет назад, - пожал плечами Рукиш.
По сравнению с достаточно пожившими штабными, Фелиса была совсем молодой лисёной, хотя это и чувствовалось больше всего в цифре года рождения. Что касаемо третьего уровня координатора тактической группы, то его натурально присвоили по факту прохождения симулятора и некоторых физических тестов, что приближалось к обстановке военного времени, хотя время было и мирное.