Ревенант
Шрифт:
Ну да, лежать в постели и мечтать о счастливом будущем — глупо.
Но, когда Блэсфим удовлетворённо выдохнула, он понял, что в этот момент он счастлив, поэтому будет растягивать и смаковать его.
Потому что ему что-то подсказывало, что он продлится совсем мало.
Глава 16
Ревенант проснулся от прикосновений пальцев Блэсфим к его груди. Он уснул? Серьёзно? Он никогда не отключался после секса.
Открыв глаза, он кинул взгляд на часы… ага, пару часов покемарил. Повернув
— Привет. — Она вернула ему лучезарную улыбку.
— Привет. — У него был чертовски усталый голос, но по хорошей причине.
— И, — начала она, без обиняков, — как вышло так, что ты и Ривер братья? И почему Ривер никогда о тебе не говорил?
Застонав, Рев накрыл рукой глаза.
— Ты имеешь что-то против кофе, перед обсуждением?
— Не-а. Но, пока ты спал, я покопалась у тебя на кухне и не нашла его. — Она ткнула его в бок. — И? Выкладывай.
Понимая, что не сможет спокойно вернуться к реальной жизни, Ревенант закинул руки за голову и уставился в потолок.
— Ривер не говорил о брате, потому что не знал он нём, как и я ничего не знал. Мы узнали лишь пару недель назад.
— Как так?
— Нас лишили воспоминаний. Дважды.
Сев, Блэсфим прикрылась одеялом. Плохо. Рев мог бы весь день любоваться её грудью с кремовой кожей.
— Я запуталась.
Он тоже.
— Да, ну… я всё ещё пытаюсь разложить по полочкам воспоминания за тысячи лет. — Он протянул руку и поиграл с локоном волос Блас, думая, как много может рассказать. Он никому не доверял, а Неистинные ангелы с их любовью ко лжи и обольщению доверия стоят ещё меньше. Но Блэсфим, непохожая ни на одного Неистинного ангела, из всех встреченных Ревом, без сомнений что-то скрывала. Быть может, вчера он и был пьян и увидел странный ореол вокруг неё, но сегодня он трезв, а всё ещё чувствует, что с ней что-то не так.
А значит, он не знал, как она могла использовать информацию против него.
— Наша мать была ангелом — воином, — наконец проговорил он. — И была беременна потенциальным Радианом, но её предали и отдали силам Сатаны. Наш отец погиб во время сражения, а её утащили в Шеул. Где мама и родила близнецов. Небеса и Шеул достигли соглашения, что один из близнецов отправится наверх, а другой останется внизу.
— Ого, — выдохнула она. — Вот почему ты ангел, но не падший. Небеса забрали Ривера, да?
— Да. Меня оставили в Шеуле, расти в клетке три на три метра. — Воспоминания, словно молотом по наковальне, атаковали разум, но Рев заткнул их подальше, решив избежать самой грязи истории. — Годы спустя, когда я узнал правду, я отправился к Риверу, и всё прошло не очень хорошо. Он только узнал, что женщина, которую он любил, предала его, и что у него есть четыре взрослых ребёнка. Он вспылил… я вспылил… в общем, из-за расстройства мы наворотили много разрушений.
— Как много?
— Так, что потребовалась тысяча ангелов, чтобы переписать историю в разумах людей.
Блас
— Они такое могут?
— На самом деле, они делали такое несколько раз.
— Твою мать, — выдохнула она.
— Точно. — Он потёр лицо руками. — Так вот и вышло, что я остался без воспоминаний. Сатана сказал, что я падший ангел, и что не помню время на Небесах, потому что иногда при падении с Небес теряется память. Я купился и верил, что меня выперли с небес за убийство собрата-ангела. — Рев фыркнул. — Я с рвением принял сторону зла. Чёрт, я выпить хочу. А ты?
Она покачала головой.
— Уверена? — он встал и, обнажённым, подошёл к бару в углу. — Не думаю, что мне когда-либо встречался Неистинный ангел, не желающий выпить.
— Мне сегодня ещё работать. А Призрак, почему-то не любит, когда его сотрудники являются на работу в нетрезвом виде.
Он налил себе рюмку лучшего абсента в Шеуле, изготовленного по древнему рецепту с полынью, выращенной на трупах импов.
— Ах, точно. Ты же Неистинный ангел с этикой.
— Ага. Этика. — Она потёрла виски, словно пытаясь унять головную боль. — И сколько же лет ты считал себя Падшим? А ещё, — проворчала она, — надень что-нибудь. Голым ты опасен для общества.
Ах, Ревенант любил, когда ласкали его эго. И точно не станет одеваться.
— Я верил в то, что я Падший пять тысяч лет плюс минус столетие. — Он выпил неоново-зелёную жидкость, смакуя то, как она обожгла глотку. — Затем, чуть более трёх десятилетий назад, Ривер снова сделал что-то плохое. Он нарушил огромное правило и был наказан. Хочешь угадать, как?
— Ах… потеря памяти?
— Точно. Ну, вот тогда он потерял крылья и отправился работать в больницу. А вот тут-то и самое интересное. В соглашении между Шеулом и Небесами говорилось, что то, что случилось с одним близнецом, должно случиться и со вторым. Поэтому мне тоже стёрли память.
Алкоголь стал горек. Нарушение правил вело к хаосу, боли и всем видам дерьма. Именно это и случилось, когда Ривер проигнорировал правила.
— Господи, — прошептала она. — Так ты за секунду потерял пять тысяч лет воспоминаний?
Он кивнул.
— Ривер хотя бы знал, что наказан. А я? В одну секунду я… э-э-э… занимаюсь хренью падшего ангела, а в следующую думаю, какого чёрта я весь в крови, стою над телом вирма посреди скал Шеула.
С лица Блэсфим сошли все краски. Её внутренний врач был просто в ужасе от совершенного Ревенантом убийства.
Он налил ещё рюмку.
— Как я уже говорил, моя работа заключалась в охоте на вирмов и других неугодных существ. Я был маленьким наёмником Сатаны. Тогда я не помнил всего, а лишь настоящее.
Он был истинным ублюдком, одержимым уничтожением, и гордился этим. Сейчас, зная, что в его венах течёт кровь Сатаны, разъедая тело и душу, словно «Доместос», эти воспоминания путали его. Он был злом… почему нет? Но он ещё и ангел, которого любила мать.
Он с такой силой сжал рюмку, что рука задрожала. Чёрт, он совсем запутался.