Реверс
Шрифт:
— Я недолго, не засыпай. Буквально пять минут. Туда и обратно. — предупредила Антона, выскочив из машины.
Задерживаться в местечке, которое хочется забыть я не планировала, максимум отдам деньги и сделаю тест. Я больше для второго быстро взбежала по ступенькам на второй этаж.
— Доча привет! Давай разувайся, я блинков напекла. — защебетала маман, как только я открыла дверь.
— Мам, какие блинки? Я тебе только деньги отдам и поеду, работы по горло. — снимая обувь, я пялилась на дверь ванной комнаты.
— А, разуваешься-то зачем? — удивилась мать, без
— В туалет забегу, а то пробки.
— На метро ездить надо, как нормальные люди. — проворчала мать, и учуяв запах горелого блина, крылась на кухне.
Вытащив деньги из кошелька, я положила их на тумбу, и как была в плаще пошла в заветную комнатку. Затестить полоску в этой квартире было точно вызовом самой себе и беззвучным протестом ненавистным мне людям. Никому, кроме Антона и своего гинеколога я про положительный результат сообщать не собиралась хотябы первое время точно, а про отрицательный и вовсе матери с отчимом знать ни к чему.
— Ну как же так? — произнесла беззвучно, шевеля лишь губами, и глядя на две слабо-розовые полоски.
Две.
Посидела в прострации несколько секунд, и быстро собрав упаковку с инструкцией в сумку, я вышла из ванной комнаты. В прихожей на тумбе денег уже не было, я быстро обулась и открыв дверь крикнула;
— Я ушла!
Хлопнув за собой дверью, я уже медленно спустилась на первый этаж и вышла из подъезда с улыбкой. Я была готова сказать всё Антону прямо сейчас, меня словно изнутри радостью распирала эта новость. Только Антон курил, это насторожило, вместе с тревогой именно в этот миг вспомнились все ужасы из статей, что я сегодня прочитала. Две полоски вовсе не гарантия что беременность хорошо развеивается, да и всё время я пила гормоны, и чёрт знает что там с плодом происходит.
— Едем мультик смотреть? — спросила, подойдя к машине ближе, решив, что дождусь приёма у Тамары Андреевны, а там будет видно, с каким разговором подходить к Антону.
— Ты да, а я по делам отъеду. Тебя домой закину. — безрадостно ответил Алиев.
Не стала спрашивать о проблемах, захочет, сам расскажет, а раз молчит, значит, не расскажет, даже если спрошу.
От Антона вкусно пахло табаком, в машине было тепло и этим уютом меня разморило. Я задремала на всю дорогу до дома, и сонная вышла возле подъезда, когда Антон разбудил. Хотелось спать, я побрела к дверям, ключи в кармане и в своём состоянии я не поняла, что сумка осталась на заднем.
Даже телефона не было, чтобы позвонить и сказать Антону, а он уже уехал к тому моменту. Дома я легла спать даже не поужинав, а ночью проснулась на кровати одна, хотя Антон явно вернулся. В гостиной бубнил телевизор, там же я и нашла спящего Алиева с бутылкой водки под рукой.
Все мои дальнейшие попытки выяснить что произошло привели только лишь к тому, что Антон стал всячески меня избегать. Не было больше совместных обедов, мы ездили врозь и домой он возвращался только чтобы переночевать на диване. Я терпеливо ждала либо пинка под зад, либо объяснений, греша то на немцев, то на завяли помидоры и так далее.
На фоне этого конец недели наступал медленно, и вечера я ждала с трясучкой всей себя. Тщательный осмотр на кресле и Тамара Андреевна подтвердила, что я в положении.
— Ты противозачаточные сразу несколько
— Нет, их долго не было в аптеках, и я заранее большую упаковку брала. Там по акции три блистера в коробке. Два покупаешь, третий в подарок. — как раз последнюю я допила, а потом задержка.
— Либо подделка, либо брак тебе попался. Три цикла выходит ты без контрацепции была, а беременность при противозачаточных скорей фантастика. Компании этим процентом страхуются на такие вот случаи, чтобы ты не побежала на них в суд подавать. — вздыхая, пояснила врач и передала медсестре мою карту, — Лена направления на анализы пиши.
— Так, всё в порядке получается? Раз без гормонов… — я сжалась вся на стуле в ожидании вердикта.
— По моему осмотру всё хорошо, но насколько анализы покажут и узи трансвагинальное неплохо бы сделать, для обычного срок маловат. А мы, вообще, как? Рожаем? — поинтересовалась Тамара Андреевна, взглянув на меня из-под очков с улыбкой.
Холодность исходящая от Антона в последние дни как-то не вселяла уверенности в том, что он будет рад такой новости. Вообще, ни в чём уверенности уже не было, не удивлюсь, что скоро попросит меня с вещами на выход, а тут ребёнок нежданный.
— У меня же есть время подумать?
— Конечно, недолго только думай успеем щадящий сделать. Но если всё же надумаешь аборт, то сейчас через психолога.
— Даже так? — была крайне удивлена, словно психолог может повлиять на причины отказа от беременности.
— Давно бы так, многие потом после беседы с психологом идут рожать и счастливы, что передумали.
— Недели мне хватит.
— Вот эти анализы всё равно сдай, — Тамара Андреевна протянула мне три разных листочка с направлениями, — Если рожать решишь ещё и узи сделай, но это платно. Анализы нам в любом случае пригодятся, а узи, если рожать будем. И при любом решении жду тебя пятнадцатого, на вечер так же записываю. — мягко сказала, и протянув листок со временем, погладила по руке понимающе.
От такой доброты у меня глаза защипало, в носу засвербело и я готова была реветь, но кому это нужно? Уж точно не врачу, да ещё и под конец рабочего дня.
— Спасибо. Я пойду тогда? — поднялась на гудящие от нервов ноги и шагнула к выходу.
— Иди Агата. Все анализы сдавать натощак.
Во взгляде гинеколога не было никакого осуждения, а это немного успокаивало. Конечно, не до такой степени, чтобы вовсе не думать о правильности того или иного решения, но хоть что-то.
Выйдя из женской консультации, я села в машину и долго сидела в прохладном салоне. Не заводила двигатель, не знала, куда поеду, а прохлада освежала и позволяла лучше думать.
Предстояло принять важное решение, но, прежде чем это сделать я должна была сказать Антону. Мозгами понимала, что так правильно, но что-то внутри меня расходилось во мнении с этими рациональными мыслями. Слишком уж часто за последние несколько дней я думала, что Антону в тягость наши отношения. Он отстранился, стал холодным, много курил, а те редкие проявления тепла и внимания в мою сторону, казались, на фоне этого всего какими-то автоматическими. Ездили врозь, ели врозь и спали врозь, общаясь при этом толком лишь по рабочим моментам.