Ревность
Шрифт:
— Вы не правы! — начала возмущаться Яна.
— Погоди! — жестом попросил помолчать. — Уговор какой, я выставляю свои картины, ты идёшь на свидание с Гошей, правильно?
— Да!
— Все! На остальные формальности мне похер! Дай листок, я тебе напишу почту, куда ты скинешь всю сказанную тобой чепуху.
Яна пошла за блокнотом.
— Так что Ведьма? Хотела бы ты украшать своим портретом, стены этой прекрасной галлереи?
— А ты что, нарисовать меня хочешь?
— А почему бы и нет?
***Вика
Она прекрасно помнила где находится. Окинув взглядом бардак который она развела, Вика встала с кровати и поплелась на кухню, где внимательный Дамир, оставил для неё еду.
— Через два часа… — фыркнула она, цитируя записку. — А как мне узнать, прошли ли эти два часа?
Долго Вике ждать не пришлось, как только она доела шоколадные шарики, послышался щелчок замка, входной двери.
Дамир застал девушку на кухне. Облокотился о дверной косяк и сложил руки на груди. Травка совершенно не расслабила парня, наоборот заставила напрячься.
В галерее любезная Яна напоила его кофе и дурман окутавший голову, понемногу рассеивался.
— Тебе легче? — спросил Вику.
— Нет! Ты долго собираешься меня здесь держать? У меня смена через час начинается.
— Ты точно пойдёшь на работу?
— А куда мне ещё идти? Мне нужны деньги!
— Чтобы купить колеса?
— Чтобы платить за общежитие! — она упустила тот факт, что общежитие оплачивает отец.
— Хорошо, я вечером навещу тебя, можешь идти!
— Дамир, да какая тебе разница? У тебя что своей жизни нет? Какого хрена ты ко мне прицепился? — сорвалась с места и подошла к нему.
— Мне есть разница! — процедил он и подошёл вплотную, шумно вдыхая ее запах, не сводя глаз с губ. — Я приду вечером и это не обсуждается!
Вика тяжело дыша отступила назад не решаясь перечить. Ей не понравился его взгляд и пока он не передумал ее отпускать, она решила быстро свалить.
Обошла Дамира, собрала свои вещи и вышла из этой ненавистной квартиры.
По пути в общежитие, куда она направлялась чтобы привести себя в порядок перед сменой, Вика вышла на одну остановку раньше.
Зайдя в знакомый подъезд, девушка с легкостью отыскивала квартиру под номером тридцать шесть и начала тарабанит в дверь:
— Открывай Костыль! Я знаю что ты там! Открывай, мне нужны колеса!!! И если ты, мудила, мне ещё раз подсунешь восьмидесяти миллиграммовые колёса вместо двухсот миллиграммовых, я тебя сдам ментам! И мне плевать что я попаду вместе с тобой..
Не дав ей договорить дверь открылась и, из небольшой щели появилось лицо Кости.
— Совсем двинулась?!
— Если не впустишь, будет хуже! — толкает на себя дверь.
— Входи! Только перестань орать на весь стояк.
Безумие
Я смотрю на тебя, ты глядишь на меня. Искра! Буря! Безумие!(Безумие — ЛСП feat. Oxxxmiron)
— «… Он опустился на землю пред её глазами, заставив медленно двинуться в сторону зданий… — Марк весь день провёл в мастерской и, вот под ночь, от запаха растворителя, красок, собственных мыслей и удушливой тишины — начал сходить с ума.
— И незаметно, тайком от судеб людей, быстрей, она прошла вдоль площадей. — Продолжал он, смешивая краски на палитре.
— Уже сломя голову она покинула город, пронзила горы, проползла по дну моря. — Взмах кисти, штрих и холст, жадно впитывает цвет. — И все вокруг хотели видеть вещие сны, но никто не заметил трещину чей-то судьбы!»
Спустя пару дней после посещения галереи «Витрина», парень наконец-то решил ознакомиться с договором.
По договору, художник должен был представить, минимум три картины, которые ещё не выставлял.
Три, так три!
Два экспоната, которые не видели мир, у него имелись и вот, сейчас он работал над третьим.
Осмотрев, придирчивым взглядом картину, Марк осознал, что оранжевый цвет преобладает:
Рыжая Ведьма и тут мне покоя не даёт!
Звонок в дверь.
— «… В тот день мы разорвали с тобой мир на части, крича от боли, на краю пропасти! Прости! — орет в сторону входной двери. Встаёт и идёт в ванную чтобы вымыть руки. Попутно, уже тише кидает: «Открыто». Скрывается за дверью.
Входная дверь открывается и робкие шаги заполняют тишину.
— Но только ветер слушал печально, зная, что здесь не смогут построить мосты… — продолжает декламировать, выходит. — В тот день мы раскололи мир пополам! — на секунду замер рассматривая свои руки, поднял взгляд: — К чертям! Пустив мечтам контрольный в голову! — продолжил чеканя каждое слово, затихая в конце. Забывая как дышать, уставился на рыжую копну волос.
Влада стояла перед ним, хлопая пушистыми ресницами:
— Я так и не забрала свои вещи… — кидает короткий взгляд туда где, все так же весит ее одежда.
— И дождь печально сбивал твои слезы с лица… Рыдая сам прозрачными каплями олова…[1] — проговаривает последние слова.
— Ко всему прочему ты ещё и поэт? — улыбается девушка.
— К какому прочему? — Марк смотрит куда угодно, только не в ее глаза.
— Нууу, художник, татуировщик! — шурша пакетом она направляется в кухню.
— А это не одно и тоже? — плетётся за ней, только сейчас заметил что она с не с пустыми руками.
— У меня был плохой день! Где у тебя стаканы? — трясёт бутылкой вина.