Ресторатор
Шрифт:
– Обиделся, когда ты на свои деньги купила машину и не оформила на него ПТС, ведь он добавил тебе 20 тысяч на зимнюю резину, – сказала Оля, вспоминая историю давно минувших дней.
– Он не позвал тебя замуж вовремя, черт возьми! У него на это было почти семь лет! – взорвалась Люси. – Неужели за столько лет нельзя было понять, что рядом с ним золото? Почему он только сейчас опомнился?
– Увидел, что на горизонте появились конкуренты. А я его еще припугнула расставанием, – поделилась своей версией я. – Сказала, что мне надоело выслушивать ревнивые
– Что за конкуренты? – навострила уши Люси.
– Мой босс, Ян Сташевский, – призналась я.
– Ох! А у вас уже что-то было? – с интересом спросила Люси.
– Нет, но Данил, видимо, думает, что было, – слабо улыбнулась я.
– Ну надеюсь, хоть раз он окажется прав в своих предположениях, – фыркнула Люси.
Мы дружно замолчали, переваривая все сказанное. Не знаю, о чем думали подруги, но я вспоминала все случаи, о которых они сейчас сказали. На самом деле их было намного больше, просто я не всем делилась. С чем-то приходилось справлять в одиночестве.
Годы шли, эти маленькие обиды наслаивались друг на друга, превращаясь в один огромный снежный ком, который со временем набрал веса, и снес все, что осталось от наших отношений. Сейчас на их месте была только пустота.
– Девочки, почему так тошно? – с тяжелым вздохом спросила я. – Вроде бы чувствую облегчение, но такое, как будто бы от меня отрезали кусок тела.
– Так и есть, – подтвердила Карина. – Каким бы ни был Данил, вы провели вместе много времени и успели прирасти друг к другу, поэтому разрыв все равно будет ощутимым. Нужно время, чтобы принять перемены и привыкнуть к новому укладу жизни. Потом станет легче.
Люси, не удержавшись, подмигнула мне и добавила:
– Главное, помни – это не испытание на прочность, а возможность найти того, кто будет есть торт вместе с тобой, а не без тебя.
Мы все дружно рассмеялись, и напряжение в комнате немного спало. Смех Люси всегда обладал особой силой – она могла разрядить любую обстановку, даже если настроение у всех было ниже плинтуса.
Остаток вечера мы провели за разговорами, шутками и планированием моей новой жизни. Девчонки помогли мне составить список вещей, которые нужно забрать из квартиры Данила, и предложили пойти со мной, когда я буду готова это сделать.
Когда Карина и Оля разошлись по домам, а мы с Люси остались вдвоем, я наконец позволила себе расплакаться. Не столько я оплакивала разрыв с Данилом, сколько было жалко саму себя за то, что слишком долго несла тяжелую ношу, надевая образ железной леди.
Еще пугала неизвестность. Я понимала, что поставить точку в отношениях с Данилом – это часть дела. Мы все равно остаемся коллегами. Нам придется взаимодействовать на кухне и вряд ли это будет легко, учитывая его характер. Данил обижен и наверняка попробует усложнить мне жизнь.
Одно радовало, теперь не придется быть мамочкой для ребенка такого же возраста, как и я сама.
Люси молча обнимала меня, давая выплеснуть все эмоции.
– Знаешь, – сказала я, вытирая слезы, – я хоть и плачу, но
– Так и есть, – улыбнулась Люси. – Ты наконец-то выбрала себя, Ульяна. И это только начало.
Я молча кивнула, понимая, что она права. Это действительно только начало. Начало моей новой, свободной жизни, в которой я больше не буду выслушивать скандалы на почве ревности и вкалывать за двоих, пытаясь спасти отношения, которые давно себя изжили.
На следующее утро я проснулась на диване в гостиной Люси с тяжелой головой после пролитых слез и выпитого вина. К вчерашней пустоте добавилась растерянность человека, попавшего в новую среду. Может быть, так ощущается вкус перемен?
Чтобы убедиться, что вчера не наломала дров, я прислушалась к самой себе – вдруг на утро я пожалею о том, что наговорила Данилу. Я рассматривала эту ситуацию практически под микроскопом, но вывод был один: возможно, мне стоило поубавить свой пыл, ведь на эмоциях я не особо старалась подбирать выражения, однако я не жалела о расставании. Возвращаться к Данилу в мои планы точно не входило. Уж лучше быть одной, чем с мужчиной, который не только не решает твои проблемы, но и добавляет новых.
На кухне я обнаружила Люси. Хозяйка квартиры сидела за столом, забросив ноги на соседний стул. На ее голове был смешной обруч с ушками кошки, в руках – телефон, а на лице – тканевая маска.
– Доброе утро, звезда моя! – шутливо поприветствовала меня Люси. – Как спалось?
– Доброе утро! Спала как убитая. Спасибо за вчерашнее! Не знаю, что бы я без тебя делала.
– Превратилась в старую деву с котом и вечной обидой на весь мир, – отшутилась Люси, но в ее глазах читалась неподдельная забота. – Чем будешь завтракать? У меня есть ленивая овсянка, сыр, колбаса, соленая рыба на бутерброды.
– Давай то, что проще всего готовить, – сказала я, не желая обременять хозяйку.
– Проще всего – овсянка, она уже готова, – усмехнулась Люси, поднимаясь с места. – Ты пьешь матчу? Могу чай или кофе сделать, но я в последнее время подсела на матчу. Как по мне, бодрит куда лучше.
– Давай попробуем. Чем тебе помочь?
– Да расслабься, ты моя гостья, – отмахнулась Люси. – Как освоишься у меня, так и будешь помогать.
Люси выставила на стол две баночки овсянки. Ленивым это блюдо можно назвать лишь с большой натяжкой, потому что помимо овсянки там были орехи, семена чиа, банан и все это залито персиковым йогуртом.
– Господи, как вкусно! – воскликнула я.
– Да, мне тоже нравится, – поддержала Люси, взбивая матчу, – я с вечера обычно заливаю овсянку. Просто, быстро и вкусно. Еще и массу комбинаций можно придумать.
Во время завтрака Люси как бы невзначай напомнила, что у нее сегодня выходной и спросила, какие у меня планы.
– Надо забрать мои вещи, – вздохнула я. – По моим расчетам, Данил сегодня работает. Надеюсь, что-то успею собрать, пока его нет.
– Ульян, ты же не думала, что я тебя брошу?