Реверс
Шрифт:
Тоже заурядное явление. Сколько в России таких заборов! Сколько охраны! Где бабло, там и камуфло, а как же иначе? В подобных местах Сергея всегда одолевала мысль: население страны поделилось на владельцев недвижимости и охранников, а те, кто ни то и ни другое, составляют несерьезное меньшинство. Дикая мысль – но закономерная…
Шагах в пятидесяти от коттеджа как раз трудилась бригада «несерьезного меньшинства»: с полдюжины рабочих занимались укладкой шпал. Шпалы были короткие, наверное, прокладывалась узкоколейка. Вот все шестеро потащили рельс – тоже какой-то несерьезный.
А зачем?
Сергей поморгал на ходу. Конечно, у богатых свои причуды, и если кому-то из них втемяшилось в голову опоясать свои владения железной дорогой и пустить по ней тепловозик с одним-двумя вагончиками, то это его право. Гостей будет катать. Искусственные туннели сделает, перебросит через ручей виадук… Еще и кроликов разведет, чтобы гости палили в них прямо из вагонных окон, воображая себя на Диком Западе. При некотором насилии над воображением кролик, наверное, сойдет за бизона…
Но! Во-первых, не похоже, чтобы здесь бесились с жиру, занимаясь подобной ерундой. Во-вторых, почему рабочие кладут шпалы прямо на землю? Где подсыпка, где песок и щебень? Нет, если владельцу хочется, чтобы узкоколейка прослужила от силы один сезон, тогда, конечно, и так сойдет…
Все равно глупость какая-то.
Родион Романович уверенно направлялся к крыльцу. У первой ступеньки обернулся:
– Итак, вы готовы?
– Вы ведь уже спрашивали, – напомнил Сергей. – А я отвечал. Попробовать – да, готов. Мобильник сдал, другого нет. Ни о чем большем мы ведь не договаривались, так?
– Примерно так. Ну, прошу за мной.
Нельзя сказать, чтобы Сергею понравилось это «примерно». Однако он постарался не выдать своих колебаний.
– Родион Романович!
Они обернулись на крик; Сергей – с любопытством, Родион Романович – с недовольной миной.
Откуда только она появилась, эта девушка? Сергей мог поклясться: только что вблизи коттеджа не было никого, кроме рабочих. Однако вот – стоит позади и даже не запыхалась.
Судя по камуфляжу – из охраны. Невысокая, однако и не низенькая. Довольно стройная, хотя и крепенькая. Светлый хвост из-под кепи. Взгляд – ждущий, требовательный и чуть-чуть обиженный.
– Что тебе, Алена?
– Родион Романович, вы же обещали!
– Правда? Что же я тебе обещал, интересно?
– Попробовать еще раз…
От взгляда Родиона Романовича могло бы скиснуть молоко.
– Во-первых, почему ты бросила пост?
– Я не бросила. Сейчас не моя смена.
– Во-вторых, что изменится, если мы попробуем еще раз? Пробовали уже.
– Тогда я была не в форме.
– Десять раз подряд не в форме?
– Не десять, а только восемь…
– В-третьих, я занят. Не видишь?
Сергей не возражал бы познакомиться поближе с такой девушкой – и не видел никакой возможности сделать это. Сейчас он был только помехой, что и подтвердила гримаска досады, появившаяся на лице Алены.
– Может быть, тогда завтра, Родион Романович? – спросила она.
– Разве завтра ты не на дежурстве?
– Я договорюсь, меня подменят.
– Хорошо, –
– Спасибо, Родион Романович!
Поднимаясь по ступенькам крыльца, Сергей подумал, что девчонка зря старается. Чего бы она ни хотела, на ней, по всей видимости, поставлен крест. Нетрудно добиться определенного впечатления, действуя с нуля, но попробуйка изменить чужое мнение о себе, когда оно уже сложилось! Мнение руководства – тем паче. Вряд ли у кого-то найдется завтра время для этой Алены…
В холле первого этажа было пустынно. Стояла вдоль стен дорогая мебель, висела напротив дивана громадная плазменная панель, в углу скучала кадка с карликовым ливанским кедром, в большом аквариуме недвижно зависла в толще воды шпорцевая лягушка. Еще бы террариум с небольшим крокодилом – и готов малый джентльменский набор нувориша. Странно еще, что крыльцо обыкновенное, без каменных львов… Или слишком банально? Тогда сгодились бы грифоны или сфинксы.
Десятки вопросов теснились в голове Сергея, нетерпеливо отпихивая друг друга, – но разумнее было помолчать. Всегда лучше сойти за молчуна. Болтуны ценятся лишь на эстраде, да и то не всякие.
Родион Романович прошел холл без остановки, свернул налево. За дверью обнаружился маленький спортзал. Низенький лысый крепыш, одетый в кимоно, целился баскетбольным мячом в кольцо.
Бросил – и промахнулся. Сердито цыкнул, раздраженно хлопнул себя по бедру.
– Тигран Арутюнович, можно вас?
Лысый обернулся. Крупным мясистым носом он напоминал сайгака. Внимательный колючий взгляд скользнул по Родиону Романовичу и вонзился в Сергея, как шпага.
– Новенький? Тот самый?
– Тот самый.
– Говорите, адреналиновый?
– Мне так кажется, Тигран Арутюнович.
– Проверим. Как звать?
Сергей назвался.
– Что ж, Сергей Анатольевич, переодевайтесь. А можно просто Сергей для упрощения коммуникации? Можно? Ну вот и хорошо. А я Тигран. Кимоно вон в том шкафу. Снимите часы и вообще все хрупкое.
Стало интересно и немного боязно. Сергей никогда не занимался боевыми искусствами. Если этот носатый Тигран владеет хотя бы дзюдо… гм, придется много падать. Хорошо, что на полу маты сплошным слоем…
Порадоваться как следует этому обстоятельству Сергей не успел. Шкаф, к которому он направлялся, не был ни зеркальным, ни полированным – иначе Сергей заметил бы в отражении неладное. Не слышал он и звука шагов позади – Тигран умел красться бесшумно, по-кошачьи. Так что мощный и донельзя оскорбительный пинок в зад швырнул Сергея в дверцу шкафа совершенно неожиданно.
– Чмо, – с неподражаемым презрением выдохнул Тигран. – Педик. Сопля. Приводят тут всяких говнюков…
Чего угодно ждал Сергей, но не этого. И как бывает от большой растерянности, он моргнул раз, моргнул другой, открыл и закрыл рот, пока подсознание искало подходящий к случаю условный рефлекс. Нашло – и Сергей, сжав кулаки, бросился на обидчика. Волна гнева захлестнула и понесла. Изувечить мерзавца. Первым делом – кулаком по сайгачьему носу, а уж потом…