Ревенант
Шрифт:
— Чёрт, — простонал он, одним толчком входя по самые яйца. — Нравятся, и даже очень.
Как и ей, подумала Блас, потому что говорить не могла, потому что была на полпути к вершине экстаза. И да, ей нравилось исследовать новые возможности с Ревенантом. Прошлой ночью они узнали, что она могла возбудить его, не касаясь. Блас заставила его кончить в штаны в момент, когда он материализовался дома. Он даже не успел поздороваться, как оказался на пике удовольствия. Он наказал её, повалив на пол и мучая языком, пока она не стала умолять об оргазме. Затем он отстранился и своей силой пытал ей пять минут, заставляя ощутить, что её ласкает сотня языков и трахают два члена.
Солёный воздух ласкал лицо, когда Блас достигла пика, утягивая в пучину блаженства и Ревенанта. Их души сплелись так, как могут только ангелы, сливая в единое оргазмы. Это ощущение вибрировало между ними, продлевая удовольствие на час, пока Блас не поняла, что опаздывает на работу. Опять.
— Нам… стоит… остановиться, — выдохнула она, сжимая дрожащими руками перила балкона. Она чудом их не сломала во время секса.
— Никогда.
— Хорошо, — протянула она. — Но я не могу постоянно опаздывать на работу.
— Мы новобрачные. Призрак поймёт.
Конечно, поймёт.
— Мне нужно соблюдать правила.
— Правила, — фыркнул он. — Иногда их можно обойти.
Блас нравилось, что Ревенант теперь не так рьяно соблюдал все правила, хотя парочки ещё придерживался. И он продолжал прогрессировать, а она просто кайфовала, когда он находил законные обходы правил. Улыбаясь, она развернулась и прижалась к его губам своими.
— Я люблю тебя, — проговорила она, разорвав поцелуй.
— И я тебя. — Его поцелуй пробирал до костей, и когда Рев отстранился, у Блас кружилась голова. — Не существует правил, которые я бы не нарушил ради тебя. — Он склонился и прикусил её нижнюю губу, прижимая спиной Блас к перилам и скользнув руками под халат.
— Я не могу сегодня опоздать, — напомнила она. — Мама придёт для второй подсадки стволовых клеток. Думаю, она и вправду поправится.
— Хорошо. — Он отстранился, на немного, но продолжал шарить руками под халатом Блас. — Ривер и Харвестер пригласили нас сегодня на ужин. Пойдём?
Конечно. Месяца ушли на то, чтобы хрупкие отношения Ривера и Ревенанта переросли в нечто прочное, и теперь они два брата, какими и должны были быть с самого начала. Они даже на пару футбольных матчей сходили. Ох, Ревенант и Харвестер по-прежнему недолюбливали друг друга, но свели ненависть до минимума. И самое шокирующее событие за последние три месяца: Ревенант сблизился с Танатосом. Чёрт, да Рев теперь ладил со всеми Всадниками.
Хотя вот с церберами, нет. Кое-что никогда не менялось.
— Давай сходим, — протянула Блас, выгибаясь к Ревенанту, когда он скользнул рукой между её ног. — А потом ты будешь весь мой. У нас впереди тысяча лет, чтобы насладиться друг другом. Не будет тратить и минуту впустую.
Тысяча лет. Десятки веков мира. И после Финальной битвы, когда Сатана на самом деле сдохнет, Метатрон пообещал, что кровь Ревенанта очиститься после смерти Сатаны, Небеса станут им убежищем.
Это будет величайший праздник. И Метатрон кое-что ещё пообещал.
На Небесах будут бабочки.
Эпилог
Спустя девять месяцев…
— Уже видна головка! — Улыбаясь, доктор Джемелла Морган смотрела на Блэсфим, готовясь достать нового члена семьи Семинусов. Блэсфим стояла рядом с Джем, помогая с роженицей и бывшим ангелом Идесс. Её муж, Лор — брат Призрака, Тени,
— Ещё тужься, — потребовала Блас. — Уже почти всё!
Идесс с криком тужилась, а Джем аккуратно поддерживала головку ребёнка. Идесс не расслаблялась, ещё один толчок, и ребёнок оказался в заботливых руках Джем. Следующие секунды были заполнены полётами простыней, обрезанием пуповины и радостными воплями новоиспечённых родителей. У Блас слёзы навернулись на глаза, когда она увидела, как Лор нежно целует Идесс, которая обнимала малыша, во влажную щеку. Между этими тремя искрилась любовь, заполняющая комнату, и она настолько явно чувствовалась, что у Блас закололо тело. Блэсфим не готова к детям, это да, но в далёком будущем, она могла представить на этом месте себя, Ревенанта и их ребёнка. От такого будущего у неё сильнее забилось сердце.
С улыбкой, Лор выпрямился, возвышаясь над возлюбленной.
— Ладно, давайте посмотрим, кто папа мальчишки.
Идесс прорычала:
— Ты!
Лор погладил сына по темноволосой головке.
— Да, знаю. Но в коридоре ждут три парня, желающие узнать, чей сперматозоид был самым шустрым. Слышал, там большие ставки.
Идесс закатила глаза и посмотрела на Джем и Блас, взглядом говоря, что мужчины безнадёжны.
Блэсфим была, абсолютно, согласна.
Лор отогнул край покрывала и достал правую ручку малыша, на которой от крошечных пальчиков до самого плеча тянулись глифы. Родовая татуировка — история отцовской родословной в десятках поколений, венчаемая символом отца. Весы — Призрак, глаз — Тень, песочные часы — Фантом.
Мгновение, Лор, не двигаясь, стоял и смотрел на малыша. Блэсфим задержала дыхание.
— Ну, — не выдержала Идесс.
— Догадайся.
Идесс выгнула бровь.
— Серьёзно?
— Нет. — Лор выпрямился, подошёл к двери, распахнул её и закричал: — Фантом! Сукин ты сын.
Тут же в комнату влетел рёв поздравлений демонов Семов и их пар. Конечно же, Фантом бахвалился и требовал оплаты по ставкам. Когда новая волна шума объявила о приходе Всадников, Ривера и их пар, Блэсфим решила, что пора валить. Она любила всех этих людей, но всё ещё не привыкла к хаосу, следующему за огромной семьёй. В этом они с Ревенантом были похожи. Они наслаждались тихими вечерами, между огромными, шумными семейными встречами. Блас обняла Идесс и Лора, затем вышла из палаты и направилась в свой кабинет, где её ждал Ревенант. Когда она вошла, он поднял взгляд от журнала, который листал, и Блас вздохнула, понимая, что этот высокий, затянутый в кожу ангел весь её. Позже, она насладится моментом, снимая с него всё видимое и скрытое оружие, одежду, ботинки и боксеры с Гринчем, которые подарила ему на Рождество. И да, она знала, что они на нём, потому что ангельская способность к рентгену вернулась в полной силе.
— Ну? — спросил он.
— Мальчик.
Рев посмотрел на неё взглядом «а то я не понял». За исключением Син — аномалии в роду — у семинусов рождались только мальчики.
— Отец кто?
— Фантом, — ответила она, — и я рада. У него есть сын, но его пара вампир, так что больше они не смогут зачать детей. Он будет с восторгом баловать ребёнка Идесс и Лора.
Ревенант отложил журнал и притянул к себе Блас, заворачивая её в кокон тепла и силы.
— Всё это так нормально. Вампиры и демоны становятся семейной парой, братья дают сперму, чтобы у полукровки брата и бывшего ангела появился ребёнок…