Регрессор
Шрифт:
Мордами крепыши тоже были удивительно похожи. Будто их одна мать родила. У тех двоих, что топали перед нами, на бритых затылках даже шрамы имелись. В одном и том же месте у обоих!
Еще одно наблюдение. Местные на наш конвой реагировали странно. Если бы кто-то вот так вел трех явных иноземцев по нашей столице, народ бы глазел, как на выступление бродячих артистов. Интересно ведь! Кто такие? А почему под конвоем? Кумушки-болтушки моментально соорудили бы историю, о том, что один из конвоируемых — убийца и людоед, а двое других — его пособники из магистрата.
Один раз я только заметил, как смуглянка одна, как и все, голову опустившая, стрельнула по нам глазами из-под бровей. С интересом и страхом посмотрела. И мне сразу нехорошо внутри сделалось. Ком такой ледяной в животе заворочался. Это выходит, местным не плевать на нашу процессию, а просто боятся они? А чего могут боятся обычные горожане, не воры и не рабы, когда мимо стража аристократа проходит?
Я поделился мыслями с Терри, но тот лишь отмахнулся.
— Держите руку на пистолете, Серт! Убить их вы всегда успеете!
Вот же заладил!
Но руку из кармана я не убирал от самого трактира.
Мы явно пришли в какой-то элитный район. Здесь дома уже не жались друг к другу стенами, а стояли на почтительном расстоянии. Да и размерами они здорово отличались от обычных построек. Каждый дом был окружен небольшим садом с плодовыми деревьями и засаженными цветами газонами. Желто-серая одинаковость городских строений с глухими, лишенными окон стен, сменилась на белый и розовый мрамор, открытые беседки и балконы. К одной из таких усадеб мы и свернули.
Конвой провел нас по дорожке, посыпанной белым песком, и остановился, войдя на открытую террасу. Там сидели в плетеных креслах двое мужчин, один из которых был нам знаком. Торговец Грай, купивший нож.
— Это он, господин! — завидев нас, он тут же вскочил и стал тыкать пальцем в Терри. — Этот человек продал мне нож!
Второй мужчина повернулся, до этого он сидел к нам спиной. У него были длинные седые волосы, заплетенные в множество тонких косичек, отчего казалось, будто из его головы растут белые змейки. Лицо при этом было не старым, возрастом он вряд ли был старше ученого. Тонкий нос, узкие губы с застывшей и очень неприятной улыбкой. Черные глаза смотрели на нас с интересом. Из одежды на нем была традиционная здесь простыня, но из ткани дорогой даже на вид и не встречавшегося мне здесь ярко-красного цвета.
— Мои гости уже здесь! — произнес он и легонько хлопнул в ладоши. Из дома тут же выскочили несколько рабов и вынесли такие же плетеные кресла. — Прошу вас, садитесь!
И повернувшись к Граю, кивнул.
— Ты можешь идти.
— Но как же нож?.. — начал было тот, но наткнулся на взгляд хозяина дома и умолк.
— Зайдешь завтра и получишь свои деньги.
Когда он ушел, все мы некоторое время молчали. Мужчина с косичками рассматривал нас, мы рассматривали его. Я думал о колдунах и о том, что если их тут нет, то мы сможем уйти отсюда немного постреляв. Другое дело, куда мы после этого подадимся, убив местного аристократа? Это ведь данг тут напротив сидит, к бабке
А еще я думал, что люди этого мира в каких-то ключевых вещах, совершенно не отличаются от нас. Глупые, умные, властные, трусливые. Также подчеркивают свой статус вещами, другими вещами, но сути это не меняет. И значит, скорее всего, тут будут работать те же модели, что и дома. И рабов можно поднять и организовать известными мне методами. Только слова поменять и понятия.
— Никакого корабля ведь нет. — заговорил наконец, хозяин дома. Не спрашивая, а утверждая.
— Нет. — спокойно ответил Терри. Он сел в кресло ушедшего торговца и теперь они с дангом сидели друг напротив друга. Очень похожие, если присмотреться. Именно манерой поведения.
— И ты обманул моего человека.
— Я не знал, что он твой.
— Все, что связано с оружием в Тинджи, мое.
— И этого я тоже не знал. Данг Гема.
Я так и не решился сесть, хотя свободное кресло мне принесли. Встал за спиной ученого. Как его телохранитель. Так сподручнее было начинать пальбу, если до этого дойдет. В разговор я решил не вмешиваться, предоставив вести беседу Терри. У него язык всяко получше моего подвешен. Особенно при разговоре с человеком своего круга. Рядом со мной замер и Будак, смотрящий исключительно на прожилки мрамора в плитках пола.
Данг улыбнулся.
— Ты интересный человек, купец Терр. Не отрицаешь лжи, смотришь смело. Кто ты?
Профессор будто скопировал положение губ Гема.
“Аристократы!”
— Чужак. У себя на родине я тоже был дангом.
В глазах хозяина дома блеснул интерес.
— Из какого ты города?
— Не из города. Весь этот берег для меня чужой.
“Он что, собирается рассказать этому человеку всю правду?”
— Где же твой дом?
— У тебя есть карта? Я, наверное, смогу показать.
Данг Гема вновь хлопнул в ладоши что-то шепнул на ухо склонившемуся перед ним рабу. Тот кивнул и умчался.
— А клинок? Где ты взял такой металл? Я даже не уверен, что это металл!
Он вынул из под простыни мой нож и восхищенно уставился на его лезвие, поигрывая последними лучами солнца на полированной стали.
— Я резал им ткань и рубил по мечу. Он рассекал первую и оставлял зарубки на втором. Я ткнул им в доспех и он пронзил его! Хороший нагрудник! Нож заговорен? Что за колдовство на нем?
“Ну, конечно, колдовство, идиот!”
— Никакого колдовства, данг. Это просто металл. Сплав разных металлов. Мой народ давно умеет делать такой.
Прибежал посланный за картой раб и развернул лист пергамента. Я едва не фыркнул смешком — карта! Детские каракули! Но посмотрел на этот рисунок внимательно — хоть какая-то возможность понять, где мы сейчас находимся.
Ученый тоже отнесся к этому образцу с показной серьезностью. Спросив у данга, где на карте находится Тинжди, он долго водил пальцем по линиям, обозначающим землю и, наконец, с сожалением покачал головой.