Рэй
Шрифт:
Фил выдержал хмурый взгляд ремесленника и продолжил:
— Я куплю семян подсолнечника. Побольше. Залезу на крышу того домика, что вы мне состряпаете, и буду с интересом наблюдать, как вы в очередной раз будете отбиваться от них. Я то буду за стенами, а значит, не буду являтся его жителем. Следственно... никто не имеет права заставить меня прийти вам на помощь. Понимаете о чем я?
— Понимаю, — еще сильнее помрачнел Йонас.
— Что же, — выпрямился Фил. — Думаю, нам пора.
Учитель подтолкнул в спину ученика, и
— Господин маг, — нагнал его представитель гильдии ремесленников. — Не спешите с выводами. Думаю, мы можем что-то придумать. Дайте нам время до завтра.
— Оно у вас есть, — кивнул Фил не останавливаясь.
Глава 7
Знаете, Филимон был довольно... странным человеком.
Нет, не в том плане, что у него водились... как он сам говорил «тараканы в голове». Хотя и это тоже было, но нет.
Я о другом.
На некоторые вещи он всегда смотрел очень... очень своеобразно.
Ну, вот в чем проблема была заставить ученика подметать улицы, в наказание? Или почему нельзя было оплатить ущерб, который я нанес по собственной глупости?
И деньги были, и я бы не переломился от метлы или тряпки, но нет. Фил уперся. У него были свои взгляды на то,чем я должен был заниматься. Сейчас то я понимаю, что он был прав. Вместо общественных работ он так нагрузил меня чтением и письмом, что я волком готов был выть.
Нет, он не сидел над моей душой, но он отвел меня к тому самому ювелиру. Он заплатил ему целый золотой, а так же вручил ивовый прутик. Нет, не простой. Он его заворожил так, что от легкого удара по спине у меня появлялся ожог с пузырями. Да, он проходил за пару минут, но вот боль... Боль была чудовищной.
Вы можете сказать, что он был жесток и категоричен, но поверьте — я никогда так не старался, как рядом с тем прутиком. На приличный уровень чтения, чтобы не по слогам и достаточно осмысленно, я смог выйти на третий месяц. Как раз к осени, когда небо стало регулярно серым, сверху шел противный мелкий дождь, а местные готовились к зиме. Нет, снега в тех краях не было, а вот затяжные дожди, сырость и пронизывающий до костей ветер — да. Этого зимой в тех краях хватало.
Да, сейчас я вспоминаю ту зиму с улыбкой, но так же во мне просыпаются те чувства. Чувства обреченности и постоянной усталости.
Фил, после моей попытки совладать с огнем, отмел ее, как провальную и взялся за другие. С водой и воздухом вышло так же паршиво. Нет, я не утопил город и не устроил бурю. Он успел купировать мой выброс. Однако, эти стихии были занесены в черный список. С землей... с землей у меня вышло очень туго и весь мой выхлоп закончился треснувшим булыжником с силой. Нет, это не потому, что я научился себя контролировать. Просто с этой силой у меня было все очень и очень сложно.
Этот пример я запомню надолго.
Кстати, тот пустырь в часе езды от города, говорят до сих пор стоит в нетронутом виде. Там не растут деревья и трава. Голая земля.
Итогом всех попыток Фила достучаться до меня, стало чаепитие.
Да, ближе к весне, к нам заявился Карл, с которым мой учитель и устроил чаепитие. Почему он называл это чаепитием — понятия не имею. Они пили какую-то крепкую штуку. Прозрачная жидкость выглядела как вода в их маленьких стеклянных кружках. Чай пил только я.
Забавная, кстати, у них была традиция.
***
— Ну-у-у-у, — протянул Карл. — За встречу!
— За встречу, — кивнул Фил, затем слегка ударил по рюмке друга своей, отчего раздался звон, а после опрокинул в себя содержимое рюмки. — Хр-р-р-р... хороша, чертовка. Ты где, кстати, ее достал?
— Гномы, — пожал плечами Карл.
— А у них ты что делал?
— Пытался выяснить что-нибудь про Кратоса, — вздохнул Карл. — Столько мне голову морочили, а в итоге — пшик. Ладно, хоть «Слезу гор» у них выпросил.
— М-м-м-м? — поднял голову маг, уже засунувший в рот вилку с квашеной капустой. — А иф фего они ее фонят?
— Гонят? Так из грибов. У них же нихрена под землей кроме грибов и плесени не растет. Все покупают.
— У них же города на поверхности были. Что-то же выращивали.
— Те города давно смели. Сейчас коротышки сидят под горами и носа не высовывают.
— А кто смел?
— А кто у нас самый беспощадный и безжалостный хищник? — хмыкнул Карл.
— Люди, — вздохнул Фил. — Поди еще и торговлю контролируют, не давая продыха?
— Есть такое, но ты же знаешь гномов. Когда надо — они вьются не хуже ошпаренных ужей. Там договорятся, тут левую штольню сделают. По черному кое-где торганут, где-то взятку сунут. В общем, как обычно. Голодом не сидят, но без излишеств.
— Мда, — хмыкнул Фил.
— Ты расскажи, что у тебя? Как Рэй?
— С ним все сложно, — буркнул учитель и покосился на ученика, что с довольной миной уплетал пироги с творогом, не забывая громко прихлебывать чай.
— Читать то он научился?
— Да, но без небольшой стимуляции, он бы мурыжил чтение и письмо со счетом еще года два, — Фил протянул руку и взял бутылку. — Тут проблема другая. Мы с ним основную стихию в нем искали. Все перебрали. От света до тьмы. Ничего не идет.
— В смысле, у него нет основной стихии? — нахмурился Карл, наблюдая как друг разливает по рюмкам. — Вообще?
— Да. Представляешь? Хоть ты тресни. Из него сила прет рекой бурной, а толку? Основной как не было, так и нет.
— Может плохо смотрел?