Реми
Шрифт:
— Держись за меня, — шепчу я Брук, и, когда ее руки сжимаются на моей шее, я поднимаю ее и пересекаю комнату.
— Куда, черт возьми, ты с ней собрался, Тейт? — требовательно спрашивает Пит.
— В чертову больницу, говнюк, — рычу я, сердито направляясь в сторону лифта. Я пешком донесу ее до больницы, если придется, но в моем теле раздается знакомая вибрация, заставляющая меня думать, что я мог бы и долететь туда.
Пит кричит мне в спину:
— Чувак, Диана уже вызывала скорую. Давай, блин, просто успокоимся и дадим ей
— Сам. Успокаивайся. Пит, — огрызаюсь я в ответ.
Долбаный ублюдок.
Брук в моих руках почти бьется в конвульсиях. Она не может сосредоточиться. Ее ужалили эти чертовы насекомые и мне нужно. О ней. Позаботиться.
— Я в повядке, — говорит она, ошеломленно моргая, пока смотрит на меня, — я в повядке, Веми...
Температура моего тела резко падает. Я смотрю на нее, она не только разговаривает так, что мне хочется кого-то убить, но она еще и смотрит на мое ухо, будто это мои глаза!
— Черт бы меня побрааал!
Открываются двери лифта, и выходит Райли.
— Так, что происходит? Тренер ждет в спортзале, Рем... — он видит Брук у меня на руках и его глаза округляются.
— Живые скорпионы, — сообщает Пит. — Ядовитые, но, к счастью, не смертельные.
— У меня пвоблемы с дыханием, — говорит Брук, смотря опять на мое ухо, будто ожидая, что мое ухо объяснит, что за херня с ней происходит.
Я больше не могу чётко видеть, мое зрение затуманено от ярости и беспомощности, и я хочу убивать. Убивать. УБИВАТЬ.
— Яд распространяется по нервной системе, но не попадает в кровь. Постарайся сохранять спокойствие, Брук. Эти древесные скорпионы — гадкие паразиты. Ты чувствуешь свои ноги? — спрашивает Пит.
Она качает головой, тяжело дыша, пока Пит наклоняется, оценивая повреждения.
— Дай я посмотрю... — я вытягиваю ее руку, чтобы он посмотрел на ужаленные места, а сам смотрю прямо в глаза Пита.
— Я собираюсь убить его, — говорю я ему.
— Все будет хорошо, Би, — говорит ей Пит, с беспокойством наблюдая за мной, вглядываясь в мои глаза с растущей тревогой, и добавляет: — У меня был похожий опыт. Ужасно, но ты, правда, не умрешь от яда североамериканского скорпиона.
— Здесь записка! Я перевернула коробку и там оказалась записка! — кричит Диана.
— Что там написано? — Пит возвращается к открытой двери номера, хватает записку и читает. — «Ты поцеловала меня. Теперь тебя поцеловал в ответ Скорпион. Каково чувствовать в себе мой яд?»
Мой уровень тестостерона резко подскакивает. Мое сердце колотится. Мое тело напрягается. Адреналин простреливает сквозь меня и мой разум переключается. Мой контроль, мой чертов здравый смысл. Щелк! Я собираюсь убить Скорпиона, но прежде хочу порвать его на куски. Разбросать его зубы по полу. Выбить мозг из его чертовой башки.
Я включился на полную.
Я собираюсь разорвать и избавиться от этой чертовой угрозы. СЕЙЧАС!
Брук тихонько стонет, и я смотрю вниз на нее, бледную, напуганную, дрожащую,
— Пит, я видел его громил внизу в холле. Думаю, он здесь, в отеле, — говорит Райли.
— Ублюдок, должно быть, ждет Ремингтона внизу, — говорит Пит полушепотом, проводя рукой по лицу.
— О, он допрыгался! — угрожаю я. — Он уже мертв!
Я все сделаю медленно. И болезненно. Я засуну фейерверк ему в задницу, и БУДУ НАБЛЮДАТЬ, КАК ОН ВЗОРВЕТСЯ!
Брук. Она дрожит. Она держится за меня, ждет, что я защищу ее. Он добрался до неё в моем гребаном отельном номере! Я больше не облажаюсь, защищая ее. Ничто больше не причинит ей боль. Я — Ремингтон Тейт «Разрывной», и я ЕЕ МУЖЧИНА, ЕЕ ЗАЩИТНИК, я позабочусь обо всем ПРЯМО. СЕЙЧАС.
Кровь кипит, я касаюсь ее затылка и смотрю на ее лицо, в ее остекленевшие глаза, вижу слезы на ее коже, и я никогда не был так готов совершить убийство, но мне удается перейти на шепот, когда я говорю ей: «Мне нужно кое-что сделать прямо сейчас. Я люблю тебя. Я чертовски сильно тебя люблю, я вернусь и помогу тебе восстановиться, хорошо?»
Она кивает и дрожит, меня будто разрывает изнутри, потому что я и оставлять ее не хочу, твою ж мать.
— Почему, черт побери, ее так трясет? — спрашиваю я Пита, пока отношу ее обратно в номер.
Он виновато смотрит на меня.
— Ее нервная система находится под воздействием яда. Ее ужалили несколько раз, так что это будет болезненно. Пока скорая в пути, давай дадим ей «Тайленол».
«Тайленол», ага. «Тайленол» и убийство. Мое тело настолько напряжено, я невероятно целеустремлен. Я чувствую себя роботом, запрограммированным на убийство, и тот факт, что он причинил боль моей маленькой петарде, стал спусковым механизмом.
Сердце колотится, мускулы напрягаются, организм работает на пределе своих возможностей, я несу ее обратно в номер и укладываю на диван, делая вдох возле ее макушки. Каждая минута, когда этот ублюдок наслаждается жизнью, пока у Брук такие проблемы с дыханием, словно, наказание. Каждый чертов укус на ее коже кричит мне, чтобы я причинил боль тому, кто причинил боль ей.
Все верно. Я — Смерть. Я чертова Смерть, и сейчас я иду за ним.
— Сейчас я собираюсь его раздавить, — говорю я ей. Со всей любовью, что я к ней испытываю, я собираюсь сделать это.
Я направляюсь к лифту и слышу, как Пит кричит позади меня:
— Черт побери, он в маниакальном состоянии, Рай, иди за ним, прежде чем он увидит Скорпиона или кого-нибудь из его громил. Диана! Сделай холодные компрессы и жди скорую помощь. Нам нужно уложить того парня!
Ха. Хрен они остановят меня. Я направляюсь к лестнице, чтобы они не нашли меня в лифте, и бегу вниз несколько пролетов.
Когда я распахиваю дверь в холл, я мгновенно вижу их. Они прямо здесь. Скорпион. Двое громил. Он смотрит на меня. Я смотрю на него и сжимаю кулаки.