Реплика

Скиба Николай

И когда Санёк оказался на острове изгнанников, он не удивился. По этим же причинам. Удивление уступило место любопытству, фантазии, предвкушению и азарту. На его глазах творилась новая история, и он был рад являться её частью. Даже после смерти. А он точно умирал? То ощущение боли было столь мимолетным, что казалось шуткой по сравнению с людьми, которые умирали от рака годами.

Удручало лишь одно, Соколов совершенно не понимал, где находится. Вереница вопросов «Что? Где? Когда» не переставала крутиться в голове, но, в конце концов, он их отбросил. А что оставалось делать?

Остров был таковым лишь на словах. Ну и, возможно, размерами.

Санёк почему-то представлял себе большой оазис, где хаотично разбросаны уютные водоемы, питающиеся солнечным светом, пальмы, обезьяны и всевозможные виды южных растений. Было понятно, что место и климат бывают разными и можно было бы представить скалистый остров с песчаным пляжем, или Камчатский хвойный остров из лиственничников, ельников и березы.

Однако же вид, открывшийся группе людей, среди которых и был Саша, кардинально отличался от ожиданий последнего. Они находились на огромной, не менее десятка футбольных полей, каменистой площадке. Вся она была искривлена и изуродована разломами, образующими что-то похожее на русла реки. Так обычно происходит со стеклом, которое выдержало удар и не разбилось до конца. Впрочем, во многих участках этого иллюзорного, ненастоящего места, разломами образовывали каменные «зубы». Каждый из зубов был либо слегка приподнят, либо опущен.

С высоты полета птицы остров образовывал собой идеальный круг, разделенный на две части. В первом, внешнем круге, находились «зубы», а в разломах между ними невинно текла раскалённая, слегка бурлящая и смертельно опасная вулканическая масса. В центре же, отнюдь, никаких разломов и несовершенности. На идеальном внутреннем круге воцарилось нечто, похожее на дворец зла. Словно родные пенаты самого сатаны, это сооружение бесконечно росло вверх, постепенно сужаясь, но верхушки терялась где-то во мраке. Темные тучи и сухая гроза наверняка являлись здесь единственной погодой.

На территории вокруг дворца Сатаны (как его уже окрестил Саня) расположилось десятки сооружений поменьше. Зубовидные отростки, купола, темно-красные стены – все эти элементы местной архитектуры вызывали стойкое ощущение страха, опасности и отчаяния. Не хватало только душ умерших, вопящих от вечных мук и Сизифа, приветливо машущего с одного из возвышений.

– Ну ни хрена ж себе, народ! – вскрикнул кто-то слева от Сани, - не хватало той херни в универе, теперь это!

Этот кто-то обернулся к их группе, и Соколов Александр, студент пятого курса Кубика (Кубанского государственного Университета), с удивлением узнал Меньшикова Женьку. Того самого однокурсника, которого спас, когда отпрыгнул от лопающегося Тяпы.

– Жека? Здарова! – Саня был очень рад увидеть знакомого и протянул руку.

– Ого! Соколов! – однокурсник ответил на рукопожатие и шлепнул Сашу по плечу, - и ты здесь! И то хорошо, вместе попроще будет. Слушай, а кто это?

Их «зуб» уходил вверх, а Жека указал в то место, куда Саня до этого не смотрел. На краю, спинами к ним, стояло две фигуры. Мужская и женская.

– А я их даже не заметил. Пойдем к ним? – Санёк обернулся к остальной группе.

Компания подобралась разная. Здесь был пузатый бородатый дядька лет сорока, таких привыкли называть «скуф». Рваная трехдневная щетина, лысеющая голова, пивное брюхо и огромное желание меняться. Классика. Четыре девчонки.

Вот что-что, а ловеласом Саня и вправду был неплохим. Даже в текущей ситуации он успел оценить всех четырех. По женщине, чьи года спотыкающейся

лошадью мчались к пятому десятку, он лишь скользнул взглядом, а вот остальных осмотрел внимательнее.

Одна явно выделялась среди остальных. Лет тридцати? Ни грамма косметики, истинная природная красота. Русые волосы, заплетенные в девичью косу, грудь второго размера («самый сок», подумал Саня), ростом около ста семидесяти сантиметров, стройная. Приталенная белая рубашка и черная офисная юбка. Каблуки. Её что, кто-то убил прямо в офисе? «Раздавило принтером» - прыснул про себя Санёк, но затем пригорюнился. Самому-то похвастать было нечем.

У второй девушки глаза были раскосые. Бурятка? Одета обычно. Джинсы и кофта. Но, после офисной героини, интереса к ней не возникло.

Последнюю Саня рассмотрел чуть позже, так как она стояла чуть поодаль. Ей оказалась девочка лет четырнадцати и, взглянув на нее, Саня наконец-то осознал, что он здесь не один и тут все еще могут быть люди, которым страшно. Девочка всхлипывала и смотрела в пол.

Её уже утешал накачанный парень лет тридцати, в безрукавке и с выразительной татуировкой черепа на левом бицепсе. Он шептал ей что-то спокойным голосом, спросил о чем-то, а когда дождался ответной улыбки, то встал и взял девочку за руку. Затем зыркнул на любопытного Саню. Студент отвел взгляд. Вроде и угрозы никакой не увидел, но зачем лишний раз смотреть человеку в глаза? Однажды, еще будучи малыми, они шли так с одноклассником по улице, и у них было испытание. Идти и смотреть в глаза проходящим людям. Тогда их чуть не побили и, попутно, научили уважать зону комфорта окружающих.

Оставшиеся двое были обычными пацанами. Но больше похожими на реальных пацанов с района. Эдакие Антоха и Вован нашего времени. Спортивные костюмы, кепки, наверняка еще и четки в карманах.

Саня с удивлением заметил, что Жека времени не терял. Он уже подлетел к буряточке и что-то сказал. Та растерянно уставилась на него и ответила что-то в духе «Вобуминбай» или как-то так.

– Я что-то не понял, - оторопел однокурсник, - она что, не русская?

– Это китайский, - в диалог влез «скуф», а затем, увидев удивленные взгляды, дополнил: - я просто общался с девочкой из Китая.

– Да? И что это значит?

– Я не понимаю, - скуф улыбнулся.

– Тьфу, - Женька, раздосадованный, сплюнул.

– Да нет, это буквально значит «я не понимаю», - мужик рассмеялся и, непонятная пружина, которая была натянута с момента их появления, лопнула.

Все выдохнули. Гопники расслабили плечи, девочка перестала хлюпать, девчонки постарше улыбнулись. Ну а остальные посмотрели на удаленные фигуры на пике каменистого «зуба». Словно отлитые из мрамора, они не шевелились.

«Добро пожаловать на остров изгнанников. Здесь вы пройдете тренировку. Пройдите к обучающему персоналу»

И они пошли.

– Слышь, Меньшиков, - Санёк сделал шаг вперед.

– А? – их взгляды не отрывались от фигур, которые находились от них в сотне шагов.

– Если ты тут, значит тебя тоже убили да? Или как? – Для Сани ответ на этот вопрос был очень важен. Потому что, если он положительный, значит, этот психоз был минимум групповым. Но в глубине души он уже знал ответ.

– Ага. Меня утюг завалил.

– А меня комп…

Женька хмыкнул: «Тот самый случай, когда компьютер победил игрока. Надо было сложность поменьше ставить».