Replay
Шрифт:
Молча встаёт, выкладывая рядом со мной ключ от черного входа и несколько крупных купюр из своего кошелька. Стопорюсь, глядя на них, медленно поднимая изумленные глаза. Актерская среда пропитана конкуренцией, жаждой урвать своё место. Быть первым. Любыми путями. Каждый сам за себя. Здесь редко встретишь сочувствие и сострадание.
– Бери, – хмыкает сердито. – Так и знала, что связь с ним выйдет тебе боком. Купи билет подальше и отсидись, пока не найдёт новую игрушку и не забудет про тебя.
– Спасибо, – шепчу дрожащими губами, то и дело облизывая пересохшие от загнанного дыхания. Порываюсь податься вперёд
Открываю, резко зажмуривая доселе широко открытые глаза, словно от вспышки света, обжигающей сетчатку. Глубоко выдыхаю, пытаясь вернуть себе хоть долю показного спокойствия, слыша над ухом приторно сладкое:
– Далеко собралась, красавица? – фыркает и, разжимая мою руку, забирает ключ и наличность. – Ты предсказуема. Думаешь, я не оставил кого-то из ребят у заднего входа?
– Кирилл… – шепчу, прикрывая дрожащие губы ладонью. – Прошу тебя, отпусти меня. Скажи ему, что не нашёл меня, – срываюсь на крик, умоляя. – Пожалуйста! Обрадуй, что я умерла!
Проводит медленно пальцами по щеке, точно успокаивая. Произносит тихим голосом, будто общается со слабоумной или совсем маленьким ребенком:
– Пока не увидит твоё бездыханное тело, не успокоится. Иди за мной по своей воле, иначе заставлю, приложив силу.
Забирает из ослабшей руки дорожную сумку, отступая от двери и плавно подталкивая меня вперёд.
– И всё-таки не понимаю, чем ты его так зацепила? Всеволод тебя явно переоценивает.
– Попробуй сказать это ему, сразу получишь в челюсть, – бесстрашно выплевываю в сторону оппонента, осознавая всю безысходность. Бросаю взгляд в сторону привлекательного блондина, упакованного в изящный черный костюм. Словно секретный агент из голливудского фильма. Скалящийся белоснежной улыбкой в ответ и имеющий странного оттенка серо-голубые глаза. Точно две льдинки, отражающие пустоту души. Он терпеть не может меня, так же, как и всех предыдущих Баженовских, или тех, кто есть кроме. Считая женщин одними из низших созданий, которых способна носить на себе наша планета.
Плачь я сейчас, кричи или пытайся сбежать – результат будет один. Так же, как и все в команде Баженова, Кирилл, в плане эмоций, не пробиваем. Всеволод подбирает людей, отражающих его самого. Сочувствия и помощи от них не дождаться, они не… Да и к чёрту их всех! Тот, на кого я надеялась, выходит тоже подвёл меня…
– Держись ближе, – приобнимает за талию, вызывая тем самым ещё большее отторжение и желание броситься прочь. Только уперевшись в закрытую стеклянную дверь парадного выхода, далеко убежать не получится. Устремляю взгляд вдаль, замечая напротив его машину, смиряясь со своей участью и понимая, что скрыться от него уже невозможно…
Глава 1
(Кристина)
– Ванечка… – затаив на губах улыбку, шепчу тихо, словно в пустоте скрытого сумраком двора нас могут услышать. Горячие губы двигаются по моей шее, щекоча своим прикосновением, заставляя ежиться и смеяться. Закрываюсь ладонью от его поцелуев, неспособная от них увернуться. Вырваться из захвата стальных рук, не позволяющих сдвинуться с места. Требовательных, беспрепятственно блуждающих по поверхности моего тела и всё же не переходящих черту дозволенного… Я специально попросила
Пробую сыграть на остатках рационализма, нежно улыбаясь своему визави. Ласково произношу, замедляя резкое дыхание:
– Потерпи ещё немного… – прикрываю глаза, подставляя веки прохладному весеннему ветру. Резко вздрагиваю, ощущая его рывок к себе, сдавливающий оковами рёбра, и грохочущий в висках от непроизвольного испуга пульс. Плавно выдыхаю, пытаясь утихомирить загнанное сердце. Действую медленно, словно боясь спровоцировать "рецидив". Плавно поглаживаю его по щеке, буквально кончиками пальцев. Улыбаясь очередному недоумению, в которое он меня ввергает за этот вечер. Наблюдаю отрицательное качание головой. По-детски поджатые губы, которые и вовсе идут вразрез с его образом уверенного в себе, с легкостью получающего желаемое… самца.
Едва не прыскаю со смеху от лихо закрученной мысли. Пошловатенько вышло… Только как ещё назвать этого парня, когда за ним увивается километровая свита лиц женского пола? А шатен с шоколадно-сладкими глазами, стоящий напротив меня, обладающий едва ли не голливудской улыбкой и баритоном, вводящим в легкий транс, из всех выбрал именно меня… Может быть потому, что я не была в этой очереди желающих прикоснуться к прекрасному, а занималась, как казалось, чем-то более важным?
Обиженный взгляд, наблюдающий за каждым моим движением, никак не стыкуется с привычным всем образом. Это сбивает с толку. Вводит в ступор, и всё же… Отчего-то внутри растекается сладкая нега. Становится легко и приятно… Неужели таким обычным, простым его знаю лишь я? И если он настолько доверяет мне, чтобы открыться, то…
– Крис, – произносит на выдохе, упираясь глазами в глаза. – Сколько ты ещё намерена меня мучить?
Поджимаю губы, откликаясь более яркой улыбкой, смотря на него взглядом, полным недоумения. Играю? Немного. Скрываю истинные чувства, не желая в который раз вдаваться в дискуссии. Заменяю понятия более простыми. Наивно хлопая глазками. Порой, строя из себя полную дуру, которую легко можно обойти.
Хмурится, не получая желаемого ответа, и проговаривает, с прищуром глядя в глаза:
– Ты сказала?
– Почти… – процеживаю тихо, не опуская вниз уголки губ. – Ванечка… – вкладываю в голос ощутимую нежность, растягивая слова по слогам. – Ты же знаешь моего отца… Давай завтра, после… – не успеваю обронить окончание фразы, подчиняясь натиску его губ, подавляющих любые попытки к сопротивлению. Сжимает руки сильнее, забираясь прохладными пальцами под кромку свитера и покрывая мурашками кожу. Ежусь, подаваясь лишь ближе. Пытаясь урвать от его дыхания капельку столь необходимого тепла.
– Завтра подаём заявление и едем отмечать? – уточняет буквально на выдохе, впиваясь губами в озябшую шею. Поглаживая спину крепкими пальцами и запуская под слои одежды ещё больше блуждающего холодка.