Респ4ун
Шрифт:
Однако Андрей жил спокойной жизнью, мелкие всполохи, к примеру, сдача экзаменов и прочих незначительных потрясений, не могли помочь Ассалему. Поэтому оракул приготовился долго ждать. Его физическое тело в Храме, окаменело, он был полностью поглощён слежкой и поиском возможностей. Через год он испытал эквивалент счастья.
Мир людей полон темными душами. При чем, Мир Пропасти не имеет к этому совершенно никакого отношения. Природа людей имеет двойственных характер. Десять темных душ каким-то непостижимым образом нашли друг друга и собрались в стаю, они задумали уничтожать много людей
Ассалем наблюдал за этим со смешанными чувствами, от лица Андрея, с разных ракурсов, пытаясь уловить в отражениях всю ситуацию, в которую попал объект. Оракул опасался, что эти темные души убьют Андрея, и тогда его план пойдет прахом, однако объект ушел, отступая с боем. Ассалем с некоторым облегчением переключил свое внимание на струны душ в потоке Пограничного пространства. В эту самую секунду большое количество душ испытывало критические ситуации, близкие к смерти, однако ему нужна только одна, и он нашел ее.
Теперь настало время все обстоятельно обдумать, нужно оценить свои возможности и те ресурсы, что он располагает. Энергетически он прямо сейчас мог повлиять на Андрея, сделать из него подделку, удалить его душу из общего потока, это будет опасно для самого оракула, но он справится, он верил в это, множество столетий назад он экспериментировал в таком ключе.
Но…
Он может рискнуть, и, погрузившись полностью в потоки пограничной энергии, попытаться сделать куда больше, чем создать подделку. Ассалем не мог предположить какой силой наградит его пограничное пространство, ни один храмовник за всю историю существования Бесконечной Долины не покидал храм, и уж тем более не переходил между мирами. Но пограничное пространство это все же не мир… хотя и более опасное «место». Оракул чувствовал, что сможет добиться многого, правда это будет огромный риск его уничтожения. Во всех возможных ипостасях он прекратит свое существование.
Но игра стоила свеч. Главным мотивационным элементом послужили десяток темных душ, сконцентрированных в одной маленькой территории вокруг искомого объекта. Ассалем верил, что он способен исказить реальность, так, как ему нужно, и он использует эти темные души. Если он потерпит фиаско, возможно Долина проиграет битву, но не войну. Хотя эта битва может по всем статьям оказаться переломной во всем противостоянии… Он отогнал эти мысли. Ему нужна твердость и уверенность, пространство не признает полумер.
Некоторое время он раздумывал, а не стоит ли сказать о его планах Горусу? Но создания света, обычно несколько консервативны, и возможно Ассалему не стоит вводить его в курс дела. Горус не слишком сведущ в делах храма. Что касательно энергии пограничного пространства, для владыки Бесконечной Долины доводы Ассалема и вовсе не покажутся убедительными.
Самонадеянность. Ассалем попытался со стороны прикрепить на себя этот ярлык, но пришел к выводу, что его поступок вполне оправдан и самонадеянность тут вовсе не при чем.
Ассалем приготовился к переходу. Это был тяжелый астрофизический процесс, требующий максимальной концентрации. Поэтому он закрыл все входы и выходы в храм, а также обрубил все линии ментальной связи с Бесконечной Долиной и взглянув напоследок на Мир Пропасти
Пограничное пространство не принимало его, отторгая и возвращая его в привычный мир, но он был настойчив, неимоверными усилиями он находил прорехи в энергии, что текла бесконечным потоком. Пока что пространство вытесняло его оболочку, до прямого противоборства не доходило, но Ассалем был непреклонен и чрезвычайно силен.
Вскоре он почувствовал первые энергетические толчки, по мере того как он все больше погружался в пограничное пространство, его отвергали всё сильней. Пространство как, оказалось, имело свои пределы, и своего рода зоны… Ассалем пересек зону, та, что была ближе к Бесконечной Долине, он это чувствовал, родные потоки энергии, пускай и причиняющие боль, проходили сквозь него и меняли спектр. По мере приближения к зоне Мира Пропасти его все сильней обдавало энергией диаметрально противоположной Бесконечной Долины.
Но это были не единственные зоны. Для Ассалема это было открытием. Этих зон было гораздо больше. Он забрался в неизведанные дебри, его сущность хлыстали с разных сторон, в какой-то момент он почувствовал, что его уничтожают. Его коверкают и выворачивают наизнанку. В одной из неизвестных зон он потерял себя, запутавшись в мирах, пространство само пыталось определить, его швыряло будто в быстрой реке от камня к камню, от перепада силы к полному ее отсутствию. Ассалема разбросало по разным зонам, он никак не мог собраться воедино, его сознание работало вспышками, в разных частях пространства.
Однако он собрал себя. Он не смог объяснить, как он это сделал, даже себе, но его сознание оказалось рядом с огромной энергетической воронкой, куда стягивались все нити и все потоки от разных зон.
Ассалем попытался ментально соприкоснуться с воронкой. Ему это удалось, ненадолго, через мгновение энергия отторгла его. За это мгновение он лишился рассудка и стал частью потока, хотя и со своей волей. Оракул завис над воронкой пытаясь понять, как это работает, в его сознании зародились правильные знания, он чувствовал это. Но для этого придется переступить черту. Ему было все равно, он был далеко непринципиальная личность, нежели Горус или Брай, или даже Демон Хранитель. Он был схож с Фениксом, лишенный всяких этических правил, однако отличался от него тем, что был истинным Созданием Света. И пришло время использовать это.
Он вцепился в энергетические потоки воронки, всей своей сущностью, пытаясь влиться в поток, и растворился в нем, лишив себя полноценной индивидуальности. После нескольких мутаций, коверкающих его основную сущность, он стал Правилом Пограничного пространства. Таким же Правилом как гравитация в мире людей, таким же правилом как Время, встав в один ряд с правилом Реальности.
В потоке жизни он нашел Андрея, и во временной ленте проследил момент расправы темными душами над толпой невинных (и по большей части) светлых душ. Он принялся исследовать каждого в отдельности, уходя своим вниманием в их прошлое. Но если бы он был способен на удивление или на хоть какой-то намек на эмоции, Ассалем был бы поражен еще одним обстоятельством.