Резонанс бытия
Шрифт:
— Да, было, — ответила я, краснея. — Но редко.
— Ровно столько, чтобы сохранять уверенность в том, что ты не лесбиянка, — заметила Тори с присущей ей проницательностью. — Так что не беспокойся, Дейдра. Ты самая натуральная «би». Как Софи, как я и Вика.
Я изумлённо посмотрела на неё:
— Ты и Вика?
— А что тут такого? Мне нравятся мужчины, и раньше у меня их было немало. Уж точно больше, чем у тебя, даже если считать всех, кого тебе приписывает молва. Просто с некоторых пор я переключилась на женщин, это был мой сознательный выбор. Ну, а Вика подавляет свою бисексуальность, таков её выбор.
— В ту самую, которую не можешь забыть?
— Да. Её звали Алёна. Вернее, Элен — но я познакомилась с ней, когда она была Алёной, и привыкла к этому имени. Хотя по закону оно принадлежало её временн'oму двойнику… в общем, запутанная история. — Тори грустно вздохнула. — Это было так давно!
— В прошлом космического мира? — догадалась я.
Тори утвердительно кивнула:
— Пятьсот лет назад, в самом начале расщепления реальности. Там остались и Алёна, и Игорь — мужчина, которого любила Вика.
— А почему вы не забрали их из прошлого? Ведь взяли же Еву.
— Прежде всего, мы Еву не забирали. Она сама о себе позаботилась — умыкнула нашу с Викой космическую яхту, ушла в овредрайв и запустила генератор в реверсном режиме, добившись шестисоткратного замедления собственного времени. Таким образом, за десять месяцев по корабельным часам она перепрыгнула через пять столетий. А что касается Алёны и Игоря, то время, в котором они жили, было для них не прошлым, а настоящим, и они не собирались его покидать. Вместо этого они покинули нас. Игорь расстался с Викой довольно быстро. Мы с Алёной были вместе дольше, почти десять лет, но в конце концов и она ушла от меня.
— Десять лет? — переспросила я. — Вы так много времени провели в прошлом?
Тори невесело рассмеялась.
— Разве это много! Да это так, мелочи. Нам понадобилось гораздо больше, чтобы стабилизировать реальность и устранить все нарушения причинно-следственных связей.
— Больше — это сколько?
Она покачала головой:
— Не скажу. Пусть это остаётся нашей с Викой тайной.
Вечером Тори ходила к Источнику. Потом рассказала, что Хозяйка встретила её очень любезно, начала разговор издалека, но постепенно подвела его ко мне и осторожно пыталась выведать, чего же хотел от меня Источник. Тори отвечала уклончиво, а Хозяйка не стала на неё давить — видно, не хотела ссориться ещё и с ней.
А на следующее утро я, по своему обыкновению, после горячей ванны отправилась в Безвременье. Со мной Хозяйка церемоний не разводила.
— Ну что, будешь признаваться? — произнесла она вместо «здравствуй». — О чём ты сговорилась с Источником?
— Ни о чём не сговаривалась, — твёрдо ответила я. — Всё, что я вчера рассказала, чистая правда. От первого до последнего слова.
— Я тебе не верю.
— Это твоё право. Не веришь — так проверь. Спроси у Источника. Пусть он покажет мой разговор с Эландилом.
— Он не слушается и подсовывает мне твою охоту на единорога годичной давности. Он лжёт так же бессовестно, как и ты.
— А это уже твоя беда, — заметила я. — И нечего винить меня в своих проблемах. Лучше
Хозяйка метнула на меня гневный взгляд, резко развернулась и пошла прочь. Когда она скрылась в роще, я подступила к Источнику, сбросила халат и вскочила на парапет. Посмотрела вниз, в голубую бездну.
В прошлом, исполняя обязанности Хозяйки, я умела разговаривать с Источником. Вернее, задавать ему вопросы, сформулированные чётко и недвусмысленно, подразумевавшие только два ответа — да или нет. Отвечал он мне весьма своеобразно — не вслух, разумеется, и даже не телепатически. Просто в моей голове, как бы сама собой, рождалась уверенность в правильности или ложности моего вопроса-допущения. Для себя я характеризовала такой способ общения, как молчаливый, безмолвный.
Потом, когда я уступила своё место нынешней Хозяйке, Источник перестал мне отвечать. Но сейчас, ввиду их недоразумений… А почему бы не попробовать?
Я подумала — просто подумала, никуда не посылая свои мысли:
«Если что, ты же прикроешь меня в Круге Адептов? Не выдашь Феба и Вику?»
Вопрос был, конечно, далеко не однозначный. Но ведь и Источник с тех пор сильно поумнел.
И вот оно — то полузабытое ощущение пришедшего как бы ниоткуда ответа. И он не состоял из одного лишь подтверждения, а сложился в слова, которые образовали вполне осмысленную по человеческим меркам фразу:
«Не беспокойся, я прослежу».
— Вот и хорошо, — сказала я и нырнула в Источник.
Не буду утомлять вас подробным рассказом об очередном моём прохождении Круга Адептов. Всё было как обычно, а если Хозяйка и пыталась устроить мне какую-нибудь каверзную ловушку, то Источник ей этого не позволил.
Между шестым и седьмым уровнями я повстречала фантом Гленна и побеседовала хоть с ним — коль скоро его оригинал упорно избегал меня. Впрочем, ничего нового я от него не узнала, так как со времени нашей последней встречи (опять же, не в реальности, а в Источнике) Гленн в Безвременье не появлялся.
После девятого уровня я поговорила с Сабриной, которую вызвала совершенно сознательно, поскольку она была лучшей подругой Фионы. Фантом мне попался свеженький — как раз вчера Сабрина вернулась в Авалон, после того как навестила в Экваторе многих родственников, в частности, Фиону и Вику. Кстати, через Безвременье её сопровождал Феб.
Когда я сказала Сабрине, что знаю о тайных встречах Гленна с Фионой и об их недавней ссоре, она не стала отрицать своей осведомлённости, но наотрез отказалась обсуждать эту тему. Зато охотно поведала мне о том, что свою сестру Вику навещала вместе с Гленном, а перед этим они вдвоём гуляли по ночному Вавилону. Тут я уличила её во лжи и вынудила рассказать правду — начиная с появления в Солнечном Граде Мортона и заканчивая стыдливым признанием Гленна, что в храме Иштар он всего лишь точил лясы с выбравшей его жрицей.