Рейдеры

Алексеев Михаил Егорович

Экспедиции уходили в один день, и проводы их вылились в грандиозное мероприятие, с большим числом провожающих. Караваны получились большие. На баржах были закреплены десятки единиц техники, размещены сотни лошадей и около пяти сотен человек.

Горазда провожали мать и младшие. Пришла и Беляна, бывшая на сносях с огромным, на взгляд Горазда, животом. Рядом же провожали уходяших в поход жены и дети бойцов десятка Чибиса. По причине большого количества людей и обычной неразберихи отход судов затянулся. Наконец, грянул марш «Прощание славянки», и по причалам полетела команда «По местам». Пароходы один за другим, оглашая окрестности протяжными гудками, отваливали от пристаней и, вытягиваясь в длинную ленту, пошли вниз по течению Вязьмы.

До Оки дошли быстро – всего за пару суток. Горазд с интересом смотрел на проплывающие

мимо берега речек и каналов. До столицы литвинов жизнь в княжестве била ключом – постоянно встречались пароходы, катера и просто лодьи жителей и гостей княжества. Первые обменивались с караванами приветственными гудками, вторые – просто с интересом смотрели на вереницу пароходов и иногда махали руками, увидев на палубах кого-то из знакомых. На берегах паслись стада, виднелись работающие на полях люди, пацаны прибрежных деревень и поселков, стоя на берегах, что-то вопили, размахивая руками.

И везде что-то строилось. Княжество росло и крепло. Этот путь был освоен, и суда караванов держали хорошую скорость вниз по течению Угры. Выйдя на простор гораздо более полноводной Оки, караваны попрощались гудками и разошлись каждый в свою сторону. Скорость сразу упала – путь в верховья Оки был еще не изведан и берега уже не баловали обилием человеческого жилья. Хотя деревеньки и попадались, жители их встречали невиданные ранее чужие странные челны настороженно, закрыв на всякий случай ворота поселений. Возможно, местные жители и слышали о княжестве, но наверняка им еще не приходилось видеть пароходы. Становилось скучно, и Чибис организовал на палубе баржи занятия по боевой и физической подготовке, чтобы «личному составу служба медом не казалась». Личный состав вздохнул и без особого рвения принялся отрабатывать давно освоенные темы. Командир к этому отнесся философски, уделив особое внимание действиям Горазда и Виргилиуса. Особенно последнего, для которого это был первый боевой выход. Горазда же заняла тема освоения пулеметов бронетранспортеров. Вот этому новому для себя делу он учился со всем старанием и интересом.

В верховьях Оки движение совсем замедлилось. Все чаще стал применяться идущий впереди земснаряд. Иногда на берег выгружались бульдозеры и экскаваторы, спрямлявшие русло петлявшей реки. Сплошные леса, типичные для берегов Угры, сменились степями с редкими дубравами и оврагами. Высадилась на берег сотня легкой конницы. Застоявшиеся лошади и уставшие от безделия за прошедшие дни конники, разбившись на десятки, обрадованно разлетелись по обоим берегам ставшей уже совсем не широкой реки.

Наконец, река окончательно стала узкой для пароходов, и решено было остановиться в устье одного из ее притоков. Световой день заняла выгрузка и размещение техники, оборудования и людей. Ставили палатки, чтобы обеспечить возможность отдыха людям, пока не будет построено капитальное жилье. Сотня тяжелой пехоты взяла под охрану место будущего строительства. Бронетехника группы Чибиса заняла возвышенности, которые стали вторым рубежом охраны и обороны. Дежурили круглосуточно по одному человеку за оружием брони – днем осматривая местность в бинокли, ночью же полагаясь на слух и простейшие сигнальные системы, установленные вокруг позиций. А легкая конница отвечала за разведку и охрану дальних подступов. Конные разъезды занимались планомерным обследованием округи. Данные обо всем замеченном докладывались ими Чибису, который схематично наносил на лист ватмана кроки местности.

Примерно через неделю к Чибису неожиданно с одним разъездом прибыл сам сотник. Сотник был из алан, стройный, достаточно высокий молодой воин с орлиным профилем и черной бородой.

– Командир! – поздоровавшись с Чибисом за руку, как это стало привычным для всех живущих в княжестве, произнес он. Говорил он по-русски с привычным уху Чибиса типичным кавказским акцентом. – Мои люди обнаружили в трех днях пути следы кочевья. Прошлогоднюю стоянку. Значит, орда придет сюда. Как скоро – неизвестно, но придет обязательно.

В принципе, Чибис получил перед походом всю возможную информацию о местности, на которой его немногочисленному войску предстояло действовать. Он знал, что они забрались в северные пределы степных кочевий черных булгар, которые являлись данниками хазар. Поэтому это была ожидаемая новость. Открытым остается вопрос – что дальше? Однозначных указаний на этот счет не было. Решение оставалось

за командиром группы. Чибис рассуждал следующим образом: «Даже если обнулить это кочевье, от этой орды никто осенью не прибудет на круг, и соседи быстро сообразят, что что-то произошло, и пастбища освободились. Это помимо закономерного вопроса – куда орда делась? В лучшем случае удастся протянуть еще год и уничтожить еще одну орду. Но надеяться на это глупо. Нет и быть не может никаких гарантий, что из нескольких тысяч орды никто не сможет сбежать и донести информацию о чужаках в степи. Поэтому за основу нужно брать то, что воевать придется уже этим летом в любом случае. Вопрос лишь в том, поймут ли в Хамлидже, что на северной границе их владений появились те, кому они хотят отомстить? То есть после решения вопроса с ордой, которая придет на эти земли в ближайшее время, предстоит сражение либо с объединенной ордой черных булгар, либо с ними же плюс хазарское войско».

– Сколько у нас есть времени? Твое мнение? – поинтересовался он у сотника.

– От недели до трех. Больше вряд ли. Сюда они приходят примерно в середине лета.

– Ну, значит, ориентируемся на минимальный срок. Через неделю на южном, юго-западном и юго-восточном направлениях нужно иметь дозоры в суточном переходе.

– Сделаем.

– Численность орды оценить можешь?

– Пять-шесть сотен воинов.

– Понял. Мне нужно вместе с тобой объехать окрестности. Осмотреться и подобрать место, где мы их встречать будем.

Место подобрали и стали ждать. Выход геологов из лагеря Чибис запретил до разрешения вопроса с кочевниками. Тем временем лагерь строителей уже обзавелся с трех сторон пятиметровым рвом, к которому подвели воду из притока Оки, трехметровым валом и трехметровой же стеной из бетонных плит. Кроме этого, предусматривалось строительство трех шестиметровых башен с возможностью размещения трех десятков лучников. Возведение первой из них близилось к завершению. Со стороны Оки укрепления не возводили – там строился затон с причалом для погрузки в будущем чугуна, и ширина водного пространства исключала возможность нападения кочевников. Нападения тех же викингов не опасались. Сюда они не заходили по причине безлюдности мест.

Прогноз и по срокам, и по направлению, откуда появятся кочевники, оказался ошибочен. Они пришли через месяц и это было хорошо. Хотя ожидание выматывало всех изрядно. К тому же геологи просто проели Чибису плешь, добиваясь разрешения уйти в степь на поиск руды. Однако Чибис не мог сейчас позволить рейд в степь на глубину до ста километров. Это было опасно – в случае нападения орды своевременную помощь партии оказать было невозможно. И главное – в планируемом боестолкновении пулеметы БТРов были основным аргументом против подавляющего численного превосходства противника.

За месяц строители успели многое. Во-первых, полностью готова была крепость. Во-вторых, началось возведение гидроэлектростанции на притоке Оки. Так что сделано уже было немало. Кроме главного.

Что плохо – так это то, что ошиблись с направлением подхода орды. Она появилась с запада. Все могло бы быть достаточно печальным, хотя Чибис и был уверен, что все равно кочевников одолели бы. Но потери тогда были бы значительны. Но им просто повезло. Дозор на юго-западе, скрытно располагавшийся на возвышенности, случайно заметил в тылу у себя разъезд из десятка кочевников, идущий по их следу. Дозорная пятерка бой не приняла и, снявшись с места, по широкой дуге стала уходить к южному дозору. Путь к базе ведь был перекрыт кочевниками. Которые их заметили и, отослав гонца к орде, устремились в погоню. Возможно, они бы догнали – если бы гонка продолжалась несколько дней. Кони у кочевников, неказистые внешне, были очень выносливыми. Но у уходящего дозора кони были крупнее, сильнее, и самое главное, они эти несколько дней отдыхали. У Чибиса потом, когда ему докладывал сотник, вызвало крайнее удивление то, как уходивший дозор, не зная точно, где находятся их товарищи из южного дозора, тем не менее вывел погоню точно на засаду. Это было похоже на необъяснимое колдунство. Когда он поинтересовался этой загадкой у сотника, тот смеясь объяснил, что в легкой коннице служат в основном такие же степняки, и для них степь – родной дом. Поэтому они и следы в степи читают как книги, и определить место, где может остановиться дозор их товарищей, для них не составляет проблемы.