Резонанс бытия
Шрифт:
— А как насчёт Феба и Вики? Совсем недавно они произвели манипуляции с Источником, а вскоре нашёлся Гленн с утраченными воспоминаниями. Неужели это просто совпадение?
Эландил покачал головой:
— Извини, Дейдра, тут я ничего сказать не могу. Я уже сообщил тебе всю информацию, которая была передана мне Источником… Вернее, — сразу уточнил он, — ту её часть, которая касается твоего сына и Бьёрна.
— А есть что-то ещё?
— Да. Только я не знаю, к чему это относится. На твой Самоцвет уже записаны координаты одного места, куда Источник просит тебя сходить.
— Зачем?
— Понятия не имею. Больше никаких инструкций я не получил.
— А что с Хозяйкой? Я должна посетить это место в тайне от неё?
— Тоже нет инструкций.
— Тогда не буду прятаться, — решила я. — Она настолько привыкла всё знать и всё видеть, что буквально сатанеет от любой секретности. Не хочу лишний раз её дразнить…
Когда я вышла из Источника, Хозяйки нигде не было. Ну и ладно. Хочет наблюдать за мной из своего укрытия — пусть наблюдает. Благо на этот раз мне нечего от неё скрывать.
Одевшись, я вызвала Образ и быстро произвела рекогносцировку — осмотрела место с указанными координатами и его окрестности. Ничего опасного я там не обнаружила; собственно, там вообще ничего не было, кроме заснеженной равнины под хмурым, затянутым тучами небом. Не слишком уютное местечко, особенно если учесть, что на мне лёгкая одежда. Разумеется, я могла наложить на себя чары, которые защитили бы меня от любого холода, но мне совсем не хотелось выглядеть комично в своём летнем наряде посреди зимы. Даже в глазах одного-единственного наблюдателя — Хозяйки.
Впрочем, проблема решалась просто. Некоторые манипуляции с Образом Источника — и в следующую секунду на мне оказались тёплые колготы, куртка с меховой подкладкой и симпатичная шерстяная шапочка, а туфли превратились в удобные кожаные сапожки. Теперь я была одета по сезону и смело шагнула из Безвременья в этот неприветливый уголок материального мира.
А здесь было не только холодно, ещё дул сильный, пронзительный ветер. Прикрывшись от него заклятием щита, я внимательно огляделась вокруг, выясняя причину, по которой Источник прислал меня сюда.
Как и предвидел Эландил, долго искать мне не пришлось. Рядом со мной находился укрытый снегом небольшой холм — я видела его и из Безвременья, но по причине малого угла обзора не рассмотрела того, что он имел слишком уж правильную полукруглую форму для обычного холма.
И в самом деле, это оказался совсем не холм, а купол из защитных чар, призванных ограждать внутреннее пространство от всяческих природных катаклизмов и вторжений диких животных. Для меня эти чары не были препятствием, я легко миновала их и очутилась под куполом, где стоял такой же сильный мороз, зато не дул ветер, а вместо снега под ногами была твёрдая каменистая почва.
В самом центре ограждённой куполом площадки находился продолговатый стеклянный контейнер… Хотя нет, не стеклянный, а хрустальный. И не контейнер, а скорее саркофаг — поскольку в нём кто-то лежал. Я подошла, стёрла с крышки иней и увидела сквозь хрусталь лицо знакомого мне человека. Его пребывание здесь и в таком состоянии проясняло многие вопросы. И одновременно порождало новые…
— Белоснежка, Белоснежка, — пробормотала я, — почему у тебя такая большая борода?
Ну ладно, не большая. И не борода вовсе, а недельная щетина — наподобие той, которую носит мой братец Арт [46] . Хотя в данном случае на рост такой щетины понадобилось порядка трёх месяцев — именно столько времени прошло
[46]Артур, сын Артура. В нашем Доме действует закон, запрещающий членам королевской семьи давать своим детям имена здравствующих родственников, однако мой отец, прежде чем издать сей мудрый акт, успел вместе с мамой наплодить пятерых «дублей» — меня, Артура, Диану, Алису и Дункана (последние двое названы в честь маминых родителей). Во избежание путаницы, меня раньше называли Дейдрой-младшей, но со временем для большинства родных я стала просто Дейдрой, а моя старшая тёзка — просто Хозяйкой. Мою сестру Алису тоже называют полным именем, и по какой-то необъяснимой причине никто не путает её с другой Алисой. А вот Артуру, Диане и Дункану повезло меньше — они были и остаются Артом, Ди и Дуном. Впрочем, и после принятия закона практика называть детей в честь родственников не изжила себя, а лишь стала проявляться в более изощрённых формах. Так, например, та же Алиса, которая с детства была очень привязана к Шону, назвала своего сына Шейном — а это ни что иное, как англосаксонская форма имени Шон.
На самом же деле Эландил не умер, а просто ввёл себя в состояние анабиотического сна, замедлив жизненные процессы в организме до критического предела, что позволило его душе, оставаясь связанной с телом, временно перенестись в Источник. У меня бы так не получилось. Даже в самом глубоком анабиозе моя душа оставалась бы при мне, дожидаясь моего пробуждения… или моей биологической смерти — тогда бы она навсегда ушла в обиталище сутей. Однако Эландил, сын Источника, оказывается, был способен на такое невероятное раздвоение!
Вывести человека из анабиотического сна было делом несложным. Но прежде, чем заняться этим, я внимательно изучила заклятия, наложенные самим Эландилом. И выяснила, что он подготовил всё необходимое для своего пробуждения, только процесс запускался не по прошествии заданного отрезка времени, а при наступлении определённого события. Таким событием должно было стать проникновение сквозь защитный купол. Со мной это не сработало, поскольку я воспользовалась Силой Источника, а пробуждающее заклятие было рассчитано на воздействие Формирующих.
Я без труда симитировала требуемые условия, и температура под куполом начала быстро повышаться, пока не достигла примерно десяти градусов тепла. Я расстегнула свою куртку, а тем временем крышка хрустального саркофага, который нагрелся несколько больше, чем окружающая среда, отодвинулась в сторону и упала на землю, но не разбилась.
Веки Эландила слегка затрепетали, он начал медленно дышать, а его лицо, оставаясь бледным, утратило безжизненный серый оттенок. Я отступила в сторону, давая ему время спокойно прийти в себя.
В этот момент со мной связалась Тори. У меня было два варианта — либо пригласить её сюда, либо извиниться и сказать, что занята. Я выбрала второе, так как не была уверена, понравится ли Эландилу её присутствие. (Тори, кстати, ничуть не обиделась — ведь всего четверть часа назад я вызывала её, и тогда она без лишних церемоний отшила меня, попросив не мешать ей в поисках сестры.) Мы договорились встретиться позже в её альпийском особняке и прервали контакт.
Минуты через три Эландил с трудом приподнялся и посмотрел на меня мутным взором.