Рекрут

Престолов Владимир

И вновь, как и прежде, тревожно защемило сердце, оно учащенно забилось и заныло от не унимающейся в последние дни тупой и безысходной боли. Пожилая женщина отвернулась от окна и смахнула набежавшую слезу.

– Этому не бывать! – твердо заявила пустой комнате хозяйка. – Никогда!

Внезапно она начала задыхаться – это был приступ хронической астмы. Она пошарила в кармане халата, нашла пузырек с лекарством и, вынув из него капсулу, судорожно проглотила ее. Рука дернула ручку окна, и оно распахнулось. Свежий воздух привел Надежду

Макаровну в чувство.

Ее умные серые глаза пылали непримиримостью. Она приняла решение, и сердце успокоилось само по себе, а в душе воцарились мир и покой.

Глава 5

Серебристый «Мерседес» постепенно настигал темно-синий «БМВ».

– Твою мать! – в который уже раз воскликнул Макарыч и смачно высморкался в носовой платок. – Твое счастье, Сява, что Лева зацепился за «хвост», не то, дорогой, можно было бы сразу на кладбище катить…

– Да разве я виноват! – взорвался, как пружина, водитель. – Я, что ли, разным молокососам права выдаю?

– Ладно, ладно, – примирительно сказал Макарыч, – смотри на дорогу, наверстывай упущенное.

До «БМВ» оставалось метров сто, а впереди него маячил вертлявый «жигуль».

– Если сейчас не нагоним, – заметил бородатый, – снова кружить по закоулкам будем.

– Какие закоулки, твою мать! – вспылил полковник. – Он же, гад, из города рвется, на кольцевую… а там ищи его, когда схоронится в стогу деревенском!

Четвертый, сидевший на заднем сиденье и редко встревавший в пустые перебранки, громко откашлялся и тяжело вздохнул:

– Бур – не лох!

Макарыч резко повернулся к огромному квадратному мужику и заинтересованно посмотрел на него.

– Что? – переспросил он раздраженно.

– Бур не пойдет на кольцевую, – уверенно произнес верзила и замолк, уставившись в затылок водителя.

– Почему? – спросил полковник, явно неудовлетворенный ответом собеседника.

Угрюмый мужик на заднем сиденье молчал, было видно, что полковник для него не такая уж большая «шишка».

– Не дури, Слон! – повысил голос Макарыч, но настолько, насколько ему позволяло его положение. – Отчего ему не слинять из города?

– Он профи!.. – так же загадочно и глухо произнес бугай. – Сашка мастер!

Сява, впившись глазами в шоссе, краем уха слышал разговор, и только теперь до него дошел смысл происходящего, а самое главное – он понял, почему он, высококлассный водитель, можно сказать ас с большой буквы, никак не мог настигнуть эту гнилую допотопную «девятку». Конечно же, за рулем сидел сам Бур, о котором ходили легенды, как о мастере не только вождения, но и всяких выходок.

– Бур будет кружить по городу, – продолжал Слон, не то размышляя, не то делясь своими соображениями с остальными, – пока не обрубит «хвосты». А на кольцевую хода ему нет!

Макарыч, выслушав компаньона, так и не понял его намека.

– Так ведь из города – верняк! – воскликнул полковник и ехидно

ухмыльнулся, приведя, по его мнению, неопровержимое доказательство своей правоты.

Сява, нажимая на газ, думал: «До чего же тупые бывают начальники, причем чем выше рангом, тем явственней их некомпетентность и самодурство». Однако он промолчал и весь напрягся, потому что темно-синий «БМВ» вошел в зону повышенного риска, а проще говоря, в частный сектор с тупиками, колдобинами и другими «сюрпризами».

– На кольцевой он, как на ладони, – ответил за Сяву бородатый, – как волк в загоне.

– А тут? – зло спросил Макарыч. Он понял свой промах, но решил не подавать вида. – Как заяц в огороде?

– Заяц, не заяц, – пробасил Слон, знавший Сашку Бурова не один год, – но шанс у него есть…

– Один из миллиона? – рассмеялся полковник и посмотрел на мужиков озорным кровожадным взглядом.

Сява свернул в переулок и резко сбросил газ. Он сразу не понял, что произошло впереди… Темно-синий «БМВ» перевернулся в воздухе, затем еще раз на земле, с грохотом, снес деревянный забор, врезался в угол кирпичного дома и вспыхнул ярким пламенем. Через мгновение раздался оглушительный взрыв, и… содержимое новенького «БМВ» превратилось в жареное мясо.

Сява Сомов не мог видеть, что предшествовало взрыву, но как опытный водитель он точно вычислил, что «жигуленок», резко свернув в переулок, лихо развернулся и, «подловив» преследователя на повороте, протаранил его на полном ходу. Заворачивающий «БМВ» был и так неустойчив, а от удара вспорхнул как бабочка и… сгорел!

Паника возникла в салоне так же быстро, как вспыхнул Леха в «БМВ». «Жигуленок» шел прямым курсом на «Мерседес».

– Сворачивай, Сом, сворачивай! – орал полковник, очумело вытаращив глаза. – Твою… твою…

Слов у Макарыча больше не нашлось, на его лице застыл ужас.

– Сума… су-ма… – только и смог выговорить Сява, ничего не соображая, – сшедший…

Единственным, кто в это мгновение не потерял присутствия духа, оказался Слон. Проворно наклонившись вперед, огромной волосатой рукой он крутанул руль в сторону, и машины, чиркнув боковыми передними крыльями, избежали прямого встречного столкновения.

Нахальный «жигуленок» проскочил мимо преследователей, а «Мерседес» нашел приют в останках деревянного сарая, сильно расквасив серебристый «нос».

– Он что, – еле выдавил из себя полковник и покрутил пальцем у виска, – того?..

Слон медленно вытер потной ладонью выступившую на морщинистом лбу испарину и утвердительно кивнул тяжелой стриженой головой.

– Хуже… – произнес бугай, – это Сашка Бур!

Полковнику было плевать! Бур он или Дур – ему нужно было задержать беглеца, иначе… Об остальном он и думать не хотел!

– Громов! – крикнул полковник. – Вызывай подмогу!

Бородатый нерешительно взял рацию.

– Товарищ полковник, но… – замялся Громов, – ведь будет потом такой срач…