Реликт
Шрифт:
Д’Агоста подбежал к этой группе, не обращая внимания на треск рации.
— Всем успокоиться и отойти! Я лейтенант д’Агоста из нью-йоркской полиции.
Толпа немного притихла, и д’Агоста позвал Ипполито. Оглядев группу, лейтенант узнал Райта, директора: Иена Катберта, распорядителя этого фарса: женщину по фамилии Рикмен, вроде бы какую-то важную персону — тут было человек сорок, те, кто первым вошёл на выставку. Кто входит первым, тот выходит последним.
— Слушайте! — выкрикнул лейтенант. — Начальник
Толпа расступилась, и д’Агоста невольно вскрикнул. Из-под тяжёлой металлической двери торчало несколько рук и ног. Пол был залит кровью. Одна нога слабо шевелилась, из-за двери доносились стоны.
— Господи, — прошептал он. — Ипполито, открывай скорее.
— Посветите сюда.
Ипполито указал на маленькую панель возле двери, потом нагнулся и нажал несколько кнопок. Все ждали. На лице Ипполито отразилось замешательство.
— Не могу понять…
Он снова набрал тот же номер, на сей раз помедленнее.
— Тока в сети нет, — сказал д’Агоста.
— Это не должно иметь значения, — ответил Ипполито, лихорадочно набирая номер в третий раз. — Существует аварийная резервная система.
Толпа зароптала.
— Мы в западне! — выкрикнул какой-то мужчина.
Д’Агоста навёл луч фонарика на толпу.
— Немедленно все успокойтесь. Обнаруженный на выставке труп пролежал там два дня. Понимаете? Два дня. Убийцы там давно уже нет.
— Откуда вы знаете? — выкрикнул тот же человек.
— Замолчите и слушайте, — сказал д’Агоста. — Мы выведем вас отсюда. Если не сможем открыть дверь, её откроют с той стороны. Это может занять некоторое время. А пока что прошу всех отойти от двери, собраться с духом, найти уцелевшие стулья и сесть. Идёт? Здесь вы ничего не сможете поделать.
Райт шагнул в луч фонарика.
— Послушайте, лейтенант, — сказал он. — Нам необходимо выйти отсюда. Ипполито, ради всего святого, откройте дверь!
— Минутку! — резко произнёс д’Агоста. — Доктор Райт, вернитесь, пожалуйста, к группе. — Оглядел искажённые ужасом лица с расширенными глазами. — Есть среди вас врачи?
Никто не ответил.
— Медсёстры? Люди, умеющие оказывать первую помощь?
— Я немного умею, — вызвался один человек.
— Замечательно. Мистер, э…
— Артур Паунд.
— Мистер Паунд, возьмите в помощники несколько добровольцев. Там лежат растоптанные люди. Мне нужно знать их количество и состояние. У входа на выставку стоит мой человек, Бейли, он поможет вам. У него есть фонарик. Нужны ещё несколько человек, чтобы собрать свечи.
Из темноты вышел долговязый юноша в измятом смокинге. Дожевал что-то и проглотил.
— Я помогу, — сказал он.
— Фамилия?
— Смитбек.
— Отлично. Смитбек. Спички есть?
— Конечно.
Вперёд
— Давайте я помогу, — сказал он. Д’Агоста уставился на него в изумлении.
— Мэр Харпер! Может, вы займётесь людьми? Успокоите их?
— Конечно, лейтенант.
Рация д’Агосты затрещала снова, он схватил её.
— Д’Агоста, говорит Коффи. Д’Агоста, слышишь? Что там делается, чёрт возьми? Обрисуй ситуацию.
Лейтенант торопливо заговорил:
— Слушай внимательно. Повторять не буду. У нас как минимум восемь трупов, возможно, больше, и неизвестное количество раненых. О людях, попавших под дверь, ты явно знаешь сам. Ипполито не может её открыть. Нас тут человек тридцать — сорок. В том числе Райт и мэр.
— Мэр! Чёрт дери. Слушай, д’Агоста, система полностью вышла из строя. Кнопочная панель не срабатывает и с этой стороны. Я вызову бригаду с автогеном, чтобы вырезать вас. Это может занять немало времени, двери эти как в банковских сейфах. Как там мэр?
— Цел-невредим. Где Пендергаст?
— Понятия не имею.
— Кто ещё оказался в западне внутри периметра?
— Не знаю пока, — ответил Коффи. — Принимаем сообщения. Должны быть люди в компьютерном зале и в дежурной части. Гарсиа и ещё кое-кто. Возможно, кто-то есть и на других этажах. У нас тут несколько полицейских в штатском и охранников. Их вынесла толпа, кое-кого здорово помяли. Что произошло на выставке, д’Агоста?
— Обнаружили труп одного из моих людей, уложенный на витрину. Разодранный, как и прочие. — Он сделал паузу, потом злобно и отчётливо произнёс: — Позволил бы мне прочесать выставку, ничего бы этого не случилось.
Рация затрещала снова и умолкла.
— Паунд! — позвал д’Агоста. — Сколько там пострадавших?
— Мы нашли одного живого, но он едва дышит, — ответил Паунд, поднимая взгляд от неподвижного тела. — Остальные мертвы. Растоптаны. Может, кто-то из них скончался от сердечного приступа, сказать трудно.
— Сделайте, что возможно, для живого, — сказал д’Агоста.
Рация его зажужжала.
— Лейтенант д’Агоста? — произнёс скрипучий голос. — Это Гарсиа, из дежурной части. У нас тут…
Слова его заглушил треск разрядов.
— Гарсиа? Гарсиа! В чём там дело? — прокричал д’Агоста в рацию.
— Простите, сэр, батареи в портативном передатчике слабые. У нас на связи Пендергаст. Переключаю его на ваш диапазон.
— Винсент, — послышался знакомый протяжный голос.
— Пендергаст! Где вы?
— В подвале, двадцать девятая зона. Насколько я понял, напряжение во всём музее отключилось, и вы не можете выйти из второй секции. К сожалению, должен добавить скверные новости и от себя. Можете отойти туда, где нас никто не будет слышать?