Рэй

Айдем М. К.

Ким лежала на спине и, тяжело дыша, пыталась сфокусировать взгляд.

Боже мой, он заставил меня увидеть звезды, — подумала она и медленно начала осознавать, что видит не звезды, а люциферины, сверкающие над ней, когда волны ее освобождения стали стихать в ее теле.

Она беспокоилась, что не сумеет этого сделать, полностью открыться мужчине… Но она смогла. Она открылась Рэю и с ним она обнаружила, что может сделать что угодно. Он был ее силой. Он заставил ее чувствовать себя красивой. С ним все было так, как будто ничего плохого не случалось и больше никогда не случится. Он был таким

нежным и в то же время таким сильным. Он всегда был честен с ней, дав ей понять, как сильно он ее хочет, но никогда не возьмет силой ее.

Когда он положил ее поудобнее и накрыл ее своим массивным телом, казалось, она должна была бы испугаться, но это было не так. Вместо этого она чувствовала себя в безопасности. В его объятиях она знала, что ей никогда никто не причинит вреда.

Рэй медленно перемещался вверх по телу Ким, наслаждаясь тем, насколько мягким и податливым оно стало после ее освобождения, наслаждаясь осознанием того, что именно он был тем мужчиной, кто подарил его ей. Она была всем, что он когда-либо надеялся найти в женщине, но не подозревал, что такое возможно. И он знал, что сейчас он сделает ее полностью своей…

У Ким перехватило дыхание, когда она почувствовала, как Рэй скользит своим торсом по ее телу. Его обнаженная кожа ощущалась так хорошо, соприкасаясь с ее. Все, что он делал, ощущалось так хорошо. Когда она почувствовала, как что-то толкнулось между ее раздвинутыми бедрами, она напряглась. Когда он было надавил сильнее, она вдруг захныкала.

— Ким… — голос Рэя заставил отыскать его взгляд. — Все в порядке, моя Ким, — сказал он, и она почувствовала, как давление ослабло, когда он быстро перекатился на сторону, сосредоточив свои движения, чтобы не прикасаться к ней.

— Рэй? — она растерянно посмотрела на него, потом вдруг поняла, что произошло. Как она могла быть такой глупой! — О Боже! Мне так жаль, Рэй!

— Тебе не за что извиняться, Ким, — ответил Рэй. Он не хотел, чтобы она знала, как он разочарован, что она была не готова соединиться с ним, как трудно было ему удержаться от продолжения.

— Я знаю, — сказала она, приняв положение сидя. — Я не знаю, почему я так поступила. Я знаю, что ты ожидал…

— Ничего. Я ничего не ожидал, — сказал он, немного отодвинувшись от нее. — Я сказал тебе, что не возьму ничего, что ты не захочешь дать, и я был серьезен. Ты еще не полностью восстановилась. Было бы не правильно давить на тебя.

— Ты не давил на меня, Рэй. Я давила на тебя. Я действительно думала, что готова, что могу справиться с этим, — Ким не могла поверить, что она сделала это с ним, и протянула руку к нему, когда он повернулся к ней.

— Не надо! — резко произнес он, отпрянув от нее. — Я не достаточно контролирую себя.

— Я… — голос Ким замер, не в силах скрыть боль, которую причинила ей его реакция, но через мгновение она посмотрела на него, по-настоящему посмотрела на него. Он отвернулся от нее, опустил голову и сгорбился. Его спина была скользкой от пота, а руки сжаты на бедрах. Все его тело дрожало… и как бы шокирующе это ни было, она не потеряла дара речи. Что ее лишило дара речи, так это размер его члена, подрагивающего в такт его рваному дыханию.

Не заботясь своей наготой, Ким передвинулась так, чтобы она была лицом к нему. Девушка коснулась его своими коленями и подождала, пока он посмотрит на нее. Когда он этого не сделал, она нежно положила руку на его кулак.

— Прости

меня.

— Тебе не за что извиняться, малышка, — выдавил он сквозь зубы.

— Да, я понимаю. Я…

— Это было слишком рано, Ким, и я знал это. И моей обязанностью являлась забота о тебе, а не о себе.

— Я бы так не сказала, — она наклонила голову, пытаясь поймать его взгляд. — Я бы сказала, что ты «позаботился» обо мне просто отлично. Если честно, мне понравилось, как ты «позаботился» обо мне. А теперь ты позволишь мне сейчас позаботиться о тебе?

— Что? — слова Ким потрясли Рэя, когда он изумленно посмотрел на нее. — Ты испугалась…

— Да, — согласилась она, — но есть и другие способы, Рэй, — ее взгляд переместился на его все еще набухший член.

— Что ты имеешь в виду, Ким? — спросил он, нахмурившись. Каким еще способом, кроме соединения, женщина могла помочь мужчине получить освобождение?

— Позволь мне показать тебе, — тихо произнесла она и медленно протянула руку, едва задев набухшую головку, когда провела пальцами вниз по его стволу, прежде чем скользнуть к его основанию, чтобы потом вернуться обратно. Она была потрясена, обнаружив, насколько он был там нежный. Она ожидала, что его кожа будет такой же грубой и жесткой, как его тело, вместо этого это было похоже на прикосновение к горячему бархату.

— Все в порядке, Рэй? — спросила она, и ее голос стал хриплым, когда ее большой палец медленно обвел широкую головку, обнаружив там несколько выступивших капель предэякулянта, которые просочились из нее. Ким наблюдала, как глаза мужчины распахнулись в изумлении, когда она поднесла большой палец ко рту, впервые попробовав его сущность.

Ким закрыла глаза и застонала от удовольствия, когда его вкус впервые оказался у нее на языке. У него был вкус медовых трюфелей из темного шоколада, которые мама всегда делала на праздники, чуть терпкий, слегка сладкий и немного горьковатый…

— Ты поможешь мне?

С ее первым робким прикосновением Рэй замер всем своим существом. Неужели она действительно собирается прикоснуться к нему, как мужчина к женщине, чтобы подарить освобождение? Торнианские женщины никогда не трогали мужчин таким образом. Слава Богине, она не торнианка.

Ее руки были такими мягкими, они ощущались так замечательно, и были так непохожи на его собственные, когда они скользили по его твердому пульсирующему стволу, что буквально заставляли его плакать от удовольствия. Когда она медленно начала исследовать его, он понял, что должен призвать всю силу духа, чтобы не взять ее руку в свою и показать ей, как она может доставить ему удовольствие. Но когда она попробовала его семя, ощутила его на вкус и попросила помочь ей доставить ему удовольствие, он был уверен, что так просто не может происходить на самом деле.

Рвано втянув в себя воздух, он осторожно сомкнул свою большую мозолистую руку вокруг ее маленькой ладошки и легонько сжал, показывая ей, как именно доставить ему удовольствие, двигая ею вверх-вниз по своей плоти. Он показал ей, где был чувствителен, где ему нравится грубее. Он знал, что долго не протянет. От ее нежных прикосновений в паху было уже почти невыносимо напряжено. Увеличив скорость ее движений, он начал отчаянно подаваться бедрами ей навстречу.

— Ким! — неожиданно закричал он, когда напряжение, наконец, сломило его контроль, и он взорвался в оглушающем освобождении.