Рейз

Коул Тилли

— Они накачивали меня наркотиками, пытали, делали много разного дерьма, я даже не помнил, кто я есть, били меня, пока я все не забыл, кроме как убивать… пока я не вернулся сюда, и только одна мысль занимала мой ум — убить тебя.

Я посмотрел на Алика. Он посмотрел за мою спину, и тут же толкнул меня, его тело наполнила сила, словно до этого не было никакого боя.

Тело Алика дернулось, и потом он будто сошел с ума.

— Ты трахал Кису! — кричал и плевался Алик, его руки и ноги оплелись вокруг меня, как у сумасшедшего сукина сына, каким он и был. — Ты трахал

мою женщину! ТЫ! Надо было убить тебя, сука, когда у меня был шанс!

Кровь отхлынула от моего лица, когда его слова дошли до меня. Каждый миллиметр моего тела напрягся, я отпустил руки Дурова, откатываясь в сторону, и, удерживая его за волосы, поставил на ноги, с грохотом ударяя о стену клетки. Толпа взревела, зрители стали проталкиваться вперед, хлопая руками по металлическим прутьям, призывая меня убить его.

Но ублюдок Дуров лишь улыбнулся и провел пальцами у меня под носом.

— Понюхай это, Лука. Они только что были в киске этой шлюхи, — его глаза загорелись, и он продолжил: — Когда я избил ее за то, что она трахалась с тобой, — в его глазах бушевало безумство. — Я брал эту суку снова и снова, пока она уже не могла двигаться, пока она не прошла через всю боль… из-за того что трахалась с тобой.

Я пытался сделать вдох, но не мог. Киса. Бл*дь. Что он сделал?

— Да, ублюдок. Я видел, как ты вчера вечером трахал мою женщину, так что я преподал ей гребаный урок. Если бы я знал, что ты — Лука чертов Толстой, то перерезал бы каждому из вас горло, чтобы вы могли вечно любить друг друга в той бухте.

Отступив назад, я соединил вместе кулаки, Алик же на это улыбнулся, пожимая плечами.

— И как мы поступим с этим дерьмом, Лука? — спросил он, вытянув губы и явно забавляясь тем, я был в аду, куда он отправил меня на двенадцать чертовых лет.

— Это закончится сегодня.

Алик продолжал улыбаться.

Толпа обезумела.

И мы рванули навстречу друг другу с жаждой смерти во взгляде, мой удар пришелся в его живот, шипы достигли цели первыми.

21 глава

Киса

Во рту пересохло.

Мой язык был похож на наждачную бумагу, а губы распухли и потрескались.

Я приоткрыла глаз, веко нависало, словно налитое свинцом. Я окинула взглядом незнакомую комнату. Было темно. Мое дыхание участилось, когда я попыталась вспомнить, где нахожусь. Затем мой взгляд задержался на дальнем необставленном углу комнаты, застланным полиэтиленом… сверху по стенам от него виднелись капли крови.

Я приходила в себя.

Пляж.

Рейз… мой Лука.

Его воспоминания.

Спортзал.

Серж…

Серж!

Всхлип вырвался из меня, когда я вспомнила о событиях прошедшей ночи.

Алик!

Нет!

Алик узнал обо мне и Рейзе. Он угрожал Сержу, и Серж… нет, Серж погиб, пытаясь защитить меня. Мой милый защитник Серж.

Слезы тяжелыми каплями сорвались с моих глаз, сожаление охватило меня, и я заставила себя подвинуться вверх на кровати. У меня болела каждая частичка,

платье собралось на талии, кожа была покрыта кровью и синяками. Он избил меня до полусмерти.

Внезапно меня затошнило, я подползла к краю кровати, меня вырвала на пол, голова болела, словно били в барабаны.

Я едва могла видеть.

Непрекращающееся тиканье заставило вздрогнуть, доносящиеся резкие металлические удары сокрушали мой мозг. Я медленно повернула головой влево, замечая старые часы на потрепанном прикроватном столике. Вглядываясь в циферблат, видя время на часах, я пыталась понять, что это означает для меня.

Пытаясь сфокусироваться на том, что это было, проскользнула щекой по испачканным простыням. Я посмотрела на вторую руку с отметинами вокруг, мои веки становились тяжелыми от каждого удара, когда вдруг, мысль о «Подземелье» мелькнула в моей голове, и я замерла.

Чемпионат «Подземелья»!

И в этот момент я перестала дышать. Алик и Лука должны были сразиться!

Приложив все усилия и заставляя встать себя с матраса, я стала дышать спокойно, превозмогая боль, и смогла дотянуться до своих ног. Наклонившись, всхлипывая от сильной боли, я заметила свое платье, обувь, куртку, которые были разбросаны по полу.

Это была борьба, но я была настроена решительно, мой взгляд наткнулся на дверь, и, опираясь рукой о стену, я стала передвигать ноги шаг за шагом, удерживая себя в вертикальном положении.

Я понятия не имела, где находилась. Знала лишь, что где-то около доков, но нигде именно.

К счастью, дверь была не заперта. Алик, очевидно, думал, что в таком состоянии после его наказания я не смогу двигаться, иначе бы запер меня. Мне нужно было добраться до «Подземелья». У меня не было выбора.

Горячий соленый ветер ударил мне в лицо, когда я открыла входную дверь, и я вскрикнула, так как это затронуло мои раны. Пригибая голову, я продолжала двигаться вперед, молилась, чтобы найти телефон. Скрючившись по-старушечьи из-за измученного тела, я шла, и шла. С каждым шагом боль между ног усиливалась.

От этого я чуть не заплакала вновь. Алик изнасиловал и избил меня. Мой жених чуть не убил меня.

Все эти годы, защищая, подчиняясь ему, когда я — когда мы все — знали, что Алик не в себе… Алик был психопатом-убийцей. Пусть он и был наследником великой русской Братвы, но скрывать правду дальше нельзя.

Когда мой папа увидит меня в таком состоянии — если Лука не убьет Алика на арене клетки, — мой папа сделает это, и я не стану препятствовать.

Пока Алик жив, я никогда не смогу чувствовать себя свободной.

— Мисс? Мисс? Вы в порядке?

Я приподняла голову и заметила, что сбоку ко мне приблизился пожилой мужчина. Он был поход на рыбака или рабочего из доков.

— Мисс, вы в порядке? — спросил он снова. Потом его лицо побледнело, когда он рассмотрел меня. — Боже! Что, черт возьми, с вами случилось?

— У вас есть телефон? — едва слышно из-за саднящего горла спросила я.

— Мисс, мне надо отвезти вас в больницу!

— Нет! — возразила я. — Просто… у вас есть телефон, можете дать мне?