Режим Easy
Шрифт:
— Да чё тупой-то? Не понял я просто ничего.
— Свиток в городе можно за двадцать-тридцать золотых толкнуть, а если добраться до столицы, то в два раза дороже, а знает про него, только Луна. Она принесет его мне через пару часов, причем принесет скрытно, ни сказав никому, что пошла ко мне. Если я просто отберу его, не важно как, силой или обманом, она может рассказать отцу, старосте, аббату, да хоть самому барону, без разницы. В итоге сюда нагрянут храмовники, вплоть до инквизиторов и пастырей, и тогда мне несдобровать. Ну или опять убегать и начинать все сначала.
Расцвея на секунду замолчала.
— А
— Да просто жалко девку — хорошая.
— Что значит хорошенькая? Ты чё кабель варлисовый совсем нюх потерял?
— Да ни так я сказал. Хорошая, а не хорошенькая. Разные вещи. Мужики ее варево таскают, с бодуна хорошо помогает. — Голос предательски скрипнул.
— О Боги, я вам этот отвар сама наварю целую бочку, чтоб в запасе стоял, я ее этому научила… В общем Рейв, твоя задача дождаться, когда Луна придет, и выложит тубус на стол, сама добровольно. После этого сразу, я повторяю — сразу ее убиваешь! Понял?
— Да понял, понял, не дурак. Был бы дурак, не понял бы. А если она не придет?
— Да никуда она не денется, придет как миленькая. Да и если не придет, ничего страшного, наведаюсь к ним в гости завтра и сыпану щепотку пожух-травы в суп. — Слышно было как последнюю фразу ведунья чуть ли не прошипела. — Заберу свиток с трупа, а обделаю все так будто она сама травы перепутала, приправляя пищу. Все, хорош языком чесать, пошли в дом. Скоро темнеть начнет, и она должна появиться.
Скрипнула, а затем хлопнула дверь, заставив сердце девушки бешено колотиться. Расцвея привела человека, чтобы убить её. Убить. Она вот так просто приказала лишить её жизни, ради того, чтобы заполучить ее свиток и продать его за золото. Слезы сами потекли по щекам, тихонько падая на охотничий костюм девушки. С каким монстром бок о бок провела она последний год? Монстром, для которого человеческая жизнь ничего не стоит. Её жизнь, жизнь Луны, для Расцвеи ничего не стоит.
Страх, злость, ужас, отчаянье, ярость все смешалось в одном флаконе души девушки. Стиснув до скрипа зубы, она тихонько отогнула доску и достала свое сокровище. Одним движением сорвала верхнюю печать и достала свиток. Папирус чуть заметно засветился и на нем появились вязь из непонятных символов, смысл которых Луна понять не смогла. Без разницы. Теперь этот свиток никому свою силу кроме нее не отдаст, а способ прочесть его она обязательно найдет.
Положив пустую тару обратно и убрав свиток за пазуху, она еще раз осмотрела чердак абсолютно по-новому. Огромная куча сухой травы, прямо очень много сухой травы. В голове вспыхнул план, и тут же пришел страх. Нельзя поджигать дом с людьми внутри. Они сгорят и их смерть будет на ее совести. Это самый большой грех — убийство.
Но если ничего не сделать, то завтра Цвета найдет способ отравить ее семью вместе с ней самой. Нужно срочно придумать как этого избежать. Рассказать отцу и показать свиток, но как доказать, что Расцвея задумала убийство? Никак. Прямых доказательств нет, и не будет даже если отец придет и устроит ей взбучку. А тогда Расцвея точно будет мстить.
Какие бы шаги девушка не предпринимала в своих мыслях, ведунья все равно побеждала. Даже если срочно
— Боги всеведущие и всезнающие. Ведущие нашу жизнь по наставлению своему, но дающие нам право выбора в пути нашем. Простите меня за грех который собираюсь совершить, ибо нет у меня пути другого. — Молитву было почти не слышно, губы шептали слова чуть подрагивая, а по щекам вновь текли ручьем слезы. — Полностью искуплю вину свою после смерти на суде вашем. Прошу только, помогите. Не за себя прошу, а за близких, неповинных в моих грешных желаниях…
Слов уже было не слышно, лишь только вздрагивали плечи, в такт всхлипываниям. Еще минут пять девушка стояла коленях, скрестив в замок пальцы и молясь богам. Пять долгих минут, показавшихся ей вечностью. Вечностью, оттягивающей момент истины.
— … Во имя Отиса, и Сана, и Святоча, и Доха. Благословите.
Поднявшись, Луна еще раз внимательно осмотрела чердак. Стараясь делать шаги как можно бесшумнее, она начала передвигаться по чердаку, снимая связки трав и аккуратно разбрасывая их на полу. Одну за другой, настилая друг на друга, иногда разрыхляя, запуская внутрь травяного пучка побольше воздуха. Добравшись до выхода и устелив последнюю снятую вязанку, она встала на верхнюю ступеньку и достала из мешка огниво. Трава вспыхнула моментально.
Девушка аккуратно спустилась по лесенке, и небольшим отрезком доски приперла входную дверь. Быстро забежав за угол, она тихонько заглянула в окно, чтобы убедиться, что в сторону леса можно убежать незаметно. В комнате было все также темно, как и раньше но быстро мелькающую мужскую голую задницу на кровати, между двух высоко задранных ног рассмотреть умудрилась. Краска прилила к лицу девушки, что там происходит она поняла сразу. Блудница. Ее наставница оказалась еще и блудницей. Оторвавшись от происходящего Луна быстрым темпом рванула по тропинке к старому ручью…
Глава 11
.. — Барри ты все запомнил? — Мастер Тор наседкой ходил вокруг повозки с учеником.
— Да. За заказ получить восемь золотых, больше ни на медяк не соглашаться скинуть, это цена с учетом всех скидок. Если вдруг какие забракуют, то быстро сбегать к мастеру Брону и исправить дефекты. — Повторил как мантру ученик, наставления мастера, которые тот сказал уже раз десять.
Своего подмастерье Тор отправлял уже не первый раз сдавать заказы, но такой большой и за такими деньгами Барри еще ездить не приходилось.
— Как получишь деньги, сразу в банк и шлешь их мне. Бог с ними с процентами, зато безопаснее. Свою долю получишь, когда вернёшься, нечего с такими деньгами, чёрте где шататься. И да, за доставку и полную сдачу товара, тебе заплатят пятьдесят серебряных, это без вопросов твои, личные. Только сразу не транжирь, а то знаю я вас молодых, да ранних, сразу к блудным девкам побежишь, болтуном трясти. Чё моську корчишь? Думаешь я не знаю, куда вы с маркизом по вечерам швангайте. — И уже говоря чуть тише, кузнец сделал умиленное лицо. — Хотя что там знать-то? Сам такой был, туда же … швангал.