Резонанс бытия

Авраменко Олег Евгеньевич

Вдруг Хозяйка осеклась, а на её лице появилось выражение крайней досады. Наконец она соизволила заметить моё присутствие, однако взгляд, которым одарила меня, был далеко не ласковым

«Это и твоя вина! — послала мне сердитую мысль [44] . — Если бы ты не покрывала Феба с Викой, если бы сообщила о своих подозрениях…»

«А может, хватит уже? — перебила я. — Нашла время для нотаций!»

«Как раз самое время, — настаивала Хозяйка. — Вот ты в прошлый раз так убеждённо доказывала, что Феб и Вика поступили правильно. А в результате

после их штучек Источник совсем обнаглел. Начал командовать мной!»

[44]То, что теперь мой разум был для неё закрыт, ещё не значило, что мы не могли мысленно разговаривать. Приниматьмысли и читатьих — совсем разные вещи.

«О чём ты… — начала было я, но тут меня осенила догадка. — Неужели он хочет Бьёрна?»

«Не просто хочет, а требует! И не намерен отпускать его, пока тот не примет Силу».

«Ну и ну! — сказала я изумлённо. — Чем же Бьёрн ему приглянулся?»

«Источник считает, — ответила Хозяйка, не скрывая своего скептицизма, — что он послужит Мировому Равновесию».

«Ха! Так уж и послужит! Фанатик Порядка останется фанатиком даже с Силой Источника».

«В том-то и дело. А ещё я сомневаюсь, что Бьёрн долго пробудет моим адептом. Из того, что я знаю о нём от Шона, из того, что сама прочла в его душе, могу с большой долей уверенности предположить, что он, вернув себе память, не замедлит променять Силу Источника на Янь. А сейчас это крайне нежелательно. Хотя с воцарением Фионы Порядок значительно умерил свою агрессивность, его перевес над Хаосом, возникший ещё во времена Артура Первого, никуда не делся. Появление у Порядка такого сильного адепта, как Бьёрн, лишь усугубит ситуацию».

«Да, пожалуй», — согласилась я.

«Так что ты видишь, — продолжала Хозяйка, — Источник далеко не всегда прав. В этот самый момент я пытаюсь убедить его, но он отказывается меня слушать и стоит на своём… Чёрт! Если бы ты знала, как он на меня давит…»

«И что ты собираешься делать?»

«Не знаю. Не могу придумать способа урезонить его. Он вошёл во вкус конфронтации со мной… Впрочем, ещё есть шанс. Если сам Бьёрн откажется, Источник будет вынужден отпустить его».

«Ага, понятно, — сказала я. — Ты воспользуешься его незнанием, изобразишь Источник в наихудшем свете, чтобы Бьёрн предпочёл и дальше оставаться с амнезией, чем принять Силу».

«Увы, так не получится, — с сожалением ответила Хозяйка. — Источник не примет выбор, основанный на искажённом представлении фактов».

«Вернее, на обмане, — уточнила я. — Тогда у тебя нет шансов».

«Боюсь, что действительно нет…»

Тем временем Бьёрн вопросительно смотрел на Хозяйку, озадаченный её внезапным молчанием. Потом перевёл взгляд на меня и, наконец, всё понял — видно, в его памяти сохранилось общее знание о возможности мысленных разговоров.

— Извините, — произнёс он с неловкостью. — Если я вам мешаю…

— Нет, ни в коем случае, — тут же отозвалась Хозяйка. — Это ты извини мою бестактность. Просто я должна была кое-что обсудить с Дейдрой. Зато теперь я полностью в твоём распоряжении. Нам ещё о многом надо поговорить. — И ко мне: — А

тебе, Дейдра, не обязательно при этом присутствовать. Можешь перейти в следующий сегмент и там уже встретить нас.

Я небрежно пожала плечами.

— Вот и отлично, не буду вам мешать. Скоро встретимся, Бьёрн.

С этими словами я перенеслась вперёд ровно на один квант времени Основного Потока — в сегмент Безвременья, который непосредственно следовал за тем, в котором находилась раньше.

Всё вокруг осталось прежним, исчезли только Хозяйка с Бьёрном — чего, собственно, и следовало ожидать. Я начала спускаться по пологому склону к роще, гадая о том, чем всё закончилось. Одна моя часть хотела, чтобы Бьёрн любой ценой вернул себе память и смог рассказать, что же на самом деле произошло между ним и Гленном. А другая половина моего «я», более рассудительная и мыслящая не личными, а глобальными, вселенскими категориями, понимала, что в данном случае Хозяйка права — от того, что Бьёрн обретёт Силу Источника (и суть важно, променяет её потом на Янь или нет), ничего хорошего не будет.

И всё же странно. Зачем Источнику понадобился Бьёрн? Что он ещё замышляет?

А ведь точно что-то замышляет…

Погружённая в раздумья, я углубилась в рощу, а уже при походе к прогалине увидела в просвете между широкими стволами деревьев Бьёрна, который стоял недалеко от водоёма и блуждал взглядом по окрестностям. Похоже, он высматривал меня, однако потерял ориентацию и не мог точно вспомнить, с какой стороны его привела Хозяйка. Самой же Хозяйки рядом не было — наверное, не захотела снова встречаться со мной.

Ускорив шаг, я миновала последние деревья и вышла на открытую местность. Заметив меня, Бьёрн двинулся мне навстречу. Уже по тому, как сильно изменилась его походка — теперь он шагал твёрдо, уверенно, целеустремлённо, — я поняла, что память вернулась к нему. А когда он приблизился, я получила дополнительное подтверждение, разглядев выражение его лица — решительное, волевое, сосредоточенное, жёсткое, даже суровое. Как на меня, Бьёрн, страдавший амнезией, выглядел симпатичнее.

— И снова здравствуй, принцесса, — произнёс он совсем другим тоном, чем раньше. — Теперь я могу поприветствовать тебя, зная, кто ты. Извини, что принял тебя за младшую сестру Владычицы.

— Ничего страшного, — ответила я. — Что двоюродная тётка, что младшая сестра, невелика разница… Так ты всё помнишь?

— Почти всё. Источник вернул мне всю память за исключением небольшого фрагмента, предшествовавшего моей смерти. Надеюсь, твой сын Гленн восполнит этот пробел.

Я с трудом подавила разочарованный вздох.

— В том-то и дело, что я не знаю, где Гленн. Он не отвечает на мои вызовы.

— Не беспокойся, принцесса, — сказал Бьёрн. — С ним всё в порядке, он цел и невредим.

— Откуда тебе известно?

— Источник сообщил. Будучи там, — он кивнул в сторону водоёма, — я повстречал Владычицу… то есть, её образ, созданный Источником.

— Такие образы мы называем фантомами, — объяснила я. — Они обладают всеми признаками личности реального человека.

— Да, Хозяйка мне говорила. По её словам, Источник может передавать через них ту или иную информацию.

— Да, верно, — подтвердила я. — Так что же Фиона рассказала тебе о Гленне?