Рефугиум
Шрифт:
Дальнейшее пояснять было не нужно, я сразу понял про все перспективы владельца данного дара, и почему-то в голове всплыла история о жизни уникального иммунного в клетке. И судя по некоторым озвученным её возможностям, именно так оно и будет, ведь возможность призыва тварей ещё тот дар. Если его не контролировать, то бед можно наворотить немалых.
Деваться было некуда, девочку нужно обучать. Поскольку, если она не будет на должном уровне владеть своим даром, может случайно орду позвать, а это никому не нужно. Так что после того, как с ней отработает Шутер, за дело возьмётся Жнец, точнее, подхватит эстафету, ведь в отличие от знахаря стаба, его разновидность дара ближе к тому, чем владеет Ли-Ли.
После
Пойманный нами иммунный внешник, что так опрометчиво решил напасть на нас в нашем собственном доме, благополучно дожил до появления группы Шатуна в стабе, просидев пару месяцев с заблокированным даром, после чего горько об этом пожалел. В допросе никто из нас не принимал участия, нам лишь озвучили его результаты. Но тот факт, что он выложил абсолютно всё, говорит о том, что Шатун и Тихий - мастера допроса, которым мы с Сарычем даже в подмётки не годимся. Напарник, хоть и спец по теме нанесения максимального ущерба, но лишь для того, чтобы добиться полного уничтожения врага, а допрос - это дело весьма специфическое, требующее другого подхода.
Внешник, с одной стороны, знал много, с другой - совершенно ничего, поскольку та организация, на которую он работал, была разрознена и построена так, что никто не был осведомлен больше, чем требуется для выполнения своей части. Нужную информацию он получал каждый раз от другого человека, который идентифицировал себя паролем, сообщая его для следующей встречи, так что накрыть канал передачи самой информации было практически невозможно.
Его шайку, как выяснилось, мы зачистили полностью, но внешник был уверен, что здесь они не одни такие. То, чем они занимались, сводилось всего лишь к двум вещам: доставке новых внешников-пенсионеров и посылок до Удавки, что была в преддверии территории Колизея. Людей и грузы им передавала такая же группа, обитавшая уже в землях муров, существовавших под крылом восточных внешников, собственно, из которых и был он сам.
История его вербовки была скучной и банальной: средний чин, хоть и небольшие возможности, но уже позволявшие узнать о том, что есть вариант получения вечной жизни. На него вышел человек, предложивший сделку. Помимо того, что он должен был подкинуть кое-какую информацию одному из высших чинов, так же обязался три года отработать по контракту, выполняя задачи по транспортировке в уплату за полученную белую жемчужину. Внешнику оставалось около года, когда он так неудачно решил отправить партию белого жемчуга в почти не охраняемом караване.
Где был добыт жемчуг, он не знал, но сказал, что это не первая партия, которую переслал, а озвученные им цифры внешников-иммигрантов впечатляли. За два года, что он командовал своей группой, они переправили почти семьдесят человек, правда, о дальнейшей их судьбе он ничего не знал, но даже так цифра поражала.
Обмозговав полученную информацию, я пришёл к тому же мнению, что и Шатун. Такие объёмы внешников спрятать в Колизее не выйдет, их бы рано или поздно вычислили, а значит, тот мифический Апленд должен был существовать, вот только где? Имевшиеся у нас сведения о южной пустыне были крайне расплывчатыми, а Шатун с Тихим сразу подрезали на корню моё рвение облететь пустыню на дронолёте, сообщив, что это невозможно.
Источником данных со мной они не поделились, но сказали, что на юге, за территорией Колизея, как и почти везде за Удавкой, полёты невозможны. Там крайне низко пролегает воздушная
На западных территориях от Колизея, в так называемом протекторате, и дальше в сторону Пекла также часто встречаются такие же своеобразные бесполётные зоны. Всё то, что находится в воздухе, в зоне их действия, падает сразу же, вследствие чего тащить в пустыню дронолёт смысла не было.
Других сведений, как и данных о стабе с таким названием, Шатун не имел, но даже это существенно помогло избежать проблем в будущем, хоть и перечеркнуло имевшиеся планы. Узнав об этом, никто не огорчился, ведь у нас имелся наземный транспорт, доработкой которого и занялся Сарыч, правда, вылилось это в строительство нового колёсного монстра.
Имевшийся вездеход необычного вида, перемещался за счёт генератора на двигателе Стирлинга, это была разработка мастеров из Клина, и даже такой транспорт здесь могли себе позволить немногие. Этот двигатель работал значительно тише любого другого, а наличие пары батарей нолдов позволяло начинать движение мгновенно, вот только, как ни крути, а с проблемой выхлопных газов решение так и не было найдено.
Если в относительно спокойных местах шанс встретить развитую тварь, способную по запаху выслеживать технику, был невелик, то там, куда мы планируем забраться, он возрастает в экспоненциальной прогрессии, так что этот вопрос стал первоочередным. В принципе, теоретически он мог быть решён за счёт ядерной батареи серых, что у нас имелась, но для компенсации перепадов нагрузки всё равно нужны аккумуляторы. Первым напрашивающимся решением была модернизация имевшегося транспорта методом добавления ещё нескольких нолдовских аккумуляторов и выбрасыванием имевшегося в нём генератора, но случилось сразу несколько событий, побудивших отказаться от данной идеи.
Сначала Сарыч, съездивший в Клин как раз по данному вопросу, привёз новость о том, что там появился владелец странной разновидности дара, который повсеместно называли “автогеном” или “плазморезом”. Владельцы таких даров могут формировать очень мощную струю огня или плазмы, при этом та, хоть и имеет величину пламени, как у той же зажигалки, но температура и поток намного сильнее. Дар не то чтобы крайне редкий, даже в Бастионе в местной мастерской у двоих есть, да и боевым он может считаться весьма условно. Пока ты таким того же лотерейщика покромсаешь, он тебе голову открутит, и, как любит выражаться Яся, скажет, что именно так всё и было. А вот в других сферах этот дар весьма полезен, к примеру, при вскрытии чего бы то ни было или демонтаже нужного оборудования на кластерах, да и в тех же мастерских востребован.
Так что в принципе владелец такого дара не стал бы никого волновать, если бы не одно «но». Дар его формирует не поток огня или плазмы, а очень тонкую и очень мощную струю воды. Та способна всё что угодно резать, как масло, на глубину в десяток сантиметров. Увидев непонимание в моих глазах, Сарыч, ухмыльнувшись, сказал всего два слова: “Материал внешников”.
Местные внешники почти все детали корпуса своего транспорта и беспилотников делают из непонятного композита. Тот обладает поистине выдающимися характеристиками и намного превосходит любую обычную броню. Их транспорт спокойно выдерживает попадание очереди из четырнадцати миллиметрового пулемёта в корпус, а вес этого материала ни в какое сравнение с обычной бронёй не идёт. Местные уже давно знали о его свойствах и пытались использовать тот в своих целях, вот только это было весьма проблематично.