Регулюм
Шрифт:
Решение пришло, как всегда, робким вопросом самому себе: почему бы не поискать агентов СТАБСа? Того же чисбу, охотившегося за беглецами с упорством машины. Вполне вероятно, он настиг убегавших и захватил всех троих.
Полежав еще немного на холодной кровати (температура в номере не поднималась выше пятнадцати градусов, батареи не грели, а одеяла не согревали), Стас принял окончательный план действий и наконец поднялся.
Почистил зубы, умылся, разглядывая отросшие усы и бородку, вознамерился было сбрить их или хотя бы подровнять, но вспомнил, что он не в командировке и бритвенных принадлежностей не имеет. Махнул на свой вид рукой: таким его узнать было трудно,
Не выходя из гостиницы, Стас провел сеанс медитации и начал копаться в эйконале в поисках средств связи с агентурой СТАБСа, потом вспомнил о модем-ключе Дианы. Достал золотую пластинку, с помощью которой встретился с Дервишем, но сразу инициировать ее не стал. Для встречи с инспекторами СТАБСа необходимо было подготовиться и предложить им что-то в обмен на свободу друзей, а так как предлагать, кроме себя самого, было нечего, Стас решил прежде все же добраться до Знаний Бездн, переданных ему инбой Цальгом, и попытаться их освоить. Только в этом крылся реальный шанс остаться в живых и выручить Дарью.
Первые попытки прорыва в глубь собственной психики ни к чему не привели. Бездна чужого сакрального опыта сопротивлялась проникновению в нее потока любопытства и воли человека, как сопротивляется броня танка на попытки пробить ее снарядом или ракетой. Однако Стас был настроен решительно, подключил к своему сознанию внутренние резервы, а по сути – знания инбы, и наконец добился своего.
Удар по всей сфере сознания, по чувственному миру был силен и непередаваемо жгуч!
Стас едва не закричал от хлынувшей в голову плотной «раскаленной» лавы информации, в которой невозможно было разобраться непосвященному, и лишь опыт борейца Цальга, адаптивные возможности которого превосходили возможности человека, помог Стасу не раствориться в потоке невероятных, невозможных, парадоксальных, экзотических, жестоких и одновременно непередаваемо прекрасных ощущений, сопровождавших взрыв, оседание и упорядочивание активированных знаний в голове.
Передать словами свое состояние Стас бы не смог, да и не пытался.
Он стал бесплотной пустотой и в то же время сверхплотной черной дырой, льдом и пламенем, элементарной частицей и всей Вселенной сразу!
Он ощущал себя безмерно малым и безмерно великим, мог свободно проникнуть в центр любой звезды и, наоборот, покатать ее в руках, как теннисный шарик, мог взглядом заморозить океан планеты и дыханием растопить все ее льды. В конце концов он мог окинуть полем сверхзрения чуть ли не все Мироздание, оценить его непрерывное живое кипение и сравнить с Замыслом Создателя, который вдруг стал ему понятен.
Правда, впоследствии ощущение понимания и причастности к Замыслу ушло, но Стас об этом не сожалел: груз абсолютных знаний об устройстве и цели Вселенной был слишком велик для одного человека, пусть и заглянувшего за пределы своих возможностей и сил.
Контакт со Знаниями Бездн длился недолго, всего полминуты, мозг и сознание Панова не выдержали энергетической и психологической нагрузки, и сторож организма отключил образовавшийся канал связи между подсознанием и сферой интеллекта. Стас провалился в темноту небытия, озаренную бесшумными всполохами успокаивающихся, тающих в глубинах психики открытий и озарений. Пришел в себя он лишь час спустя, ощущая неуютную тесноту и рыхлость тела,
Золотая пластинка модема исправно высветила код мента-связи с информационно-сигнальной системой СТАБСа. Панов создал энергоинформационный объем, модулирующий торсионное поле Вселенной, и послал его во все стороны:
«Вызываю комбу Оллер-Бата! Прием».
Гулкое пространство космоса, заполненное свистами и скрипами электромагнитных излучений, никак не прореагировало на вызов, продолжая шуршать, шелестеть и вздыхать, как безмерный объемный океан.
«Вызываю комиссара баланса Оллер-Бата. Прием».
Космос перечеркнула бесшумная судорога мента-волны:
«Я Оллер-Бат. Ваш позывной?»
В пронизывающее Вселенную эфирное тело Панова вонзились колючие коготки-усики, начали подбираться к его мыслесфере. Стас понял, что его пытаются таким образом запеленговать.
«Я Станислав Панов, землянин, невыключенный. Агент Ди у вас?»
Трехсекундная пауза.
Коготки продолжали поиск источника сигнала, но благодаря принятым Пановым мерам соскальзывали, цепляли пустоту.
«Мы ждали твоего появления, землянин, и готовы к встрече. Агент Ди у нас вместе с твоими друзьями. Освобождать их силой не имеет смысла, они погибнут».
«Речь идет о взаимовыгодном контакте. Называйте место и время рандеву».
«Солнечная система, планета Марс, резиденция фундатора, год двести миллионов сто тысячный до Новой земной эры. Предлагаю выход по пеленгу».
«Не надо, – усмехнулся Стас, понимая, что его квантовый переход по пеленгу может закончиться в ловушке, из которой даже вооруженный Знаниями Бездн человек не сможет вырваться. – Я найду вас без вашей помощи».
«Ждем», – лаконично отозвался комиссар СТАБСа, и его мента-волна перестала «корчить» вакуум мира.
«Ждите», – рассеянно подумал Стас, ощущая внезапный озноб страха. Очень не хотелось никуда мчаться, напрягаться, доказывать свои права и драться. Затем перед его мысленным взором встало нежное умоляющее лицо Дарьи, и колебания прекратились. Он был готов к разговору с фундатором СТАБСа. И даже к бою, хотя очень не хотел драться.
Марс эпохи расцвета цивилизации (за двести миллионов лет до появления на Земле потомков атлантов) на Стаса произвел сильное впечатление. Особенно красивым ему показалось изумрудно-прозрачное море с поистине золотой солнечной дорожкой на вечно играющих серпиках волн [11] , хотя и серебристые с золотом горы были хороши, и жумчужно-серебряное небо с рябью светящихся платиной облаков. Вырастающие из моря колонны ребристых шаров – колонии марсиан со своими законами жизни и смерти – казались естественными представителями растительного мира планеты, а дрейфующие по воле ветра ажурные диски со свисающими с них «усами», наоборот, походили на искусственные сооружения, хотя на самом деле представляли собой полуживотных-полурастения.
11
В условиях более слабого тяготения поверхностное натяжение пленки воды стохастически меняется и приводит к эффекту непрерывной интерференции волн.