Революция муравьев
Шрифт:
На этом молодой муравей прекращает свою обонятельную расшифровку. Остальные сегменты не служат передатчиками. Пятый предназначен для обнаружения молекул запахов тропинки, шестой – для бесед на общие темы, седьмой – для сложных диалогов, восьмой – только для общения с королевой, матерью-производительницей. Три оставшихся сегмента используются в случае каких-нибудь небольших потрясений.
103683-й, в свою очередь, исследует двенадцать разведчиков. Это молодые солдаты, все в возрасте ста девяносто восьми дней. Они близнецы, но при этом
5-й на несколько секунд старше всех. Голова у него вытянутая, торакс узкий, мандибулы заостренные, брюшко в форме бруска, он весь удлиненный, и жесты его отточены и продуманы. У него массивные бедра и длинные, широко расставленные лапки.
6-й, следующий близнец по старшинству, напротив, весь закруглен: шар головы, округлость брюшка, плотный торакс, даже усики чуть закручиваются спиралями на концах. У шестого тик, он все время проводит правой лапкой по глазу, как будто у него что-то чешется.
7-й, с короткими мандибулами, мощными лапками, очень элегантен, прекрасно вымыт. Его хитин сияет так, что в нем отражается небо. У него изящные жесты, и он не может удержаться, чтобы постоянно не выписывать концом брюшка букву Z, просто так, без всякой цели.
8-й весь мохнатый, волоски растут даже на лбу и мандибулах. Он сильный и большой, жесты у него неуклюжие. Он жует травинку, которую для забавы хватает то усиками, то мандибулами.
У 9-го круглая голова, треугольный торакс, квадратное брюшко и цилиндрические лапки. В детстве болезнь изрешетила дырочками его медно-красный торакс. У него красивые суставы, он это знает, и все время поигрывает ими, производя звук, подобный стуку хорошо смазанных шарниров, довольно приятный.
10-й самый маленький. Он только-только начал походить на муравья. Усики у него очень длинные, и эта особенность сделала его обонятельным радаром группы. Непрестанные движения его сенсорных отростков говорят, кстати, о его большом любопытстве.
11-й, 12-й, 13-й, 14-й, 15-й, 16-й были также обследованы во всех подробностях.
Закончив поверку, старый одинокий муравей обращается к 5-му. Не только потому, что тот самый старший. Усики 5-го липкие от постоянных разговоров, это знак того, что он очень общительный. С болтуном всегда проще иметь дело.
Два насекомых соприкасаются усиками и вступают в диалог.
103683-й узнает о том, что двенадцать солдат принадлежат к новой подкасте, элитным коммандос Бел-о-кана. Их посылают в авангард для внедрения в ряды противника. При случае они сражаются с другими муравьиными городами, а также участвуют в охоте на крупных хищников, таких, как ящерицы.
103683-й спрашивает о том, что они делают так далеко от родного гнезда. 5-й отвечает, что им поручена глубокая разведка. Уже много дней они идут в этом направлении в поисках восточного края земли.
Для обитателей муравейника Бел-о-кан мир существовал всегда и всегда будет существовать. Если не было рождения, не будет и смерти. Они считают, что наша
Граждане Бел-о-кана полагают, что находятся совсем рядом с восточным краем земли, и не раз посылали экспедиции, чтобы точно определить его местоположение. 103683 сообщает о том, что он тоже бел-о-канский разведчик. Он возвращается с востока. Ему удалось дойти до края земли.
Поскольку все двенадцать отказываются ему верить, старый рыжий муравей предлагает им укрыться в углублении под корнем и образовать круг, соединившись усиками.
Там он быстро расскажет им историю своей жизни и опишет невероятную одиссею к восточному краю земли. Так они узнают и о мрачной угрозе, нависшей над их городом.
18. СИНДРОМ ЧЕРВЯ
Черный флажок хлопал на ветровом стекле лимузина, припаркованного у дома, где шло прощание.
Каждый подошел к покойнику и поцеловал в последний раз его руку.
Затем тело Гастона Пинсона положили в пластиковый мешок с застежкой-молнией, наполненный шариками нафталина.
– Зачем нафталин? – спросила Жюли служащего похоронного бюро.
Человек в черном сразу с видом большого профессионала объяснил важным голосом:
– Чтобы убить червей. Мертвая человеческая плоть привлекает червей. К счастью, благодаря нафталину современные покойники могут от них защититься.
– Теперь, значит, они нас не едят?
– Исключено, – уверил служащий. – Более того, гробы сейчас покрываются пластинками цинка, не позволяющими живности проникать внутрь. Даже термиты не могут их прогрызть. Ваш отец будет похоронен в чистоте и сохранит ее надолго.
Люди в темных фуражках установили гроб в лимузин.
Траурный кортеж долго и терпеливо ждал в загазованных пробках, прежде чем добрался до кладбища. Въезжали в таком порядке: сначала лимузин-катафалк, за ним машина с ближайшими родственниками, потом с дальними, следом друзья и, хвостом процессии, коллеги по работе.
Все были одеты в черное и хранили скорбный вид.
Четыре могильщика донесли на плечах гроб до открытой могилы.
Церемония проходила очень медленно. Притопывая, чтобы согреться, люди шепотом обменивались приличествующими случаю фразами: «это был чудесный человек», «он умер слишком рано», «какая потеря для службы Вод и Лесов», «это был святой человек, необыкновенной доброты и благородства», «ушел несравненный профессионал, великий защитник леса».
Наконец появился священник и произнес слова, которые подобало произнести: «Прах в прах обращаешься... Этот замечательный супруг и отец семейства был примером для всех нас... Воспоминания о нем навеки останутся в наших сердцах... Он был всеми любим... крут замкнулся. Аминь».