Реши это
Шрифт:
Дом Ника, построенный из красного калифорнийского дерева, стоял в стороне от главной дороги, хорошо затененный растительным пологом, и я подумал, пока такси подвозило меня, что соседи были бы еще больше благодарны за уединение и пространство между домами, если бы знали об уровне децибел музыки. Меня ужаснуло отсутствие охраны: ворота были распахнуты настежь, а камера слежения, насколько я мог судить, не работала. По обеим сторонам длинной дороги стояли машины, что превращало приезд и отъезд в сущий кошмар, а теперь я столкнулся с открытой входной дверью, в которую то и дело входили и выходили
– Вы уверены, что не хотите, чтобы я отвез вас в отель? – сказал он, оглядывая смеющихся и спотыкающихся, пьющих и курящих людей. – Я знаю много хороших отелей.
Это было любезно. Мы немного поговорили, и даже за это короткое время он понял, что вся эта пьяная дебоширская атмосфера - не про меня. Кроме того, я был одет не так, как все присутствующие. Я был в своем черном костюме от Hugo Boss, белой рубашке и оксфордах красного цвета. Я пытался произвести хорошее первое впечатление, но понял, что мне следовало бы надеть джинсы и хенли, поскольку одному Богу известно, кого мне придется выгнать из дома.
– Я в порядке, – сказал я ему, отдавая наличные за поездку из аэропорта и двадцатидолларовые чаевые. – Напомните мне, травка здесь легальна?
Он кивнул.
– Да. И вы будете чувствовать ее запах, куда бы вы ни пошли. У нас тут много ферм, виноделы с ума сходят.
– Ну да, я так и думал.
После того как такси уехало, я на мгновение замер на круговой подъездной дорожке, собираясь с мыслями, глядя на открытую дверь и пытаясь успокоить нахлынувшее на меня раздражение. Видя, как люди перешагивают через цветы, роняют зажженные сигареты на тротуар и в гравий, как они опрокидывают горшки с растениями, я уже раздражался. В каком сарае их вырастили? Войдя в парадную дверь, я обнаружил шкаф в прихожей, спрятал туда свои вещи и отправился на поиски своего последнего задания.
Дом был похож на уединенный уголок, приютившийся где-то в глубине дикой природы: внутри - полированное дерево и потолки с открытыми балками. Четыре двойные двери выходили на террасу и потрясающую открытую площадку со скамейками и фонтаном, выходящую в лесистый каньон, и мне бы это очень понравилось, если бы не грохочущая музыка и удушающая толпа.
На большой кухне с бытовой техникой и островом для приема пищи я наконец нашел Брента Донована, смотрителя, которого Ник уволил, но Кокс нанял снова. Он разливал напитки, а другой мужчина склонился над островом с планшетом в руках. Они кричали друг на друга, стараясь быть услышанными. Я потрепал Брента по плечу, и после того как он дважды поднял руку, чтобы заставить меня подождать, я наконец схватил его за бицепс и развернул к себе лицом.
– Какого хрена тебе надо? – зарычал он на меня.
Или, скорее всего, это был рев. Его разочарование и отчаяние передавали черты лица, искаженные в красноватой злобе, а не громкость голоса, потому что я не мог услышать его за музыкой.
Я расстегнул куртку, чтобы он мог видеть кобуру с пистолетом Beretta 92FS Brigadier на моем бедре, и когда он поднял голову, я протянул ему удостоверение личности с водительскими правами на одной стороне
– Ты парень из Torus, – крикнул он сквозь грохот музыки.
– Да, – сказал я, кивнув.
Невысокий светловолосый голубоглазый мужчина улыбнулся мне и взял мою руку в обе свои, крепко сжав.
– Сейчас будет лучше, – пообещал я, и он наклонился вперед, как и я, и мы встретились посередине, чтобы я мог говорить ему на ухо, что было бы легче для нас обоих. – Сколько здесь телохранителей?
– Четверо, – сказал он мне. – Хочешь, чтобы я попросил их встретить тебя?
– Нет, я сам их найду, – сказал я ему.
– Когда Сойер позвонил вчера вечером и снова принял меня на работу, он объяснил, что ты здесь главный. Он сказал, что ты имеешь окончательное право решать все кадровые вопросы, так как у тебя есть прямой доступ к бухгалтеру Ника.
– Верно, – согласился я. – А теперь скажи мне, где находится звуковая система.
– Вон там, – ответил он, указывая. – В гостиной за амбарными дверьми.
Помещение было открытым, его отремонтировали еще до переезда Ника Мэдисона, так что кухня и гостиная представляли собой одно огромное пространство.
– Хорошо, – сказал я, поворачиваясь и забирая планшет у мужчины, который пытался привлечь внимание Брента. Он пытался доставить алкоголь, которого хватило бы на курортный отель. – Нет, – сказал я ему. – Это возвращается.
– Нам сказали, что это срочно и чтобы мы привезли это прямо сейчас, черт возьми!
– Ну, тебе стоит научиться принимать оплату по телефону, – сказал я ему. – Бери свой грузовик и увози это дерьмо отсюда.
Он вскинул руки, а я вышел на улицу и позвонил Розали Симмонс, бухгалтеру Ника Мэдисона. Она взяла трубку на втором гудке, ожидая моего звонка, поскольку мистер Кокс поставил ее в известность о том, что мне понадобится подкрепление, и мы подробно поговорили об этом накануне вечером.
– Ты, наверное, уже там, – сказала она, вместо того чтобы поприветствовать меня. – Я слышу удары его дома.
– Да, это просто зоопарк, – проворчал я. – Я здесь всего пять минут, а уже могу сказать, что здесь полный бардак.
– Скажи, что тебе нужно, – подтолкнула она меня, в голосе ее звучали и грусть, и беспокойство. – Я здесь, чтобы помочь тебе.
– Мне нужно, чтобы все его кредитные карты были приостановлены, а расходы сводились к ипотеке, коммунальным услугам и предметам первой необходимости, счетам за воду и прочим вещам. Ни с одного из его счетов не должно уходить никаких других денег, ни по какой причине, если я не знаю, на что они идут. Мне нужна электронная таблица со всеми данными.
– Безусловно, считай, что все сделано.
– И все, у кого есть карточки, подаренные Ником, я хочу, чтобы они были немедленно аннулированы, – сказал я ей, потому что догадывался, что люди, кроме Ника, заказывают всевозможные предметы для доставки.
– О да, я ждала этого распоряжения, – сказала она, усмехаясь. – Ты бы видел, сколько там карточек. У шофера есть одна, у домработниц. А у Брента? Его тоже отстранить?
– Да, у всех. Единственный, у кого есть карточка, - это я, начиная с сегодняшнего дня.