Рейдер
Шрифт:
— Да проспал после вчерашнего. И голова болела — у-у-у…
— Смотри, Таксфорд узнает — оторвет эту самую, которая у-у-у. Я же вон в порядке.
— Да твое пойло только ты сам и терпишь.
— Неправда. Вон мы с Таксфордом на той неделе три дня пили — и ничего, живы, здоровы.
— Э, у Таксфорда такой бурдюк, что в него можно бочку залить — не лопнет. Не то что мы, сирые да убогие. — И стражник похлопал себя по плоскому животу.
— Да, тут ты прав, в тебя много не влезет. Молодой ты еще…
Стражники снова заржали, а острослов побагровел, но все же нашел в себе
— Да не будь ты такой здоровый, я бы тебе морду-то набил…
— Вот только драться сначала по-хорошему научись, — посоветовал ему Виктор, слезая с лошади. — Ладно, не обижайся. Зови лучше Таксфорда, будет у нас серьезный разговор. И распорядись удвоить охрану, скажи — я приказал. Боюсь, это будет нелишним.
Стражник кивнул и бегом умчался выполнять поручение. Остальные подобрались, надели шлемы и взяли в руки копья, до того прислоненные к стене караулки. Виктор чуть заметно усмехнулся, отдал поводья подбежавшему конюху и еле заметно скривился, неловко повернувшись — видимо, рана в боку причиняла немалую боль.
Сэр Таксфорд примчался очень быстро. Фактически, прошло лишь несколько минут, а седобородый великан в сопровождении дюжины солдат в полном доспехе уже галопом вылетел из ворот, легко соскочил с коня и с неожиданной для его роста, сложения (его живот действительно напоминал большой, туго набитый бурдюк) и тяжелых рыцарских лат легкостью поспешил навстречу. И принцесса, и Кэвин хорошо помнили старшего королевского воеводу — именно он еще год назад приезжал к отцу Калы договариваться о свадьбе. С того времени Таксфорд почти не изменился, разве что еще больше заматерел, а голос его был громким и повелительным, как и прежде.
— Виктор, рад тебя видеть. Ваше высочество… — Он склонился в поклоне. — Ты чего же здесь их держишь, ирод?
Начальник караула хотел было что-то ответить, но Виктор повелительным жестом заставил его замолчать.
— Это я не стал въезжать, не ругай его, Роберт. Я встретил их чуть дальше, чем планировалось. Их конвой был мертв, и мне пришлось драться…
— Кто это был? — мгновенно подобрался Таксфорд.
— Обычные разбойники. Но работали они по заказу.
— Уверен?
— Да. Нападение было спланировано очень грамотно, а в полумиле их ждал еще один отряд. Видимо, разбойники прожили бы ровно столько, сколько им потребовалось бы, чтобы сделать дело. Из-за этого отряда я и запоздал — там были куда лучшие бойцы, я потерял время, чтобы их убить.
— Думаешь, кто-то из наших?
— Уверен. Жаль, не догадался взять никого из первого отряда. Зато из второго я одного прихватил.
— Понятно. Тогда поехали. Его величество на месте, так что…
Могучие спины дружинников мгновенно отрезали принцессу от внешнего мира. В окружении охраны она двинулась во дворец. Кэвин оказался снаружи и несколько секунд нерешительно крутил головой, но Виктор взял его за плечо и подтолкнул следом за принцессой. Так, все вместе, они и вошли в замок.
Замок поражал своими размерами. Строили его явно «на вырост», и теперь это давало возможность разместить под защитой могучих стен много чего. С трех сторон замок прикрывали
Внутри большого замка находился второй, поменьше, но все равно очень внушительный — даже несколько больше, пожалуй, чем дворец отца Калы. Здесь, собственно, и находилась резиденция Дарна Второго, прозванного соотечественниками Спокойным. Большой зал, в котором король принимал гостей, был очень внушительным. Эта его внушительность еще больше подчеркивалась пустотой — никаких людей, кроме Калы, Кэвина, Виктора, Таксфорда и собственно короля в зале не было. Вернее, вначале-то они, конечно, были, но после официальной аудиенции король отослал всех — и придворных, и слуг. Повара в спешном порядке накрыли стол, и вновь прибывшие поели — Виктор с Таксфордом плотно и со вкусом, остальные — через силу. Дарн не торопил — он был умным человеком. Собственно после трапезы (ранний обед или поздний завтрак — не поймешь) и состоялся разговор.
Виктор рассказывал обо всем происшедшем коротко и ясно, не вдаваясь в подробности. Король — высокий, дородный мужчина в подбитой мехом парадной мантии — слушал, не перебивая, лишь беспрерывно барабаня пальцами по подлокотнику трона. Когда Виктор закончил, он несколько секунд молчал, а потом негромко спросил:
— Считаешь, кто-то из своих?
— Уверен. Слишком все хорошо было продумано. Не случись там меня — и все, никаких концов бы не нашли.
Король задумался на миг, потом тяжело вздохнул:
— Кто же тогда, по-твоему?
— А пес его знает. Очень многим смерть принцессы выгодна, ведь тогда — опять война. На это могли пойти ваши офицеры, которые, в общем-то, не против получать двойное жалованье, ничем при этом не рискуя. Мог на это пойти кто-то из ваших советников с дочерью на выданье. В конце концов, ваш сын тоже заинтересован в таком варианте — все знают, что ему не особенно нравится мысль о женитьбе.
— Но тогда под подозрением и ты сам.
— Да, и я сам. В конце концов, я тоже в определенной степени заинтересован в войне. Или, вон, Таксфорд… Роджер, не обижайся, пожалуйста, но если бы ты не был болезненно честным человеком, я бы тебя первого заподозрил. Короче, круг подозреваемых — десятки, если не сотни человек. Не исключено, что они объединились в группу, а может, и в несколько групп. Кто знает…
Король надолго задумался, механически теребя в руках край парчовой мантии. Виктор вновь принялся за еду. Таксфорд покрутил в руке изящный серебряный ножик, с помощью которого он до того ловко расправлялся с мясом, и спросил:
— Слушай, а как твоя рана?
— А, — отмахнулся с набитым ртом Виктор. — Больше шуму, чем неприятностей. Костоправ сказал, ребра целы, а синяки да царапины — вещи приходящие и уходящие. Жить буду, надеюсь.
— Так! — Король стукнул ладонью по подлокотнику. — Что предлагаете?