Ресторатор
Шрифт:
Чуть успокоившись, я открыла список контактов в телефоне. Пора обзвонить знакомых управляющих и втянуть их в нашу «звездную авантюру». Если Сташевский думает, что я не справлюсь, он сильно ошибается.
***
Несмотря на все переживания и неурядицы, гала-ужин наступил неумолимо быстро, как и все важные события, которых боишься и ждешь одновременно. Утром я проснулась с тяжелым чувством в груди –
Я приехала в ресторан немного позже обычного, потому что сегодня планировала задержаться. На кухне уже кипела работа, повара сновали туда-сюда, а в центре этой суеты стоял Данил, полностью погруженный в себя. То ли он меня игнорировал, то ли настраивался перед предстоящим мероприятием, где у него ключевая роль. Не понятно.
В течение дня стало ясно – Данил все же выбрал путь игнора. Если у него были какие-то вопросы ко мне, он передавал их исключительно через третьих лиц. Апогеем стало, когда я проходила мимо в паре метров от него и он в моем присутствии сказал одному из поваров:
– Передай управляющей, что через полчаса можем начинать, если все гости собрались.
Я бы могла провести с ним воспитательную беседу о важности нормального взаимодействия на работе после расставания, но не стала подвергать риску гала-ужин. Вдруг Данил потом не сможет совладать с собой и не выйдет к гостям?
Да и какой смысл устанавливать новые правила коммуникаций сейчас, когда раны после разрыва еще слишком свежие? Мы только обидим друг друга сильнее и вообще не сможем взаимодействовать на кухне.
В зале было полно гостей. Влиятельные персоны из мира гастрономии, ресторанные блогеры, богемная тусовка и просто самые верные поклонники нашего ресторана. Я села за столик в углу, откуда хорошо просматривалась сцена, установленная для проведения гала-ужина.
Сидеть среди гостей было странно, ведь обычно я контролировала процесс, разрываясь между кухней и залом. Но сегодня роль наблюдателя казалась куда более важной. Я должна понять, какие детали требуют доработки перед возможным визитом инспекторов Мишлен.
Данил вышел в зал в белоснежном поварском кителе. Он всегда преображался, когда говорил о еде на публике – его глаза загорались, движения становились более выразительными, и сейчас в свете софитов это особенно бросалось в глаза. Представляя гостям новое сезонное меню, он был в своей стихии.
– Девушка, вы свободны?
Я подняла глаза и увидела над собой Яна Сташевского. Он стоял у моего столика в темно-бордовом жилете поверх белой рубашки с закатанными рукавами. Галстук и безразмерные джинсы подчеркивали гремучую смесь бунтарского духа с неожиданно проклюнувшейся джентельменской породой. Уж не знаю, какая черта в нем доминировала сегодня, но подавать себя Ян умел, и делал это с небрежным лоском.
– Да, конечно, – ответила
Ян опустился на стул рядом со мной, и перевел взгляд на сцену.
Мимо нас прошла Алена, и я тихо шепнула ей, чтобы при раздаче дегустационных сетов не забывали про нашего босса. На подобных мероприятиях мы всегда готовили с запасом, как раз для таких внезапных визитов.
Блюдо за блюдом появлялись перед гостями, вызывая восторженный шепот. Я пробовала каждое, чувствуя, как взрываются во рту вкусовые сосочки от шашлыка из креветок, как играют на языке сочетания соусов с продуктами, как дразнят обоняние утонченные ароматы специй.
Ян лениво наблюдал за происходящим на сцене, но в тишине сидеть весь вечер явно не собирался.
– Итак, Ульяна, – начал он, слегка повернувшись в мою сторону, – расскажи мне о вашем шеф-поваре. Какой он в работе? Настолько же талантливый, каким хочет казаться?
Его тон был легким, почти беззаботным, но в глазах читался интерес, как у акулы, которая почувствовала вкус крови.
– Ну почему же «хочет казаться», – немного оскорбилась я. – Он действительно отлично готовит.
– Но?
– Обязательно должно быть «но»? – усмехнулась я.
– Конечно, – засмеялся Ян. – Везде найдутся свои подводные камни. Я должен о них знать.
– Он не командный игрок, – нехотя признала я. – Данил больше на своей волне. Может погружаться в приготовление блюд, и забывать о том, что на кухне, кроме него есть другие повара, которым он должен уделять внимание. В этом плане наш су-шеф лучше чувствует команду, но не так сильно любит изобретать велосипед, как Данил.
– Так почему ты не поменяешь их местами? – удивился Ян.
– Сложный вопрос. Влад не хочет брать на себя лишнюю ответственность, хотя без должности и так ее несет. У Данила есть амбиции. Как шеф-повар он может быть медийным и даже стремится к этому. Он же выиграл когда-то в кулинарном шоу, которое взорвало все рейтинги на экране. Но Данил больше любит себя в искусстве, а не искусство в себе, если вы понимаете, о чем я.
– Все ясно, – хмыкнул Ян. – Значит, он из тех, кто умеет создавать шедевры, но иногда забывает о деталях. Типичная история. Хотя, должен признать, сегодня он выглядит впечатляюще.
Мой взгляд снова скользнул к сцене. Данил увлеченно рассказывал о концепции нового меню, о нашей философии. Он говорил о каждом ингредиенте так, будто бы речь шла не о продуктах, а, как минимум, о новейшем галактическом корабле, на котором нам предстоит отправиться в космос. Но гостям подобная подача нравилась – они внимательно слушали и аплодировали после описания каждого блюда.
– Да, сегодня он действительно хорош, – согласилась я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
– Давай выпьем за то, чтобы каждый был на своем месте и занимался своим делом, – неожиданно предложил Ян. – На брудершафте пока не настаиваю. Можешь не волноваться.