Регулюм
Шрифт:
«Мне надо подумать».
«К сожалению, у меня мало времени, за мной по пятам следует инспектор Метакона, желающий забрать то, что мне передал ваш подчиненный инба Цальг».
Появился Оллер-Бат, больше озабоченный, чем удивленный внезапным удалением с Марса в космос.
Фундатор – смешная, мягкая с виду фигурка – исчез и через секунду появился в центре лужайки, где начала формироваться натуральная беседка с резными панелями, круглым столом и деревянными стульями.
«Присядем?»
«Нет», – отрезал Стас.
Беседка растворилась в воздухе.
«Хорошо, я согласен. Ваши друзья свободны».
Рядом
– Все в порядке? С тобой хорошо обращались?
– Мы здесь недавно, успели только поесть…
Стас обернулся к Диане:
– Уходите, я здесь побуду пока.
– Разве ты… остаешься?
– Я вас догоню, – соврал Стас, не представлявший, чем закончится его беседа с фундатором.
– Но мы не можем без тебя…
– Комиссар вас проводит в будущее. Не так ли, господин Имнихь? Время выберет агент Ди.
«Отправь их по моей линии», – посмотрел на комбу глава СТАБСа.
Диана тоже посмотрела на Оллер-Бата, на Вадима с Дарьей, повернула голову к Панову:
– Ты встретился с моими… советниками?
– Имел с одним из них приятный разговор. Но он показался мне несколько странноватым.
– Ты принял его… совет?
– Еще думаю.
Бывшая «волчица», она же агент Ди СТАБСа, она же агент-контролер из «администрации» Создателя – по словам Дервиша – несколько мгновений смотрела на Стаса мрачнеющими глазами, отвернулась и обняла Дарью за плечи:
– Не переживай, он нас догонит.
Оллер-Бат вопросительно глянул на фундатора, дополнительных указаний не получил, жестом попросил землян сплотиться тесней и растворился в воздухе вместе с ними.
«Надеюсь, ты понимаешь, что, если условия нашего договора не будут выполнены, – напомнил фундатор, – я всегда и везде достану твоих друзей?»
«Я джентльмен, – усмехнулся Стас, вдруг испытав острый приступ тоски по настоящему лесу и настоящей траве. – Но, в свою очередь, предупреждаю: я не киллер и ради решения ваших проблем никогда не пойду на подлость и предательство!»
«Мы не знаем, что это такое, – равнодушно бросил фундатор. – Хотя уверены, что жизнь твоих друзей стоит того, чтобы ты выполнил любую мою просьбу».
МИССИЯ НЕВЫПОЛНИМА
Солнечная система эпохи расцвета марсианской цивилизации разительно отличалась от Солнечной системы эпохи выхода человека в космос. В то время как люди только начинали изучать и осваивать ближайшие к Земле планеты, то и дело натыкаясь на остатки древних цивилизаций Регулюма, в том числе – борейской и атлантической, марсиане практически обжили всю Систему и научились использовать для своих целей сохранившиеся сооружения юпитериан, сатурнийцев и даже уранийцев, правивших Регулюмом почти миллиард лет назад.
Даже стратегал марсиане, подчиняясь воле СТАБСа (о чем они, естественно, не подозревали), доставили с Юпитера, лишь слегка изменив программы управления и подкорректировав форму периферийных устройств связи под биологические особенности новых хозяев Регулюма.
Под неусыпным
Отношение фундатора к пленнику-гостю было странным. После первой встречи он словно забыл о его существовании и не вспоминал трое суток (марсианские сутки примерно равны земным), пока сам Стас не напомнил о себе, появившись в зале стратегала. Однако разговора не получилось, Имнихь спешил и пообещал вскоре заняться гостем. Но и после этого прошло три дня, прежде чем фундатор передал Стасу через комбу Оллер-Бата, что их встреча состоится на следующий день.
– Что случилось? – спросил Стас у атланта. – У фундатора изжога или несварение желудка?
– Ты невнимателен, – не принял шутки комиссар, который ни разу за это время не улыбнулся и не пошутил сам; атланты вообще, как отметил Панов, были существами неэмоциональными, поэтому их целеустремленность внушала больше не уважение, а страх. – На Марсе, кроме СТАБСа, существует своя служба Равновесия, которая внезапно усилила ретроактивность, в результате чего мы вынуждены корректировать реальность в глобальных масштабах.
Стас невольно посмотрел на море – они с Оллер-Батом стояли на балконе верхнего этажа резиденции фундатора – и только теперь сообразил, что подвижки ландшафта – расположение городов-колоний на море изменилось, два из них исчезли вовсе – на самом деле являются следствием коррекции реальности.
– Да, круто вы тут командуете! Вчерашнее падение метеорита на вашу базу на Европе – тоже результат вмешательства СТАБСа?
– Одна из финальных стадий тренда. Приходится иногда идти на жертвы.
– Удобный тезис, – пробормотал Стас. – У нас тоже был такой: все во имя человека, все для блага человека… Многие войны начинались во исполнение этого тезиса.
– Идеального сглаживания конфликтов в нашем Регулюме не бывает, – философски ответил Оллер-Бат. – Мы и так с трудом удерживаем равновесие в границах, разрешенных геномом Регулюма.
– Чем-чем? – заинтересовался Стас.
– Ну, или стратегалом, что одно и то же.
– Вы называете стратегал, всего лишь объемную карту Регулюма… геномом?! – Стас был поражен.
Оллер-Бат снисходительно посмотрел на собеседника.
– Кажется, на эту информацию ты не наткнулся, копаясь в Знаниях Бездн. Да, стратегал по сути является генной программой любого регулюма, то есть мощным генетическим компьютером с информацией о построении «организма» регулюма. В другом смысле это голографический образ будущей связной системы, требующей постоянной стабилизации в условиях вечно изменяющейся Вселенной. И еще он – антенна, принимающая сигналы от внешнего формоконтролирующего источника.