Реликварий
Шрифт:
Не в первый раз Марго приглашали выступить арбитром, и от этой роли она не испытывала никакого удовольствия.
– Похоже на естественную бороздку в кости. – Она старалась говорить как можно более нейтральным тоном. – Видимо, того же происхождения, что наросты и продолговатые выступы, характерные для костей данного скелета. Я бы не стала утверждать, что бороздка оставлена именно зубами.
Фрок откинулся на спинку инвалидного кресла, безуспешно пытаясь скрыть победную улыбку.
Брамбелл, казалось, не верил своим ушам.
– Прошу прощения, доктор Грин, – начал он. – Я не осмеливаюсь вам противоречить, но это – не что
– Я также не хочу вступать с вами в противоречие, доктор Брамбелл. – Марго усилила увеличение, небольшая долина на пустынном ландшафте тут же превратилась в огромный каньон. – Но на внутренней стороне бороздки я вижу поры естественного происхождения.
Брамбелл подскочил к столу и приник к окулярам. Несколько мгновений он созерцал объект, а затем отошел от стола. Отходил он значительно медленнее, чем приближался.
– Хм-м-м, – протянул он, водружая на нос очки. – Как мне ни больно это признавать, но в вашем предположении есть доля истины.
– Вы хотите сказать, что в словах Марго имеется доля истины?
– Да, конечно. Прекрасная работа, доктор Грин.
Телефонный звонок избавил Марго от необходимости отвечать. Фрок подкатил к аппарату и энергично заговорил. Марго внимательно смотрела на своего старого научного руководителя. Он по-прежнему казался величественным, хоть и несколько похудел с тех пор, как оставил работу в музее. Его кресло-каталка тоже изменилось – оно изрядно потерлось и пестрело царапинами. Неужели, сочувственно подумала она, для ее старого наставника наступили тяжелые времена? Если и так, то это на нем не сказалось. Профессор казался даже более энергичным и жизнелюбивым, чем в те годы, когда заведовал антропологическим отделом музея.
Фрок внимательно слушал. Судя по его виду, он был расстроен. Марго посмотрела в окно, на роскошный вид Центрального парка. Деревья зеленели густой летней листвой, озеро сверкало в ярком свете дня. В его южном конце лениво двигались гребные лодки. Ей безумно захотелось оказаться в такой вот лодке и наслаждаться летним солнцем, вместо того чтобы торчать в музее, разбирая по частям разложившиеся тела.
– Это д’Агоста, – сказал Фрок, со вздохом вешая трубку. – Он говорит, что у нашего приятеля на столе скоро появится компания. Марго, ты не могла бы закрыть жалюзи? Искусственное освещение более благоприятно для работы с микроскопом.
– Что вы имеете в виду, говоря о компании? – резко спросила Марго.
– Так выразился лейтенант. Насколько я понял, обследуя вчера какой-то железнодорожный тоннель, они обнаружили сильно разложившуюся голову и теперь посылают ее нам на экспертизу.
Доктор Брамбелл что-то весьма выразительно пробормотал по-галльски.
– Голова принадлежит… – Марго не закончила фразу, кивнув в сторону скелетов.
– По-видимому, она не имеет к ним никакого отношения, – ответил Фрок, мрачно покачивая головой.
На некоторое время в лаборатории воцарилась тишина. Затем, как по команде, оба мужчины вернулись к столу. Вскоре оттуда снова послышался негромкий спор. Марго, вздохнув, занялась работой. Ей предстояло каталогизировать результаты всех утренних анализов.
Взгляд ее снова обратился на пакеты с рентгенограммами. Для того чтобы их доставили утром, пришлось устроить невообразимый шум и вдрызг разругаться с рентгеновской лабораторией. Может быть, все-таки стоит на них взглянуть прямо
Она извлекла три первые рентгенограммы и прикрепила их к просмотровому экрану. Это были снимки верхней части торса скелета. Как и следовало ожидать, они показывали – и при этом гораздо менее ясно – то, что Марго и ее коллеги уже сумели определить при визуальном обследовании. Скелет имел ужасающие деформации, с ненормальным утолщением костей и с образованием на них гребней.
Марго перешла к следующей серии. На экране высветился поясничный отдел скелета.
Она увидела их сразу. Четыре небольших пятна, четких и белых. Интересно! Марго взяла лупу, чтобы лучше рассмотреть изображение. Пятна имели ярко выраженную треугольную форму и образовывали правильный четырехугольник в самом низу позвоночника. Сверху они были полностью прикрыты разросшейся костью. Это наверняка должен быть металл. Только металл не прозрачен для рентгеновских лучей.
Марго выпрямилась. Ученые мужи по-прежнему о чем-то спорили, склонившись над скелетом.
– Здесь есть нечто такое, на что вам следовало бы взглянуть, – сказал она.
Брамбелл подошел первым и внимательно посмотрел на экран. Отступив на шаг, он поправил очки и снова вперился в изображение.
Фрок, подкатив секундой позже, уткнулся в ноги патологоанатома.
– Если не возражаете, – пробормотал он, используя тяжелое кресло, чтобы оттеснить Брамбелла в сторону, и наклонился вперед, едва не уткнувшись носом в экран.
В комнате повисла тишина, только тихо шипела воздушная вытяжка над столом с останками. Впервые за все время Марго удалось увидеть на лицах ученых недоумение.
Д ’Агоста, впервые попав в кабинет шефа полиции после назначения на эту должность Хорлокера, огляделся и не поверил своим глазам. Больше всего помещение походило на пригородный ресторан, владельцы которого сделали все, чтобы улучшить интерьер. Массивная мебель под черное дерево, низкие светильники, тяжелые драпри и дешевые кованые украшения в средиземноморском духе. Впечатление оказалось настолько сильным, что лейтенант испытал острое желание позвать официанта и заказать себе «Гибсон».
Шеф полиции Редмонд Хорлокер восседал за огромным столом, на котором не было ни единого листка бумаги. В ближайшем к столу кресле удобно разместилась туша Уокси. Капитан живописал вчерашние события. Он как раз перешел к тому захватывающему моменту, когда разъяренные подземные обитатели напали на его крошечный отряд, и как он, Уокси, сдерживал толпу, чтобы позволить д’Агосте и Хейворд скрыться. Хорлокер слушал, не выказывая никаких эмоций.
Д’Агоста уставился на Уокси, который, вдохновленный собственным рассказом, оживлялся все больше и больше. Лейтенант хотел было вмешаться, но опыт подсказывал, что его слова в конечном счете ничего не изменят. Уокси, командуя участком, редко имел возможность посетить департамент полиции и тем более произвести впечатление на шефа. Не исключено, что в результате его трепа к делу подключат дополнительные ресурсы. Более того, негромкий внутренний голос нашептывал д’Агосте, что в ходе этого расследования ливень из дерьма окажется особенно обильным. И хотя за следствие отвечает он, д’Агоста, подчеркнуть некоторые заслуги Уокси будет не вредно. Тем, кто на первом этапе расследования окажется на виду, ближе к завершению дела придется больше других беречь свои задницы.