Реликварий
Шрифт:
– Где капитан? – спросила она.
– Идет, – ответил д’Агоста, очищая подошву о металлическую окантовку обочины. – Вы пока шагайте вперед.
Он смотрел, как Хейворд по-кошачьи настороженно уходит в глубину тоннеля. Узкий луч ее фонаря рассекал лежащую впереди тьму. Сомнения, которые он испытывал, посылая вперед эту крошечную женщину, окончательно оставили его: Хейворд чувствовала себя здесь в своей стихии.
Уокси же, наоборот, потерял уверенность в тот момент, когда они два часа назад спустились в подвал дома из красного известняка. Здесь, в подвале, тремя месяцами ранее обнаружили
Обнаруженное в бойлерной тело, по словам Хейворд, когда-то было Хэнком Джеспером. Свидетелей убийства не оказалось, точно так же, как не обнаружилось ни родственников, ни друзей покойного. Документация по делу оказалась совершенно бесполезной. Ни фотографий, ни описания места происшествия. Только несколько рутинных докладов, содержащих сообщение о «многочисленных рваных ранах» и полностью раздробленном черепе, а также подтверждающих, что захоронение было произведено на кладбище Поттерз-Филд на острове Харт.
В бездействующем туалете на станции подземки «Коламбус-сёркл», где было обнаружено второе тело, они тоже не нашли ничего интересного. Их взору предстали горы мусора и следы жалких попыток смыть многочисленные кровавые пятна с древних фаянсовых умывальников и растрескавшихся зеркал. В этом случае идентифицировать тело не удалось: голова отсутствовала.
За спиной д’Агосты раздалось приглушенное проклятие. Лейтенант обернулся и увидел, как из узкой двери возникает объемистая туша капитана Уокси. Капитан с отвращением огляделся по сторонам. Его глуповатая физиономия в полусумраке тоннеля казалась совершенно неуместной.
– Господи, Винни, – бормотал он, осторожно шагая по путям в сторону д’Агосты. – Чем, дьявол нас побери, мы занимаемся? Разве я не говорил тебе, что такая работа не для капитана полиции? Особенно после обеда в воскресенье! – Он кивнул, указывая в глубину тоннеля, и продолжил: – Ведь в эту авантюру тебя втравила эта очаровательная крошка. Скажешь, нет? Воображает о себе бог весть что. Ты не поверишь, я предложил ей стать моей личной помощницей, а она предпочла остаться в бригаде чистильщиков, чтобы вытаскивать всяких бродяг из их нор. Понимаешь?
«Очень даже хорошо понимаю», – подумал лейтенант, представив, что могло ожидать столь привлекательную женщину, оказавшуюся в прямой зависимости от Уокси.
– И проклятое радио почему-то замолчало! – раздраженно бурчал капитан.
– Хейворд предупреждала, что передатчик под землей не работает, – сказал д’Агоста, ткнув пальцем в потолок. – Или в лучшем случае работает ненадежно.
– Вот это да! И каким же образом, спрашивается, мы сможем вызвать подмогу?
– А мы не будем никого вызывать. Будем работать самостоятельно.
– Вот это да… – повторил Уокси.
Д’Агоста посмотрел
– Это дело в твоей юрисдикции, не в моей, – сказал д’Агоста. – Подумай, как классно ты будешь выглядеть, если расследование вызовет шум. Выяснится, что ты сразу взял всю ответственность на себя, лично осмотрел все места происшествий. Для разнообразия. – Лейтенант потеребил карман пиджака, нащупывая сигару. Но, немного подумав, решил не курить. – А теперь представь, как будет скверно, если выяснится, что все эти смерти как-то между собой связаны. Ведь пресса поднимет вой, обвиняя тебя в том, что ты все прошляпил.
– Я не собираюсь баллотироваться в мэры, – покосился на лейтенанта Уокси.
– А я и не говорю о том, что ты намерен стать мэром. Я только хочу сказать, что когда на всех, как обычно, обрушится ливень дерьма, твоя задница окажется в безопасности.
Уокси пробурчал нечто невнятное. Очевидно, он слегка утешился.
Впереди по рельсам запрыгали пятна света, вскоре из темноты выступила Хейворд.
– Почти пришли, – сказала она. – Осталось только еще немного спуститься.
– Спуститься? – переспросил Уокси. – Сержант, я полагал, что мы уже на самом нижнем уровне.
Хейворд промолчала.
– А как же мы спустимся? – поинтересовался д’Агоста.
Хейворд кивнула в том направлении, откуда она только что появилась:
– Примерно через четыреста ярдов у правой стены есть еще одна лестница.
– А что, если пойдет поезд? – забеспокоился Уокси.
– Это заброшенный путь, – пояснила Хейворд. – Составы здесь давно уже не ходят.
– Откуда вам это известно?
Хейворд, ни слова не говоря, повела лучом фонаря вдоль рельса, высветив толстый слой оранжевой ржавчины. Д’Агоста, следуя взглядом за лучом фонаря, посмотрел ей в лицо. Хейворд показалась ему какой-то унылой.
– Имеет ли нижний уровень какие-нибудь особенности? – спокойно спросил д’Агоста.
– Обычно мы чистим только верхние уровни, – немного помолчав, ответила Хейворд. – Но кое-что слышать нам доводилось. Чем ниже уровень, тем безумнее его обитатели… Именно поэтому я и предлагала взять с собой больше людей, – закончила она с нажимом, после короткой паузы.
– Неужели там внизу кто-то живет? – спросил Уокси, избавив тем самым д’Агосту от необходимости отвечать.
– Естественно, – пожала плечами Хейворд, всем своим видом показывая, что капитану следовало бы об этом знать. – Зимой там тепло, ни ветра, ни дождя. И некого опасаться… кроме других кротов.
– Когда в последний раз вы чистили нижний уровень?
– Нижние уровни не чистят, капитан.
– Почему?
– Во-первых, потому, – немного помолчав, начала она, – что обнаружить глубоко зарывшихся кротов невозможно. Обитая в темноте, они обрели ночное зрение. Нижние уровни осматриваются лишь два раза в год с собаками, натасканными находить тела. Но даже и эти команды глубоко не спускаются. Помимо всего прочего, занятие это очень опасное. Не все кроты просто ищут себе убежище. Многие скрываются. Некоторые от чего-то бегут. Как правило, от закона. А кое-кто превращается просто в хищника.