Резонер
Шрифт:
– Ладно, – усмехнулся Леонид, отключая телефон.
Дронго тоже отключил свой аппарат и спустился вниз, ожидая, когда сутенер выйдет из дома. Он оказался прав. Алик очень торопился, понимая, что его могут найти и здесь. Выйдя из квартиры с небольшим чемоданчиком, Алик начал спускаться на площадку перед лифтом. И вдруг увидел перед собой Дронго.
– Нет, – растерялся Алик, – этого не может быть. Как вы смогли так быстро меня вычислить? Об этой квартире никто не знает.
– Спускайся, – поманил его пальцем Дронго, – и не нужно нервничать. Наверное, в твоем чемодане лежат деньги, нажитые честным путем за
– Ну почему я должен был попасть под ваш пресс? – застонал Алик.
Он чуть замешкался и вдруг побежал наверх. Дронго улыбнулся. На верхней площадке стоял Кружков. Алик замер, споткнулся, пошатнулся и выпустил из рук чемоданчик, который покатился по ступенькам. Дронго остановил его ногой. Алик повернулся к нему.
– Не нужно! – взмолился он. – Это все мои сбережения. У меня больше ничего нет. Пожалуйста, отдайте мне мои деньги.
– У меня к тебе три вопроса, – предложил Дронго. – Только на этот раз постарайся сказать правду. Ты не говорил правду даже под страхом боли и смерти, но под страхом потерять деньги ты запоешь. И учти, если я останусь недоволен твоими ответами, я открою чемодан и выброшу его содержимое с балкона девятого этажа. Тебя устраивает мой вариант?
– А если довольны? – Алик уже начал торговаться.
– Я верну тебе твой чемоданчик и разрешу его перепрятать. Ты заработал эти деньги таким нелегким трудом. Вернее, нелегким трудом твоих девиц. Итак, первый вопрос. Кто заказал убийство Арзуманяна и Лунько?
Алик облизнул пересохшие губы. Взглянув на чемоданчик, он начал просчитывать варианты, понимая, что может потерять все. Получалось, что выгоднее быть откровенным.
Дронго наклонился к чемоданчику.
– Семен Яковлевич, – сказал Алик. – Он попросил найти нужных людей.
– Первый ответ мне понравился. Теперь второй вопрос. И мне нужен такой же честный ответ. Кто был третий из стрелявших в семью Арзуманяна?
Алик молчал. Было видно, что он очень испугался. Его лоб покрылся испариной, губы дрожали. Он стоял, не решаясь говорить.
– Я могу тебе помочь, – Дронго пристально смотрел на него. – Отвечу на другие вопросы. За рулем угнанного автомобиля сидел рецидивист Шмелев по кличке Шмель. Одним из стрелявших был Карлик. Таким образом, двое известны. Но это всего лишь пешки. Кто был главным? Кто дал команду стрелять, хотя видел, что в машине сидят дети.
Алик все еще молчал. Дронго поднял чемоданчик. Достал пистолет.
– Может, скажешь комбинацию замка или я могу сразу стрелять? – поинтересовался он.
– Не нужно! – взмолился Алик. – Вы должны меня понять. Я не могу… он меня убьет… я не могу назвать его имя…
– Здесь никого нет. И никто не узнает, чье имя ты назвал. Если хочешь, я помогу тебе еще немного, – продолжал Дронго. – Я думаю, бандит, о котором идет речь, был в клубе, когда мы туда приехали. И ты наверняка его там видел. Хочу сообщить тебе, что сейчас старший следователь прокуратуры просматривает видеопленку и наверняка найдет там одного из наших знакомых. Мне нужно имя третьего. Я жду…
– Нет, – все еще не решался Алик.
– Тогда извини, – Дронго поднял чемоданчик левой рукой и прицелился в него из пистолета.
– Не нужно, – тяжело дыша прошептал Алик, – он меня все равно найдет и убьет, – обреченно выдохнул сутенер. – Это был… это был…
Дронго замер. Он знал, кого называли Викингом. Человек невероятной физической силы, высокого роста, «вор в законе», тридцатилетний Николай Шведов. Один из самых безжалостных убийц и насильников, о которых писала пресса. Садист, получавший удовольствие от страданий своих жертв. Да, этот мог отдать приказ стрелять в автомобиль, видя, что там находятся дети. У этого нелюдя не было никаких нравственных законов. В колониях шепотом говорили, что он убил собственного отца, за что и получил первый срок. Но Дронго знал, что Шведов должен сидеть в тюрьме, куда попал три года назад, получив пожизненный срок.
– Как это Викинг? – даже немного растерялся Дронго. – Он ведь получил пожизненный срок. Он что – сбежал из тюрьмы?
– Да, – Алик был потрясен собственной смелостью. – Он бежал из Бутырки в прошлом году. Заявил, что собирается дать показания по новым делам. Его привезли в Бутырку, и он оттуда сбежал. На самом деле тогда сбежали четверо, но всем объявили, что побег совершили трое бандитов, чтобы не пугать население. И чтобы никто не знал, что Викинг снова на свободе. Его ищут до сих пор, но он сделал себе пластическую операцию, и теперь его трудно узнать.
– Ты его видел? – спросил Дронго.
Алик опустил голову.
– Он перекрасил волосы, изменил форму глаз и носа, даже ушей. Но рост, конечно, остался прежний. Он вашего роста.
– У тебя нет оружия? – медленно спросил Дронго, размышляя над словами сутенера.
– Нет, – удивился Алик, – у меня никогда не было оружия. Зачем мне пистолет? Чтобы попасть под статью?
– Возьми свой чемодан, – и Дронго протянул его Алику.
Тот, все еще не веря, оглянулся на Кружкова и начал медленно спускаться по лестнице. Подойдя к Дронго, он протянул руку и взял чемоданчик. И вдруг опустился на ступеньки… и заплакал.
– Он меня все равно найдет и убьет, – стонал Алик. – Его никто не сможет остановить. Это для него тогда организовали побег из тюрьмы, а остальные ушли в качестве прикрытия. Он меня найдет все равно.
Кружков подошел к ним.
– Зачем вы отдали ему чемоданчик? – строго спросил Леонид. – Этот человек был посредником в заказах на убийство. Он должен сидеть с остальными.
– Должен, – согласился Дронго, – но я дал слово. А я еще ни разу в жизни не нарушал своего слова. Даже если дал его такой твари, как этот тип.
Алик продолжал размазывать по лицу слезы.
– Ради денег он готов был продать кого угодно, – брезгливо заметил Дронго, – а теперь его жизнь превратится в настоящий кошмар. Он прекрасно понимает, что у него есть только один шанс остаться в живых: сдать нам Викинга. Чтобы мы взяли его до того, как тот найдет своего бывшего связного.
– Вы еще не задали третий вопрос, – напомнил Кружков.
– Это и есть мой третий вопрос, – кивнул Дронго. – Где сейчас Викинг? – наклонился он к Алику. – Только не говори, что не знаешь. Я все равно не поверю. Деньги останутся у тебя, и мы сейчас уйдем, если ты скажешь нам правду. И ты не станешь меня обманывать, Алик, это не в твоих интересах. Если вдруг я не найду сегодня Викинга, то завтра вся Москва будет знать, что ты его сдал. Это я тебе лично обещаю. И тогда тебя найдут, где бы ты ни спрятался, и разрежут на куски. Ты меня понял?