Рёв
Шрифт:
Нейт останавливается в дверях рядом со мной, практически касаясь моих ног носком ботинка. Его дыхание проносится сквозь мои волосы, когда его руки сжимаются в кулаки с крепко удерживаемыми ключами в одной из них. Затем, именно так, как я беззвучно молила, он выходит из моего заточения и из моей жизни. Надолго ли? Не знаю. Я опасаюсь наихудшего, слушая рёв двигателя его грузовика и визг резиновых покрышек.
Когда же заживут боевые шрамы наших связанных жизней?
Я хлопаю дверью и, сдаваясь, падаю на пол, потому что сдаться – это всё, что я сейчас могу.
Глава 15
Нейт
Настоящее
Я
Поражаясь своей глупости, бью кулаком по рулю. Она не хочет, чтобы я исправлял её, помогал ей, но я не могу остановиться. Я хочу помочь ей, и если мне удастся - решить её проблемы. Подобно эгоистичному придурку, я хочу быть для неё причиной не сдаваться. Я хочу быть тем, ради кого она будет двигаться вперёд, хочу всего этого, чтобы, в конце концов, мы были вместе - потому что вместе мы способны на многое, вместе мы сможем бороться. Я сделал это для неё и знаю, она тоже может сделать это для нас.
Я заезжаю на парковку мэрии на десять минут позже назначенного времени, похожий на бомжа, а не на бизнесмена. Не могу поверить, что по глупости рискнул стольким, не установив будильник на телефоне. Независимо от того, что происходит между мной и Чарли, я должен помнить, что в моих руках человеческие жизни. Я не имею в виду, что жизненно необходим людям, подобно пожарному, но от меня зависит их повседневная жизнь и реализация их мечты - стать в будущем честными людьми; кого-то поддерживает семья, а кто-то один. Однако, в конечном счёте, они хотят от жизни чего-то большего, чем возможность получать минимальную зарплату и перспективы еще одного тюремного срока.
Взбежав по лестнице, как обычно, мчусь в конференц-зал. Дверь ударяется о стену, отдаваясь эхом от полированного бруса, что заставляет содрогнуться меня, троих мужчин и нашего полицейского надзирателя – Джона Холлиса. Через три месяца он больше не будет нашим надзирателем, а останется лишь их, и, как бы я ни был обязан этому ворчливому старикашке, я не могу дождаться, когда избавлюсь от него в этом плане.
– Извините за опоздание.
Я быстро подхожу к длинному столу и сажусь рядом с Джоном, окидывающим меня анализирующим взглядом, который я, охренеть, как ненавижу.
– Натан Шоу.
Я протягиваю руку каждому по мере того, как они представляются мне, и приступаю к рассказу о своей компании, который я довел до совершенства путём многократных повторений. За девять раз, что я проводил введение в курс обязанностей, только один человек отвергнул моё предложение. Я никогда не отказывал им, так как слишком хорошо понимал необходимость начать
Обычно после собеседования я, переполненный самодовольством, прыгаю по кругу, но, как только вижу, что трое мужчин покидают комнату, вздыхаю, ссутулившись в кресле.
– Ну, парень, выкладывай.
Джон вздыхает, отчего я секунду полу-ухмыляюсь.
Я потираю лицо и чувствую щетину, колющую мою ладонь
– Она убивает меня.
– Ох, Натан, тебе следует знать, что нельзя позволять женщине лишать тебя сна.
Глядя на него, я наклоняю голову и смеюсь.
– Я лишился сна и теряю терпение. А все из-за неё… рядом с ней я забываю, как дышать.
– Боже мой, да ты втюрился, парень.
Я потираю подбородок, размышляя о том, стоит ли ему рассказать правду. Черт с ним. Он в любом случае услышит нашу историю в этом городе.
– Я никогда не переставал любить её.
Джон наклоняется вперед: он так близко, что я вижу красные капилляры в его глазах.
– Да уж, догадываюсь, но ты должен держать все под контролем. Чарли может быть якорем в твоём сердце, но якоря тянут вниз, на дно, чтобы утопить.
Я киваю, но ненавижу то, как он произносит её имя, будто она - грязный секрет. То, что произошло с нами, было гадким, но не она, она никогда не будет таковой, чтобы между нами не произошло. Таких как Чарли больше нет: смелая, сильная и красивая - она для меня единственная на свете.
– Угу, - соглашаюсь я, потому что в какой-то мере он прав.
– Я думал, когда Ноэль отпустит тебя после сфабрикованных обвинений, ты придёшь ко мне. Я не доставал тебя разговорами, и ты так и не объяснил, какого чёрта происходило в тот день, но…
– Помнишь, как много лет назад я выслеживал её?
Он кивает, и я продолжаю:
– Я думал, что она тогда была счастлива, понимаешь? Я говорил тебе, что мог бы двигаться вперёд, зная, что она не стоит на месте. Я двинулся дальше и кое-чего достиг. Я помогаю другим найти свой путь и из-за этого прекрасно себя чувствую. Я сделал всё это, но выяснилось, что она была абсолютно несчастна. Парень издевался над ней, избивал её. Я, блядь, не знаю, как далеко он зашёл и как долго… Я мог бы убить его.
– Не смей так говорить. За такое он бы засадил тебя в тюрьму, - Джон щелкает пальцами перед моим лицом и всё, что я вижу – как закрывается дверь моей тюремной камеры.
– Я знаю.
– Ну, так что? Она всё еще с ним?
Я качаю головой, радуясь хотя бы этому.
– Нет. В прошлый раз, когда мы виделись с тобой, был последним разом, когда она видела его, я уверен.
– Что на счёт её работы?
– Она взяла отгулы.
Мне интересно, когда она вернётся на работу, и если решится, то как будет работать в одном отделении с тем подонком? Чёрт. Я ни разу не задумывался об этом. Просто еще одна вещь для беспокойства, еще одна причина, по которой она будет злиться на меня, потому что независимо от того, сколько раз Чарли говорит мне, что может постоять за себя и не нуждается в моей помощи – я всегда буду хотеть помочь и никогда не прекращу попытки.