Резидент
Шрифт:
– Извини, Зульфия, я увлекся. Больше этого не повторится.
– Как это не повторится?! – возмутилась моя непоследовательная знакомая.– А съемка?.. Возможно, нам еще и дубли понадобятся!..
Нет, определенно, она не ведьма; она – набитая дура! Вот ведь навязалась на мою голову со своей эротикой!.. Однако я сдержал гнев и улыбнулся блондинке как можно более обворожительно.
– Вообще-то меня Ксенией зовут. Зульфия я по роли...
Ну, в этом я нисколько не сомневался: мало того, что мазохистка, мало того, что эротоманка,– еще и шизофреничка! И из-за этой страдающей раздвоением сознания психопатки я должен поставить
– Ладно, Ксения-Зульфия, веди меня к своему похитителю Кукарию. Я с удовольствием сверну ему шею.
– Во-первых, он не Кукарий, а Кукуй. А во-вторых, ты не должен сворачивать ему шею. Его должен победить царевич Елисей в самом конце фильма – после жуткой битвы, от которой содрогнутся небесные своды... Ты что, сценарий не читал?
Я не знал, что такое сценарий, и в этом, видимо, была моя главная проблема. Зато я знал, кто его создал. Имя коварного мага назвала Ксения. Дайте срок – доберусь я до Рваного Билла из клана Дикой Обезьяны и навсегда отучу его плести паучьи сети для отлова ни в чем не повинных людей! Таким негодяям нечего делать на белом свете – вот позиция Героя и просто приличного человека!
– Отвернись. Я переоденусь...
Одевалась она так долго, что у меня едва не лопнуло терпение. В конце концов, я мужчина из плоти и крови, а не деревянный болван, обреченный целую вечность неподвижно стоять лицом к стене!
– Я готова. Пошли...
Одетой она выглядела не менее соблазнительно, чем полураздетой. Белое платье было ей к лицу, и я с трудом удержался от еще одной эротической сцены, когда она взяла меня за руку. По-моему, я ей тоже нравился. Во всяком случае, Ксения уже оправилась от испуга и, кажется, не прочь была продолжить репетицию – так она почему-то называла наши с ней горячие объятия. Оставалось выяснить, что же она понимает под словом «съемка»...
В обширном зале, куда меня привела Ксения-Зульфия, стоял огромный стол, за которым сидели два человека. Зал поражал на первый взгляд роскошью отделки, но, присмотревшись, я без труда определил, что позолота на его стенах фальшивая, а драгоценные камни – не более чем стекло, слегка подкрашенное магическим флером. Судя по всему, владелец огромного замка привык жить в роскоши, но в последнее время сильно поиздержался и теперь пытался скрыть свою бедность от посторонних глаз.
– Это царевич Алексей,– сказала Зульфия, представляя меня мужчинам.– Он прислан, чтобы вырвать меня из грязных лап злодея и колдуна Кукуя.
– Нашего полку прибыло! – радостно приветствовал меня небольшого роста подвижный смуглый человек с кучерявой головой.– Абалдуин Восьмой, король Трахимундии – бабник, картежник, мот... А это – наш главный злодей, сволочь межпланетного масштаба Сеня Кукуй. Само собой – маг, чародей и сотрясатель Вселенной!
Человек, которого Абалдуин Восьмой назвал сволочью и сотрясателем, застенчиво протянул мне руку и пьяненько хихикнул:
– Ты его не слушай, Алексей, он тебе сейчас много чего наплетет. У Сашки язык без костей.
От великой, видимо, растерянности я протянутую руку злодея пожал. А произошло это потому, что в Кукуе не было ничего злодейского. Скажем, стоявший чуть в стороне от стола сатир с посеребренными рожками выглядел куда колоритнее.
– Это Погоняйло,– сказала Ксения,–
Погоняйло с рукопожатием ко мне не полез – лишь сдержанно поклонился в ответ на мой кивок и тут же отвернулся. Кажется, на пиру колдуна и короля он исполнял незавидную роль лакея... Никогда не доверял сатирам, но сказать, что питаю к ним отвращение, тоже не могу. Племя это хитроватое, подловатое – и только. Особых злодейств во Вселенной за сатирами не числилось. Среди людей встречаются куда более неприятные экземпляры...
Стол выглядел обильным, но без особых излишеств. Как сказал король Абалдуин Восьмой, «мы – люди простые, нам разносолов не надоть»... Единственное, в чем себе не отказывали король и колдун,– вино. Они и до нашего прихода приняли изрядно, и при нас не стеснялись.
Я тоже осушил кубок – дабы не сидеть за столом совсем уж букой. Мне пришло в голову, что эти люди принимают меня за кого-то другого. И виновата в их ошибке Зульфия-Ксения, представившая меня давним своим знакомым.
Кукуй, как и положено уважающему себя злодею, пил и ел молча, лишь изредка вставляя короткие реплики в разговор. Зато его визави король Абалдуин Восьмой не умолкал ни на минуту. Именно от него я узнал, что у застенчивого злодея было три десятка жен, которых он погубил разными способами. И что Зульфия – очередная его жертва. А следующей должна стать красавица Анастасия – дочь самого Абалдуина, пока не имеющая возможности добраться до замка чародея, поскольку ее похитил разбойник, негодяй и отморозок Рваный Билл из клана Дикой Обезьяны, про которого я уже слышал от Ксении.
– А зачем же вы, ваше королевское величество, отдали свою дочь злодею?
– Ну, милый мой, обстоятельства для меня сложились крайне неудачно! – развел руками Абалдуин.– Продулся в карты, как последний фраер. А этот сукин сын натравил на меня колдовскую общественность сразу нескольких ближайших планет. Вот и пришлось пожертвовать дочерью, чтобы спасти собственную честь и жизнь своих подданных. Если бы вы знали, каких душевных терзаний мне это стоило, молодой человек, то не задавали бы столь глупых и пошлых вопросов!
– Ваську благодари... – тяжело вздохнул Кукуй.– Нашли сценариста... Скажи спасибо, что при короне остался! Он ведь запросто мог лишить тебя и престола... Скитался бы сейчас по дорогам, как какой-нибудь король Лир.
– А Васька настолько могуществен, что повелевает королями и чародеями?
– Да как тебе сказать? – пожал плечами Абалдуин.– Если брать по гамбургскому счету, то Рваный Билл – полный дилетант и невежа! Но сумел угодить, паразит, богатому продюсеру и теперь измывается над профессионалами, как его душенька пожелает... Вот и тебя зачем-то в сценарий приплел. Лишил колдуна радости изнасиловать небесное создание!
– Сашка,– возмутился Кукуй,– ты все-таки думай, что городишь! Ребенок же за столом!
– Ой, Ксюша, ради бога извини! Ляпнул не подумавши... Но это с Васьки главный спрос! Он ведь и Кукуевых жен всех погубил... Сеня ему, главное, предлагал: ну зачем добро переводить? Пусть будет у Кукуя гарем... Так ведь нет – уперся, изверг, и ни в какую!..
Из путаных речей Абалдуина Восьмого я понял, что чародей Кукуй в этом мире не главный злодей: над ним стоял некий Васька, магией и волшебством побуждавший Сеню к отвратительным поступкам, к которым последний по своей природе не был предрасположен...