Респ4ун

Хруст Илья

Олика охнула, и, отпустив руку Синнера, панически закрыла голову руками. Пламя взорвалось изнутри, опалив окружающих и разметав их в разные стороны, и тут же потухло. Двор погрузился во тьму. Воцарилась звенящая тишина.

Пораженный Синнер, перевел взгляд на Олику:

— Что случилось?

Но она продолжала неподвижно сидеть.

Взрыв повалил одержимых на землю, и, кажется, отключил их, они лежали неподвижно, оглушенные, а может и мертвые. Затем, голые тела подали признаки жизни, стоны и попытки встать.

— Лограй потерпел неудачу… — молвила Олика, загробным голосом.

Одержимые приняли сидячее положение, озираясь, в свете полной луны это смотрелось

отталкивающе, они выглядели так, будто только что вышли из комы. Среди тишины раздался чей-то плач, с тяжелым вздохом и надрывом, одна из одержимых сидела, уткнувшись в свои колени, ее тело сотрясала мелкая дрожь.

— Она освободилась. — Тихо сказала Олика. — Пламя очистило ее, демон одержваший ее, не выдержал.

Девушка, при жизни была из семейной пары, которую Синнеру удалось затащить в постель, они были последними, с кем пришлось произвести обряд одержания.

— Создание тьмы, кружит вокруг. Демон остался в нашем мире, но ее выкинуло из тела. — Заговорила Олика нормальным тоном, возвращая былое хладнокровие.

Внезапно девушка вскочила на ноги и со всей возможной скоростью, дико вопя, устремилась куда-то во тьму, не разбирая дороги.

— Держи ее! — Заорал Лограй, вскакивая на ноги.

За девушкой кинулись в погоню, и далеко ей не удалось убежать, они схватили ее и снова повалили на землю, припечатав ее, лишив возможности сопротивляться, навалились на нее. Все это время она орала, истерично и истошно, страх поглощал ее сознание, и паника выдавливала остатки разума. Внезапно ее крик прервался, кто-то заткнул ей рот, она продолжала издавать мычащие звуки, пытаясь отбиться от одержимых, но она была скованная по рукам и ногам, Лограй обхватил ее горло своими руками и принялся душить. Послышалось кряхтение.

— Впусти! — заорал Лограй в лицо девушке.

Олика продолжала бесстрастно смотреть на разыгравшееся действо:

— Они пытаются одержать ее вновь, демон пытается проникнуть в ее тело. Но пока она сопротивляется. Это недолго. — Сказала демонесса, включая лампу на столе, затем налила пива в кружку Синнера, потом и себе. — Хватит смотреть, лучше выпей.

Свет от лампы засветил все вокруг, и зрение Синнера уже не могло фокусироваться на происходящем во тьме, он инстинктивно зажмурился и посмотрел на Олику. Та выглядела довольной.

— Сладкий, да не переживай ты так, первый блин комом, да и вообще мы здесь комочки делаем. — Она чокнулась об его стоящую кружку и осушила на четверть свой сосуд.

Оставаясь один на один, они иногда позволяли проявление некоторой нежности, по отношению друг к другу.

— Ты довольна?

— Нет, если обобщать, но то, что у Лограя ничего не получилось, чрезвычайно радует меня. И если уж говорить откровенно, я начинаю не понимать, почему я создание тьмы.

Синнер, разглядывал ее глаза, вглядываясь в ее мысли, вся эта ситуация выводила его из себя, но буря эмоций поглощалась страхом и деморализующим параличом. Он понимал, о чем она, но легче от этого не становилось.

Внезапно в лучах лампы появился нагой Лограй, яркий свет заиграл на спортивном теле Сереги, левый бок и плечо испачканы в грязи. Он уселся по левую сторону от Синнера, и, взяв в руки его кружку, выпил одним залпом.

— Как тебе шоу? — Спросил он, не поворачиваясь к нему лицом и ставя на место, пустую тару.

— Я так понимаю, большая часть скрыта от моего взора. — Синнер попытался подпустить немного наигранного пафоса.

— Это так, — кивнул Лограй, — но все же?

— Ну, знаешь, современные технологии и не на такое способны, подумаешь — зеленое пламя.

Лограй резко рассмеялся,

его смех был настолько не уместен, насколько Синнер чувствовал себя в безопасности среди демонов. «Интересно, он почувствовал, как я вздрогнул?» — пронеслось у Синнера в голове.

— Тебе предстоит работа, дорогой ты наш ЧЕЛОВЕК. — Сказал Лограй, сквозь улыбку.

— О чем ты? Ты обещал, что та парочка будет последней. — Синнер попытался спокойно сидеть на месте, и не дергать руками, жестикулируя в бешенстве.

— Как все мы прекрасно знаем, у тебя талант находить нужных нам людей. К сожалению, реальность такова, что мой союзник Каммельн, на той стороне не смог ответить на зов и скорее всего он мертв. Человеческое тело плохо приспособлено к формированию,… как это на вашем,… - он пощелкал пальцами, явно переняв данное действо от Сереги — ладно, — махнул он рукой, — пускай будет портал. Для того, что бы портал открылся, нам нужна поддержка с той стороны, ну или сильное воздействие с этой. Я понятно излагаю? Я пытаюсь все это донести до тебя, самым примитивным образом, что бы ты не сомневался, что это будет в последний раз. Каммельн не ответил, и не поддержал нас, наши тела не выдержали напряжения пограничного мира и портал схлопнулся. И теперь — Лограй, повернулся к нему лицом и положил руку на плечо, он уставил свой взгляд карих глаз прямо в душу, — мне нужно больше людей, гораздо больше, чем мы имеем сейчас, возможно мне нужна еще сотня. Не знаю, каким образом — но ты приведёшь их ко мне! Мне нужна армия! Мне нужна сила сотни демонов!

Лограй отпустил его и встал с места, перешагнув через скамейку, скрылся из света лампы. Синнер сидел молча, замороженный чувством вины, куски его личности были разбиты каждым словом Лограя, и кажется должна пройти вечность, пока он соберется воедино. Он сидел и всматривался в темноту, немигающим взором и каким-то периферийным чутьем ощущал, как Олика не сводит с него глаз. Она переживала за него, и ему становилось легче, хоть и тоскливее.

***

Они лежали, обнявшись и молчали. Каждый был погружен в свои собственные раздумья, но Синнер не мог представить мысли демона, хотя ему хватало и своих.

В доме они остались вдвоем, так как остальным пришлось возвращаться к своим человеческим семьям, дабы не наводить лишних подозрений. Трехэтажная дорогая дача была полностью в их распоряжении, но что толку им от сауны на первом этаже, джакузи и удобных душевых кабин, когда Синнеру всего-то и надо что забыться в объятьях демонессы. Дом и участок, к слову, принадлежали одной паре, любезно предоставившие все эти блага после одержания, для оргий и ритуалов.

Субботнее утро заглядывало в окна, и Синнер опустил жалюзи, ему хотелось побыть во мраке. Сквозь тишину он слышал дыхание Олики, которое успокаивало его, где-то тикали часы, невнятный шорох где-то внизу… Синнер сначала не придал ему значение, но потом проиграл этот звук у себя в голове еще раз, и не смог разобрать его природу. Он напрягся, и приподнял голову.

— Ты тоже слышал? — прошептала Олика, глядя ему в глаза, Синнер еле заметно и напряженно кивнул. Больше звук не повторялся.

— Как думаешь, что это? — так же тихо спросил Синнер.

— Может мебель скрипит от старости, хотя нет, все вещи здесь новые. Может нас грабят, здесь ведь никого не должно быть в субботу.

— Как вариант.… Но, слишком уж воры тихие. Всего один звук.

— А ты дверь закрывал?

— Только калитку, — Синнер осознал ошибку, и Олика ему на нее указала, дверь в сам дом была открыта и на пути гипотетического грабителя (или грабителей) была только рама с сеткой от насекомых.