Реликт
Шрифт:
Из-за деревьев вылетели две вороны и пронзительно закаркали. Андрей достал из сумки карту, отметил нужное место крестиком.
А если бы не Семен Карпович, то явно пропустил бы, не заметил. Все бы заутюжили, сровняли с землей. Надо будет председателю сказать. Может, приведут в порядок... Хотя кому какое дело до нее, когда она в такой глуши - была бы поближе... А Федор - хоть бы словом обмолвился; да и сюда, видно, не захаживает...
Андрей постоял еще немного и выбрался из оградки.
На этой стороне массива камень появился почти на таком
Хороший массивчик получается. Гектаров на сто вытянет, если не больше. Ндо будет вечером прикинуть палеткой. И конфигурация вырисовывается классическая, только вот могилка та останется родимым пятнышком. Вот вернусь - похвастаю Федору, пусть поерепенится, а то слег не вовремя. Угораздило же - и все из-за дурацкого характера. Зря выкаблучивался...
Андрей слез с валежины, постоял - и вдруг вместо того, чтобы взять вправо, перевалил водораздел и стал спускаться по северному склону, хотя там ему делать было нечего. Склон оказался крутой, густо заросший осинником, внизу чернели пятна хвойных, то и дело мелькали рыжие выступи обнажений.
Тормозя сапогами, упираясь лопатой, Андрей скатывался вниз. Колючие ветки успевали стегнуть по лицу, но он не обращал на них внимания. Там, далеко внизу, что-то заманчиво светлело среди стволов за лавиной кустарника.
Сенокосы открылись сразу. Они казались флагами, нанизанными на нитку пересохшего ручья. Редкие зароды вырисовывались эмблемами на подтаявшем снегу. Сенокосы уходили вдаль, раздвигая черный ерник и отбрасывая березы к подножью склонов.
Вот на чем держится благосостояние Федора - с помощью сердобольных механизаторов, "не любящих" выпить. Он им и гостиница, и магазин, и баня - наверняка... А председатель прав, подзапустили здешние угодья. С такой площади собрать так мало сена! Вон, зароды по пальцам можно пересчитать.
Андрей достал карту, журнал и приготовил карандаш.
Великолепная идея. Эти сенокосы надо окультурить: перепахать, подсеять травку. Конечно, председателю подавай работы подороже, в первую очередь - освоение, но ничего, стерпит и это... Зато насколько перекроется план, а там, глядишь, премию подвалят... А обследование сенокосов можно провести прямо отсюда, благо, все как на ладони. Попробуй потом докажи, что там никого не было... Вот с образцами? Если спуститься, выкопать одну прикопку, а взять пять образцов? Шикарнейший финт.
В прошлый месяц к нему на проверку приезжал начальник отряда. В первый же день они поперлись в лес. Начальник побродил среди деревьев, полистал его журналы, помозговал над перечетками, спросил про площадки. Андрей честно признался, что расчеты приблизительные. "Главное
Андрей обещал соображать.
Остальные пять дней они просидели с удочками на реке.
Через час Андрей возвращался в деревню, довольный собой. Как он и предполагал, в единственной прикопке оказалась нормальная почва, и следовало ожидать, что так по всей цепочке сенокосов. Сидя на склоне, он изрисовал всю карту пометками. Кое-где срезал кустарник, кое-где убрал десяток лиственниц - их было прекрасно видно сверху. От себя добавил двадцать пней большого диаметра - на сенокосах всегда остаются при, а где пни, там и валежины...
За полтора дня он сделал уже недельный план.
Но пока карабкался по склону, пока тащился через березняк, хорошее настроение улетучилось. Снова захотелось есть.
Когда он, злой и голодный, ввалился в дом, Федор еще лежал. Увидев Андрея, хозяйка всплеснула руками и запричитала:
– Ой, ты же у меня голодненький!
Наконец-то дошло до старой - или Федор мозги вправил?
Вскоре он был сыт и вполне доволен. Хотелось растянуться на раскладушке и подремать, но неугомонная хозяйка позвала к Федору. Андрей прошел в спальню и здесь, на широкой кровати за цветной занавеской, увидел разметавшегося деда. Тот с трудом разлепил глаза и тихим, просящим голосом сказал:
– Друже, подсоби по хозяйству, старухе одной не совладать.
– Конечно, конечно...
– Она скажет, что надо делать, она скажет...
– Федор закрыл глаза и больше не промолвил ни слова: лишь сиплое, неровное дыхание вздымало грудь.
Андрей постоял минуту рядом с постелью и вышел.
Дело-то попахивает гнильцой...
Остальное время, пока не стемнело, Андрей возился по хозяйству. Варил картошку в больших чугунах, толок ее в шайке поленом, сыпал туда муку, перемешивал и полученную бурду таскал в грязных ведрах в загончик, где верещали три голодные свиньи. Они беспокойно метались и рыли землю. Пока Андрей выливал ведра в корыто, они толкались рядом, пытаясь сбить его своими крутыми боками. Он пинался налево и направо, а свиньи дружно напирали, отчаянно хрюкали, переходили на визг.
Потом Андрей поил корову, бычка и пегую телку, бросал им сена и даже попробовал старыми вилами вычистить настил от свежего навоза. Под конец он почти одурел от хрюканья, мычанья и вони: ему хотелось только одного - добраться до раскладушки.
Ночью Андрею снилось огромное стадо голодных свиней. Они очумело метались по деревне, пожирая всех подряд. Мощные рыла опрокидывали дома, сбивали заборы, выворачивали с корнями деревья. А он бежал впереди стада в костюме официанта, низко кланялся и приговаривал: "Сюда, пожалуйста". Но вот споткнулся, упал в холодную грязь, и что-то жесткое и тяжелое сдавило его...