Рэй

Айдем М. К.

— Хм-м, — Ким подняла руку и скользнула ею под рубашку Рэя, поглаживая его грудь. — Итак, вы с Тора закончили обсуждение, о котором мне не нужно знать? — спросила она, игриво щипая его сосок.

— Да, — голос Рэя подхватил её игривость. — Итак, похоже, тебе это нравится, не так ли? — спросил он, поворачиваясь так, чтобы оказаться лежащим под ней на кровати. Если она хочет играть, он позволит ей поиграть. Всё, что прогонит из её глаз темноту, появившуюся, когда он разбудил её после ночного кошмара.

— Именно так, — ответила Ким и оседлала его бёдра,

стягивая рубашку с его рук, понимая, что он позволяет ей зафиксировать их по бокам. — Я скучала по тебе целый день, — сказала она, наклоняясь, чтобы поцеловать его грудь. — Я хотела прикасаться к тебе… целовать тебя… любить тебя… — её голос спускался всё ниже, как и её язык, скользящий вниз от его груди к напряжённому прессу.

— Тогда сделай это, Ким, — сказал Рэй, постанывая, когда она прикусила мышцы его пресса.

— Сделаю, — ответила она. — Сегодня ночью я возьму всё, что хочу. Всё, что я всегда хотела. Тебя, Рэй.

Она оторвала рот от его манящей кожи, чтобы дать ему увидеть правду в её глазах. Он был тем, кто имел значение для неё. Только он.

Выпустив его рубашку, ее руки опустились к его штанам, несколько раз погладив уже ставший тяжёлым ствол перед тем, как она, наконец, расстегнула вздувшиеся штаны, позволяя его стержню спружинить в её ожидающие ладони.

Ким понимала, что никогда не устанет от этого… от прикосновений к Рэю, особенно таких, как сегодня. Каким-то образом он понимал, что она нуждается в том, чтобы контролировать, нуждается в том, чтобы чувствовать, как здесь происходит нечто в её новой жизни, что она может контролировать, и он позволил этому произойти.

Только самец, уверенный в том, кто он есть, уверенный в женщине над ним, позволит сделать такую вещь. Ким постарается убедиться, что никогда не даст ему повода пожалеть об этом.

— Подними бёдра, любовь моя, — прошептала она, горячее дыхание окутало его ствол своим влажным теплом. Когда он приподнял бёдра, она быстро стянула его штаны вниз, слегка царапая своими ногтями его кожу, пока спускалась вниз, заставляя его дрожать.

— Ким… — зарычал он предупреждающе.

— Что, Рэй? — спросила она, её рот был всего лишь на волосок от его возбуждённого ствола.

— Поцелуй меня, — попросил он.

— Ты имеешь в виду вот так? — уточнила она, наклоняясь и целуя головку его члена перед тем, как взять его в рот.

— Богиня, Ким! — закричал Рэй, его бёдра дёрнулись вверх, заставляя её задохнуться до того, как она обхватила двумя ладонями его ствол у основания, чтобы контролировать глубину его толчков.

Вернув контроль, она покружила языком вокруг его стержня, словно он был рожком капающего мороженого, и она также не хотела потерять ни одной капли. И не потеряла. Он был слишком хорош на вкус. Наконец, проделав свой путь обратно к головке, она слизала семенную жидкость, которая начала выделяться.

— Не надо больше, Ким! — потребовал Рэй. Окончательно освободив свои руки из рубашки, он сел. Мужчина захватил её ночное покрытие и стянул прочь, вынуждая её рот оторваться от лакомства. — Мне нужно

быть внутри тебя! — прорычал он, захватывая её бёдра, он поднял Ким и расположил её лоно поверх пульсирующей головки своего ствола, руки Рэя дрожали.

Его глаза пристально смотрели на неё, и Ким понимала, что он ждёт её разрешения. Для неё сказать ему, что всё хорошо, для него — перехватить контроль и делать так, чтобы вернуть ей ласки.

— Я хочу тебя внутри, Рэй, — прошептала она, опираясь руками на его грудь, в то время как он медленно опускал её, пронзая своим набухшим членом. — Да, — простонала она, голова девушки откинулась назад от ощущений, затопивших её.

Рэй знал, что никогда не видел ничего прекраснее, чем его Ким, получающая своё удовольствие. Получая его от него. Лёгкое прикосновение пышной груди к щеке заставило его рот сомкнуться на напряжённом соске, втягивая его.

— Рэй! — вскрикнула Ким, её киска сжималась вокруг него, пока он посасывал её груди и двигал её вверх и вниз на своём стволе, ударяя в ту сладкую точку снова и снова. — Ещё, Рэй! Богиня, ещё! — выкрикнула она, когда обхватила руками его голову, подталкивая к другой груди, которая тоже молила о его внимании.

Рэй, не медля, принял предложенное, пируя на ней, будто она была его последним приёмом пищи, и понимая, что даже Бог не испытывал наслаждения настолько сильного. Сжав её бёдра, он держал Ким, успокаивая её движения, понимая, что он слишком близок к потере контроля, и отказываясь кончать без неё.

Скользнув большими пальцами вниз, он провёл вдоль места, где их с Ким тела были соединены, упиваясь ощущениями, и нашёл напряжённый узелок. Дразня этот драгоценный камешек так, что это сводило её с ума, он подтолкнул Ким вниз, пока сам толкнулся в последний раз вверх, надавливая своим стволом прямо в «ту» точку, и взорвался, отправляя их обоих к блаженству.

Глава 24

— Тора! — звук голоса, зовущего его по имени, вынудил молодого мужчину замедлить шаги, когда он пересекал территорию следующим утром. Повернувшись, он обнаружил Зангавелу, идущего к нему. Зангавелу был одним из нескольких воинов на Весте, что относились к Торе так же, как и к любому другому самцу на обучении, и Тора был благодарен ему за это.

— Воин Зангавелу, — кивнул Тора.

— Я не знал, что вы уже вернулись со сборов урожая.

— Император запросил моё присутствие, — ответил ему Тора.

— А-а… Так вы слышали.

— Слышал? — усомнился Тора.

— О том, что Император ошибочно убрал Фалу и Дьюлу из своей гвардии.

— Император редко ошибается, — сказал Тора уклончиво.

— В этом он ошибся. Там не было причин удалять их.

— Разве ему нужна причина? — спросил Тора.

— Рэю нужна. Он честный и справедливый Император. Ничего не делает по прихоти, ничего, что нарушает Закон.

— Тогда вот твой ответ и причина, почему Фала и Дьюла живы, — объяснил ему Тора.